Коллеги Сергея Колтырина о его задержании: Происходящее лишь подтверждает абсурдность дела Дмитриева

В Карелии по обвинению в педофилии задержан директор Медвежьегорского городского музея Сергей Колтырин. По неподтвержденной информации, ему инкриминируют насильственные действия сексуального характера в отношении нескольких подростков. Колтырин — давний соратник главы карельского «Мемориала» Юрия Дмитриева, которого сейчас судят по той же статье. И Дмитриев, и Колтырин посвятили свои жизни созданию и поддержанию мемориала на месте массовых расстрелов времен Большого террора в карельском Сандармохе.

Летом этого года Российское военно-историческое общество решило провести в Сандармохе раскопки, чтобы доказать, что там находятся массовые захоронения расстрелянных финнами советских военнопленных. Колтырин активно выступал против этих раскопок. Его коллеги считают, что преследование Колтырина может быть связано с его позицией, а обвинение в педофилии лишь подтверждает абсурдность дела Дмитриева.

Елена Жемкова, исполнительный директор Международного общества «Мемориал»

Я пока очень мало знаю об этом деле, поэтому могу сказать только некоторые очевидные общие вещи. У меня вызывает большое недоумение то, что один за другим люди, имеющие отношение к месту памяти жертв политических репрессий, обвиняются по такой порочащей и разрушающей репутацию статье. Сначала Юрий Дмитриев, теперь – Сергей Колтырин. Это при том, что в последнее время у Российского Военно-исторического общества, как мы знаем, вдруг возникли вопросы, является ли Сандармох местом памяти жертв политических репрессий, а не является ли это место чем-то другим.

С моей точки зрения, то, что сейчас происходит, лишь подтверждает полную абсурдность обвинений против Дмитриева. Ничего больше я сказать не могу.

Я была этим летом на заседании межведомственной рабочей группы по реализации государственной концепции по увековечению памяти жертв политических репрессий в Сандармохе, и там я видела Колтырина второй раз в жизни. Первый раз я с ним встретилась, когда открывался мемориал в Сандармохе в 1998 году. Сейчас он мне показался профессиональным человеком, энтузиастом своего дела, при этом человеком довольно усталым. Я бы сказала, что сама цепочка, которая сейчас выстраивается, абсурдна.

Сергей Колтырин очень скептически относился к раскопкам, которые затеяло в Сандармохе РВИО. Он очень серьезно занимался военной историей этого места. И он абсолютно уверен, что версия РВИО о том, что в Сандармохе захоронены расстрелянные финнами советские военнопленные, абсурдна. Что касается раскопок, которые проводило РВИО, у нас есть множество вопросов. В частности, было ли у них разрешение, поскольку раскопки на мемориале производить нельзя, для этого требуется мотивированное разрешение.

И вот теперь мы узнаем, что очередной человек, который отрицает эту версию, оказывается в заключении. Это наводит на серьезные размышления. И, как я уже сказала, это лишь подтверждает абсурдность того, что предъявляется Юрию Дмитриеву.

Анатолий Разумов, руководитель центра «Возвращенные имена», старший научный сотрудник отдела библиографии и краеведения Российской национальной библиотеки

Я очень давно сотрудничаю с Сергеем Ивановичем по сохранению памяти, которой так не хватает России, всегда рад был тому, что он опекает Сандармох – одно из самых известных мест памяти, один из крупнейших могильников времени Большого сталинского террора. Этим летом Сергей Иванович сделал большое дело – он лично обозначил камушками места погребальных ям вокруг голубцов, которые стоят в Сандармохе [«голубцы» - памятные столбики, которыми Юрий Дмитриев вместе с архитекторами отметили выявленные в 1997 году предполагаемые расстрельные ямы. - Ред.].

Для Сергея Ивановича, для его души и его переживаний об участи расстрелянных Сандармох – важнейшее дело жизни.

Если говорить о моем впечатлении об этом известии, то обвинение, которое хотят предъявить Сергею Ивановичу Колтырину, мне кажется абсолютно надуманным, нелепым и не имеющим отношения к реалиям, но при этом полностью укладывающимся в кампанию дискредитации как места памяти Сандармох, так и Юрия Дмитриева, при деятельном участии которого Сандармох был организован. А Сергей Иванович Колтырин – второй человек, наиболее тесно связанный с Сандармохом, именно он поддерживает это место памяти.

В августе на выездном заседании рабочей группы по реализации государственной концепции по увековечению памяти жертв политических репрессий в Петрозаводске местные чиновники клялись нам, что раскопки Российского военно-исторического общества не разрешены. Они говорили, что «придут люди обследовать это место, у них есть гипотеза, что здесь наших красноармейцев расстреливали финны». Такой патриотический порыв — вдруг через 80 лет озаботиться судьбой пленных красноармейцев. А по сути задача этих действий – подложить свинью Финляндии, мол, смотрите, финны сами какие. Финляндии – дружественной, умной, образованной стране вот такую штуку устроить. Одновременно они пытаются затереть, размазать нашу собственную ответственность за злодеяния советского времени. Сандармох – это частный случай общего тренда. Это касается и Катыни и Медного под Тверью как мест расстрелов польских военнопленных, и лагеря Пермь-36. Задача –размазать собственную ответственность. «Да, это вроде как и было, но, во-первых, дело неоднозначное, надо подумать, кто виноват. А во-вторых, немцы сами виноваты, поляки сами сволочи, финны – злодеи и так далее».

Вся эта поднявшаяся муть – это общий фон, общая тенденция. А карельская задача, к сожалению, оказалась сопряжена с дискредитацией двух людей, которые больше других сделали для увековечения памяти расстрелянных в Сандармохе.

По поводу раскопок РВИО я еще в августе, выступая в Сандармохе на митинге, сказал: "Люди, дорогие мои, обратите внимание, сюда сейчас придут фальсификаторы истории. Не оставьте без внимания это место, придите, посмотрите, что здесь будет твориться!"

На чем основывается «гипотеза» РВИО о том, что в Сндармохе финны расстреливали советских военнопленных: Здесь же всюду были финны? Были. Лагеря военнопленных были? Были. Значит, финны знали это место и сами тут расстреливали. Летом мы с коллегами прикидывали, что они будут здесь делать. Будут ходить кругами в надежде найти какую-нибудь пуговицу или звездочку, чтобы сказать: есть находки. Но мы были уверены, что они не удержатся от того, чтобы копнуть, хотя им и запретили. Именно это и произошло. В августе я позвонил Сергею Ивановичу, чтобы узнать, что происходит, и он мне рассказал: "Вы знаете, солдаты и офицеры здесь ходят, приборчики у них, тыкают щупами своими. И, знаете, показали мне двоих в раскопанной могиле и говорят: вот видите, явно двое наших солдат, которые отбились от части". Это даже невозможно комментировать.

В ходе и по итогам «раскопок» они стали подсовывать журналистам кусочек шинели, гильзу: «Вот же находка, вот подтверждение». Никакого подтверждения не найдено, ничего не сделано! А то, что сделано, сделано незаконно.

Всему этому предшествовало еще одно событие. 2 августа представители прокуратуры Карелии, стыдливо потупив глаза, сообщили, что документы 1997 года, в том числе заявление Юрия Дмитриева о необходимости обследования и проведения судмедэкспертизы захоронений в Сандармохе, уничтожены. «Ввиду истечения срока хранения, ввиду отсутствия исторической значимости».

Сложив это все воедино, легко увидеть общую картину. 20 лет здесь действовал «Мемориал», 20 лет сюда на место памяти приезжали люди. А в 2016 году после продолжительной кампании дискредитации Сандармоха правительство Карелии накануне Дня памяти 5 августа отказалось от участия в мероприятиях. И в нынешнем году отказалось. И на письма с приглашениями, в том числе от Совета по правам человека при президенте, они отвечают: «Вы приезжайте, а мы как-нибудь потом».

Вот общая картина. В эту общую картину и вписывается сегодняшняя новость о задержании Сергея Колтырина.