Три буквы "Б" Иосифа Сталина

Роберт Сервис. Биография Сталина. - Cambridge, Masschusetts: The Belknap Press of Harvard University Press, 2006.

Robert Service. Stalin. A Biography. - Cambridge, Masschusetts: The Belknap Press of Harvard University Press, 2006.

От редакции: Книга английского историка Роберта Сервиса - явление исключительное и фундаментальное среди многочисленных исследований и сочинений, посвященных феномену Сталина. Вашему вниманию предлагается р ецензия на книгу "Биография Сталина" (Robert Service. Stalin. A Biography. Cambridge, Masschusetts: The Belknap Press of Harvard University Press, 2006), подготовленная к.э.н., директором Интерцентра при МВШСЭН Александром Никулиным. В рецензии отмечается, что товарищ Сталин не был "большим ученым", каким его характеризовала официальная пропаганда и гулаговский песенный фольклор, но он был, безусловно, незаурядный, во многом выдающийся дилетант, порой бесстрашно и беззаветно занимавшийся собственными исследованиями в области экономики, языкознания, истории, заодно пристально контролируя, порой фатально, естественные науки от физики до биологии.

Четверть века назад известный советский, антисоветский и просоветский ученый и публицист Александр Зиновьев опубликовал, первоначально на Западе, парадоксальную книгу под названием "Сталин - наша юность боевая". В этой книге Зиновьев серьезно сетовал на то, что в любом западном магазине полно книжек про Гитлера, а про Сталина книжки и не найдешь, хотя Сталин, по мнению Зиновьева, был, безусловно, интересней и гениальней Гитлера. Само собой в то время не найти было и в СССР книжки, посвященной специально Сталину. Но с наступлением перестройки и после нее, после того, как наконец в России расширился доступ к изучению исторического наследия и на некоторое время оказались широко доступными почти все архивы, - вот с этой поры историческая справедливость по Зиновьеву восторжествовала. Итак, поднялась великая волна печатной сталинианы, которая не спадает до сих пор. Вал, напор, поток книжек в России и за рубежом про Сталина, к сожалению часто мировоззренчески мутный и поверхностно сенсационный, все прибывает и прибывает. Зато Зиновьев мог бы быть удовлетворен: в нынешних крупных книжных магазинах в России на одну полку, забитую книжками про Гитлера и Третий рейх, приходится по три-четыре переполненные полки про Сталина и СССР времен его правления. Хотя в крупных книжных магазинах Запада, думаю, по популярности оба диктатора сохраняют респектабельный паритет: одна к одной (полке).

Но книга Сервиса, безусловно, вне моды и политической конъюнктуры. Она настолько хороша, что, по-видимому, на десятилетия прочно войдет в классический канон историко-аналитических исследований жизни Сталина и его времени.

Одна из причин этого заключается в том, что Роберт Сервис, оксфордский интеллектуал, один из крупнейших западных специалистов по социально-политической истории и современности России, написавший по своему предмету с десяток книг (среди них "Общество и политика в русской революции" (1992), "Ленин: политическая жизнь" (Три тома, 1985-1995), "Россия: эксперимент над людьми с 1991-го и по настоящее время" (2002), "История современной России: от Николая II до Владимира Путина" (2003)) гармоничным образом сочетает в себе таланты скрупулезного исследователя и увлекательного повествователя.

Начнем с того, что архитектоника громадной (более чем 700 страниц на английском языке) книги Сервиса прекрасно выстроена. Как и полагается такому историко-академическому сочинению, книга содержит в себе кроме подробных примечаний, библиографии, индекса также словарь соответствующих советских аббревиатур и специфических понятий, карты, связанные с жизнью и деятельностью Сталина. Книга проиллюстрирована многочисленными фотографиями, ярко характеризующими самого Сталина, его современников и его эпоху.

Но, безусловно, главное достоинство структуры этой объемной сталинской биографии - аналитически ясное и эстетически эффектное оглавление, разбивка по частям и главам. Книга состоит из 5 частей и 54 глав. Каждая часть содержит 11 глав. Каждая часть характеризует длительный, жизненно важный этап в эволюции Сталина.

Часть I "Революционер" показывает становление Сталина как личности и профессионального политического деятеля до 1917 года. Часть II "Лидер партии" посвящена анализу неуклонного карьерного роста и влияния Сталина с 1917 по 1928 годы. Часть III "Деспот" анализирует поведение Сталина в десятилетие между коллективизацией и началом Второй мировой войны с 1929 по 1939 годы. Часть IV "Военачальник" дает описание жизни и деятельности Сталина в годы Второй мировой войны (1939-1945). Часть V "Император" посвящена заключительному послевоенному периоду жизни Сталина, его смерти, ряду посмертных событий вокруг его имени и личности. И каждая из многочисленных 54 глав книжки фактически представляет собой увлекательное, почти самодостаточное эссе, связанное с анализом конкретных событий сталинской судьбы.

В первой главе книги, озаглавленной "Сталин, каким мы его знаем", Р.Сервис дает обзор основных сведений, исследований о Сталине, базисных интерпретаций его личности. Он отмечает, что слишком часто исследователи в связи со Сталиным увлекались детальным изучением истории, прежде всего внутрипартийной борьбы в СССР, из логики, которой, как правило, и выводились дальнейшие объяснения подъема и спада волн сталинского террора. По мнению же Сервиса, круг реальных противников Сталина был гораздо шире. Его действительно ненавидели миллионы людей, и вполне по делу:

"Большевики, изгнанные из партии; священники, муллы, раввины; меньшевики и эсеры, националисты внутри страны, да и многие русские люди, крестьяне; даже рабочие и солдаты... Так в каждый момент своей политической победы Сталин продолжал иметь множество причин для непрекращающейся тревоги" (c.11).

Этот вечно настороженный Сталин исследуется Р.Сервисом тщательным образом, во многих ипостасях - как лидер, администратор, теоретик, писатель, друг, муж и отец. При этом автор подчеркивает, что в таком исследовательском подходе, пожалуй, можно обнаружить своеобразную гуманизацию жизни коммунистического лидера, находившегося в ряду тех, кого часто изображали просто "н елюдями" - "монстрами, рептилиями, машинами смерти". По мнению Сервиса, большинство современников, да и потомков, таким образом, опасно недооценивали Сталина. Собственно говоря, сначала современники, политики всех мастей, считали его сероватым и туповатым замухрышкой, лишь волею политического случая ставшего генеральным секретарем правящей партии. Потом одни в нем видели лишь кровожадного тирана, другие - гениального зодчего. Но все эти образы слишком упрощенные, одномерные. По Сервису, убийца миллионов Сталин был, прежде всего, человеком. Человеком сложного характера, своеобразных способностей, человеком многогранной судьбы.

В первой части книги подробным образом анализируется становление революционера Сталина. Историко-географически эта часть книги связана, прежде всего, с Кавказом - местом рождения, детства и юности Иосифа Джугашвили. Потом, с наступлением зрелого возраста, география обитания товарища Кобы (один из первоначальных псевдонимов Джугашвили) начнет драматически расширяться. Став профессиональным революционером, Коба будет появляться, конечно, и в столицах Российской империи. Несколько раз ему удастся кратковременно побывать за границей - на партийных встречах в Вене, Берлине, Лондоне, Стокгольме, Кракове. В основном же он будет раз за разом и все дольше оказываться в ссылках и в заключении, в местах все более глухих и отдаленных: будут здесь и Вологда, и Сольвычегодск, Красноярский и Туруханский края Сибири.

Р.Сервис показывает, что с отрочества и юности проявилось несколько фундаментальных психологических черт характера Сталина. Этот мальчик из бедной и неблагополучной семьи, сын сапожника, пьяницы и драчуна, изначально обладал агрессивным и любознательным характером. Для такого бедняка, как он, было безусловным достижением поступление в Тбилисскую духовную семинарию, учеба на священника. И оценки, в основном высокие и положительные, полученные Иосифом в семинарии, свидетельствуют о его способностях. С детства оно много читал. В юности даже сочинял стихи на грузинском языке, и неплохие; его стихи были даже включены в хрестоматию по грузинской литературе для детей. Как многие, в юности он был достаточно романтичен, зачитывался романами о кавказских разбойниках-абреках. Впрочем, и русская классическая литература, и французский натуралистический роман, авторства Золя например, входили в круг его повседневного чтения. В семинарии Иосиф познакомился с марксистской литературой и соучениками, не в меру для будущих священнослужителей интересовавшимися вопросами революционного обществоведения. За вольнодумство его отчислили из семинарии. Как показывает Сервис, одно время перед Иосифом стояла дилемма, становиться грузинским культуртрегером-интеллигентом или же выбрать дорогу политика-революционера интернационалистского направления. В результате он поставил крест на грузинском романтическом стихосложении и ушел с головой в практическую интернациональную политику. Достаточно быстро и однозначно среди различных оттенков марксистских направлений в России он выбирает для себя большевизм Ленина. В годы первой русской революции он уже один из влиятельных партийных организаторов социал-демократии на Кавказе. К этому времени он публикует первые политические произведения, приступает к редактированию партийной периодики и, конечно, много работает как партийный организатор рабочего движения на Кавказе. На многонациональном Кавказе, в полемике, прежде всего, с влиятельными здесь меньшевиками, он постепенно становится одним из главных экспертов среди большевиков по национальному вопросу. На него обратил внимание Ленин после одной из первых же с ним встреч, охарактеризовав Кобу как "чудесного грузина".

Перед Первой мировой войной Коба уже один из коренных большевиков со стажем, он постепенно входит в партийное большевистское ядро.

И еще он много и неутомимо занимается черновой, порой грязной и опасной работой. Со своим приятелем Камо организует террористическую экспроприацию банковских денег на Кавказе для нужд партии. Вместе с тем товарищи по партии часто отмечают в Кобе и черты неуживчивости, грубость и агрессивность.

У него, конечно, была своя личная жизнь. До революции между бесконечными партийным заботами он успел жениться, у него родился сын. Через два года после брака его жена умерла от туберкулеза, а сына отдали на воспитание к родственникам. Вообще, отмечает Сервис, невзрачный на вид, маленького роста, со следами оспы на лице Иосиф умел притягивать к себе внимание женщин. О его женщинах в дореволюционный период, в том числе во время ссылки, история оставила достаточно свидетельств; известны даже случаи, когда они рожали от Иосифа внебрачных детей. Но, конечно, не личная жизнь, а конспиративная политическая борьба была его главной страстью. Возвращаясь в 1917 году из Сибири в революционный Петроград, 38-летний Коба чувствовал себя бывалым человеком, революционером, готовым к действию в череде непредсказуемых социальных событий.

В Петрограде Коба сменит свою партийную кличку на "Сталин", через год, будучи комиссаром в Царицыне, сменит и свой цивильный дореволюционный костюм на полувоенные френч. Партийный и государственный лидер по имени Сталин в сурово-скромном полувоенном одеянии - этот псевдоним и этот наряд навсегда свяжутся с его образом.

В Петрограде не без некоторых колебаний он полностью примкнет к курсу Ленина на вооруженное восстание - захват власти большевиками от имени пролетариата и беднейшего крестьянства. В это время он редактирует важнейшие печатные издания большевиков и, как всегда, занимается повседневной оргработой. Он нашел жилье в Петрограде в большой грузинской семье революционеров Алиллуевых. Одна из дочерей Алилуевых, 16-летняя Надя, вскоре станет его женой.

Октябрьский переворот был блестяще осуществлен большевиками. Победители формируют свое собственное правительство - Совет народных комиссаров, и Сталин получает в нем пост народного комиссара (министра) национальностей.

Взрыв Гражданской войны стал ответом на радикализм преобразований большевиков. В течение нескольких месяцев их Республика Советов оказывается в кольце враждебных фронтов. Одна из центральных проблем для большевиков - как обеспечить продовольствием подконтрольные им территории, и прежде всего голодающие столицы Петроград и Москву. Сталина посылают в сторону богатого хлебом Юга в Царицын (будущий Сталинград, Волгоград) в качестве комиссара фронта (фактически кризисного управляющего) для организации заготовки и транспортировки продовольствия. Царицын - прифронтовой город, в нем и вокруг него царит хаос Гражданской войны. Именно здесь впервые в настоящих масштабах проявился специфический талант Сталина во всей его красе. Мерами кровавой жестокости, уничтожая на всякий случай бывших офицеров, перешедших на службу в Красную армию, а также наводя ужас на крестьян, изымая у них хлеб, свирепо преследуя спекуляцию и мешочничество, комиссар Сталин навел на фронте и вокруг него большевистский порядок, эшелоны с хлебом двинулись из-под Царицына в сторону большевистских городов.

В ходе Гражданской войны партия еще несколько раз будет посылать Сталина для наведения порядка в кризисные точки - в Пермь, Питер на Польский фронт, и везде появление Сталина будет сказываться в пользу большевистского хода дел.

Впрочем, участие в польской кампании в целом повредило репутации Сталина. Два фронта Красной армии, Западный и Юго-Западный, перешли в стремительное наступление, дойдя почти до Львова и Варшавы. Для взятия Варшавы потребовалось передислоцировать с Юго-Западного фронта конную армию Буденного на Западный фронт. Комиссару Юго-Западного фронта Сталину так хотелось взять Львов, что он вовремя не выполнил приказ о передаче конной армии соседнему фронту. Это была одна из причин срыва наступления Красной армии под Варшавой, а потом и последующего контрнаступления поляков по всему фронту.

Кроме таланта свирепого кризисного управляющего в кровавых гражданских конфликтах у Сталина обнаружился и другой замечательный дар - способность усердного, кропотливого администратора к ведению бесконечных бюрократических дел партии и государства. К концу Гражданской войны он уже успешно возглавляет и совмещает несколько важных полувоенных-полугражданских постов в большевистском руководстве. Так ему поручают возглавить и секретариат ЦК партии. Изначально это был, в общем-то, обычный учетно-бюрократический орган ведения партийных дел, но под руководством Сталина в течение нескольких лет секретариат ЦК скоро превратится в центральную властную организацию Советской России.

Окончание Гражданской войны, введение НЭПа ознаменуется фатальным ухудшением здоровья признанного лидера большевиков Ленина. Ввиду возможной скорой кончины вождя рассматривается вопрос о его возможных преемниках.

Сервис уделил большое внимание вопросу взаимоотношений Ленина и Сталина. Он показал, что, хотя Сталин рано и основательно избрал свой путь среди большевиков-ленинцев, он никогда не был слепым исполнителем ленинской воли. Впрочем, Ленин и не жаловал в ЦК и политбюро лишь слепых исполнителей. И до революции, и в 1917 году, и в Гражданской войне Сталину приходилось иметь собственное мнение, отличное от мнения вождя. Но в последние два года жизни Ленина меж ним и Сталиным проступили действительно серьезные стратегические разногласия. Это был и вопрос национального строительства в связи с образованием СССР, и вопросы организации партийного и государственного аппарата, к тому же перманентно грубый Сталин умудрился испортить и личные отношения с тяжело больным вождем, нахамив жене Ленина Крупской.

Кроме достаточно поздно открывшегося конфликта с Лениным у Сталина все обострялась со времен Гражданской войны вражда со вторым после Ленина вождем большевиков Троцким. Вообще, у Сталина уже появилось достаточно много завистников в партии. Даже ближайшие и влиятельнейшие сталинские соратники по борьбе с Троцким Каменев и Зиновьев начинали выказывать недовольство сталинским стремлением вести самостоятельную политическую игру.

Так называемое ленинское завещание - письмо, в котором Ленин фактически рассматривал вопрос о возможных преемниках на посту вождя партии и рекомендовал сместить Сталина с поста генерального секретаря, заменив более лояльным и предсказуемым для партии лидером, - поставило под серьезную угрозу нахождение Сталина на вершине большевистской власти. Но Ленин умер, его "завещанию" не дали широкой огласки. Сталин остался генсеком, а далее он виртуозно, что называется, "по очкам" в течение нескольких лет переигрывал в борьбе за контроль над партийным большинством вождей-конкурентов: Троцкого, Зиновьева, Каменева и их фракции.

Как показывает Сервис, одной из составляющих сталинского успеха, кроме искусной аппаратной борьбы, была и предпринятая им лично успешная кодификация ленинского наследия для партийных масс в виде ряда сталинских публикаций и выступлений, среди них самой заслуженно популярной стала сталинская брошюра "Основы ленинизма".

Сталин 1920-х годов, по Сервису, - это фракционалист, борющийся против фракций. Он почти всегда с успехом находится в центре между правыми и левыми фракциями, стремясь всячески ослабить и искоренить как левых, так и правых конкурентов. Сталин выдвигает собственное теоретическое положение о возможности построения социализма в одной стране, чего ни Ленин, ни остальные большевистские теоретики никогда не предполагали. Но сталинская идея построения социализма в одной стране, в общем и прежде всего, импонирует неофитам - в массовом порядке принятым в 1920-е годы новым членам партии. Кроме того, к концу 1920-х годов и на среднем, и на высшем партийном уровне Сталину удается расставить своих явных и преданных сторонников.

Сталин 1920-х продолжает рассматриваться Сервисом и с точки зрения его личной жизни, привычек, друзей, семьи. Так специальная глава "Иосиф и Надя" посвящена анализу и хронике второго сталинского брака, рождению и воспитанию сына и дочери, семейным конфликтам, приведшим в конце концов к самоубийству Надежды Алиллуевой.

Конец 1920-х годов ознаменовался беспрецедентным поворотом Сталина в сторону слома политики НЭПа, началом форсированной индустриализации первого пятилетнего плана. Массовые репрессии против крестьян, а также партийной правой оппозиции и старой интеллигенции характеризуют этот период. Именно с этой поры сеть сталинских лагерей начинает неудержимо расползаться в сторону Севера и Востока СССР. Сервис называет становление нового сталинского политиэкономического режима "Террор-экономикс".

Безусловно, в сталинском оркестре коллективизации и индустриализации конца 1920-х - начала 1930-х годов террор играет первую скрипку. Объявив, что по мере построения социализма классовая борьба обостряется, Сталин, конечно, всюду находил тому подтверждения. Были раскрыты разветвленные заговоры среди так называемых буржуазных специалистов, сплоченные в Промышленную партию, Трудовую крестьянскую партию и прочие мифические комплоты. Устрашение, запугивание всех слоев и групп населения было массовым. Последние попытки внутрипартийного сопротивления представителей любой оппозиции - Бухарина, Угланова, Рютина, Смирнова - решительно и грубо пресекались. К тому времени Троцкий уже был выслан из СССР. Под лозунгом "Ликвидировать кулака как класс" в ходе коллективизации была выкорчевана элита крестьянства страны, а само крестьянство было согнано в колхозы и совхозы.

На отнятый у крестьян в ходе коллективизации хлеб срочно и в массовом порядке закупалось новейшее оборудование из Германии и Америки, приглашались иностранные специалисты для проектирования и консультирования строительства и запуска в кратчайшие сроки индустриальных гигантов - металлургических, тракторостроительных, химических и так далее.

Курс на форсированную индустриализацию сопровождался неуклонным восхождением Сталина к верховной единоличной власти. С момента празднования его 50-летия в 1929 году советская пропаганда открыла до того, в общем-то, невзрачном генеральном секретаре кладезь великих и разнообразных достоинств. К началу тридцатых из руководства ВКП(б) были элиминированы фактически все более-менее самостоятельные фигуры, в нем остались лишь явные сторонники Сталина, лично преданные и подчиненные своему вождю.

И все же это были очень трудные времена и для самого Сталина, и для его руководства. Финал первой пятилетки ознаменовался чудовищным массовым голодом среди сельского населения СССР (около 5 млн умерших в 1932-1933 годах). Лихо подстегиваемая, но все равно худо управляемая новоиспеченная индустриальная экономика, казалось, вот-вот пойдет в полный разнос. В личном плане начало тридцатых ознаменовалось для Сталина самоубийством жены.

Тем не менее к середине тридцатых Сталиным были явлены стране и миру результаты бурных преобразований, которые Сервис назвал "модернистское волшебство". Сверхмодернизация, во многом по исконно русским тираническим рецептам Ивана Грозного и Петра Первого, к фигурам которых Сталин испытывает повышенный интерес именно начиная с 1930-х годов, приносит впечатляющие плоды в милитаризации, электрификации, массовой грамотности и гигиене советского населения.

Особое направление сталинской заботы - управление нациями в многонациональном СССР. Политико-культурное манипулирование Украиной, Кавказом, Средней Азией вокруг России, также основанное прежде всего на массовых репрессиях, безусловно, еще одна особая глава в сталинской биографии.

А еще это время неослабеваемых страхов как самого главного победителя со сподвижниками, так и массы его противников. Сервис внимательно исследует состояние массового страха. Именно в нем раскрывается один из главных парадоксов сталинизма: каждое новое его достижение, казалось, плодило против него же самого новые опасности.

Великие "чистки" вокруг 1937 года рассматриваются Сервисом в главах "Террористическое мышление" и "Великий террорист". Сервис подчеркивает, что особенности сталинского терроризма уходят корнями в его прошлый опыт - дореволюционную конспиративную большевистскую работу и, конечно же, в его первый длительный опыт массового убийства и террора в годы Гражданской войны. Между прочим, отмечает Сервис, ленинский большевизм как идеология и практика, в общем, всячески способствовал и попустительствовал практике террора. Другое дело, что терроризм Сталина даже по меркам большевиков оказался ужасающим, в конечном итоге массово и унизительно истребившим самих же большевиков. Так с конца 1936-го по середину 1938 года в СССР было убито около 750 тысяч человек, среди казненных огромное количество членов партии и почти вся старая большевистская гвардия. К концу 1930-х лагеря ГУЛАГа переполнены узниками.

В это время, время зенита славы и могущества Сталина, отмечает Р.Сервис, появляется органичное дополнение к культу личности вождя - так называемый культ безличности. Вызывавший у Сталина глубочайшую симпатию безропотный, терпеливый и оптимистичный так называемый средний кадр, "маленький беззаветный винтик", - тип личности, массово воспитанный в 1930-е свирепым вождем, игравшим в грозное, но отеческое великодушие, - становится главной социально-политической базой сталинизма. Да, появились достаточно широкие слои даже довольных Сталиным, потому что ко времени окончания второй пятилетки уровень жизни населения оказался чуть выше нищенски-голодного уровня первой пятилетки, гигантские сталинские стройки в 1930-е упразднили безработицу, широкое внедрение массового и бесплатного образования и здравоохранения способствовало возможностям вертикальной мобильности советских трудящихся.

В конце 1930-х сталинский террор несколько ослабевает. В терроре, как это называет Сервис, наступает относительно грубая "передышка", словно в предчувствии, преддверии мировой войны.

Тему "Сталин и мировая война" Сервис исследует тщательно, начиная с источников возникновения международных конфликтов 1930-х, так или иначе связанных с СССР. Сервис, ссылаясь на большинство мнений, отмечает, что у Сталина, не было достаточного кругозора и опыта ведения международной политики, хотя при Ленине он курировал одно время международные отношения на границах Советской России в Закавказье и Прибалтике. Кроме того, Сталин, так чудовищно занятый форсированным построением социализма в одной стране, по-видимому, не имел достаточно времени для углубленного занятия внешней политикой. Вообще, кажется, все его усилия были направлены на то, чтобы СССР существовал автаркично от буржуазных соседей и до поры до времени избегал с ними конфликтов. От недостатка внимания или из-за отсутствия кругозора фатально неразумные сталинские рекомендации для германской компартии фактически облегчили приход к власти Гитлера.

В середине и в конце тридцатых годов, как показывает Сервис, Сталин более внимательно прислушивался к советам своих экспертов-международников Литвинова и Димитрова, что позволило СССР проводить более внятную и последовательную международную политику, в частности в Лиге Наций. Сталин, верный революционной идеологии, поддержал испанское правительство в борьбе с генералом Франко. Но именно в ходе испанской войны в очередной раз обнаружилась сталинская нетерпимость к любым формам плюрализма, даже левосоциалистического. Агенты советских спецслужб во всю противостояли в Испании влиятельным там троцкистам, анархистам и просто независимым коммунистам, ослабляя тем самым фронт борьбы с Франко и итало-германскими фашистами. Вскоре в Мексике был настигнут сталинской местью Троцкий. Массовые чистки и репрессии постигли также аппарат Коминтерна в СССР и за рубежом. Массовым чисткам подверглись также некоторые советские народы, расселенные пригранично с их национальными государствами, - корейцы и китайцы на Дальнем Востоке, поляки на Западе и даже греки на юге СССР.

Милитаристская экспансия Италии, Германии и Японии в конце тридцатых, заключение меж ними союзнического антикоминтерновского пакта создавали все большую угрозу для СССР. Обеспокоенный Сталин безуспешно искал союзнических контактов с Францией и Англией. А затем он неожиданно решился идти на сближение со злейшим врагом коммунистов Гитлером. Сервис отмечает, что для коммуниста Сталина не существовало особых различий между либеральными и фашистскими государствами, ведь все они по определению были странами капиталистическими. В условиях надвигающейся войны Сталин боялся остаться в изоляции и тем более в недружественных отношениях с таким колоссом, как Германия. Заменив на посту министра иностранных дел еврея, бывшего меньшевика Литвинова, на своего старого русского товарища большевика Молотова, он пригласил фашистского министра иностранных дел Риббентропа в Москву, где в итоге и был подписан знаменитый пакт между СССР и нацистской Германией, потрясший весь мир. Через неделю после подписания пакта началась мировая война. По секретным договоренностям Гитлер и Сталин поделили между собой Восточную Европу. К СССР фактически отходили все бывшие земли царской России: значительная часть Польши, вся Прибалтика, позже Бессарабия-Молдавия. Везде на занятых Красной армией территориях устанавливался советский порядок, сопровождаемый массовыми репрессиями по отношению к представителям так называемых буржуазных классов.

В это же самое время сталинский СССР вышел эффектным победителем в вооруженном столкновении с японцами на Дальнем Востоке, но одержал натужную позорную победу в войне с маленькой Финляндией, потеряв более ста тысяч убитыми. Анализ причин успехов и неудач Красной армии показал, что кроме насыщенности войск танками и аэропланами требовалось еще и компетентное командование. В степях Монголии в борьбе с Японией во многом исход советской победы предрешил военный гений молодого военачальника Жукова. Другие советские генералы планировали и проводили финскую кампанию. Именно в Финляндии наглядно проявилась дезорганизация и низкая боеспособность Красной армии, обескровленной свирепыми поголовными сталинскими чистками от младшего командного до маршальского состава.

Более всего Сталина обеспокоило то, что финская кампания показала всему миру слабости Красной армии. И конечно, на эти слабости обратили злорадное внимание в Берлине. Безусловно, беря в расчет финские неудачи Красной армии, Гитлер наметил амбициозный "план Барбаросса" - план стремительного военного разгрома и порабощения СССР.

Сервис показывает, что Сталин, с одной стороны, вроде и принимал во внимание сведения о готовящемся фашистском нападении на СССР, всячески подстегивая перевооружение и усиление армии, а с другой стороны, все тешил себя надеждами на оттягивание войны на неопределенный срок. Так или иначе немецкое вторжение 22 июня 1941 года оказалось шокирующей неожиданностью прежде всего для Сталина. В первые дни войны он просто психологически не мог прийти в себя. Но очень скоро мобилизовался сам и приступил к тотальной мобилизации всей страны на борьбу с захватчиками. Здесь мы не будем пересказывать всех глав книги, посвященных Отечественной войне, написанных добротно и объективно, в которых сжато и точно проанализированы основные сражения, положительное и отрицательное значение в них Сталина, его переговоры в рамках "большой тройки" - СССР, США, Великобритания. Сервис воздал должное и героизму народов СССР в борьбе с гитлеризмом, подчеркнув чудовищную ожесточенность боевых действий воюющих сторон. Отметил Сервис и персональную жестокость Сталина в организации военных действий, его неоднократные устрашающие приказы-требования по армии: "Ни шагу назад!". В связи с этим все же не удержимся от воспроизведения цитаты, которую приводит Сервис, как наглядного образца черного юмора Верховного главнокомандующего, устрашающего своих подчиненных. В октябре 1941 года армейский комиссар на Западном направлении обороны Москвы Степанов по телефону запросил у Сталина разрешения отодвинуть штаб от Перхушкова на Восток ввиду близости штаба к зоне боевых действий. Диалог перевожу с английского:

"Сталин: Товарищ Степанов, проверьте, достаточно ли у ваших товарищей имеется лопат.

Степанов: Что-что, товарищ Сталин?

Сталин: У товарищей есть лопаты?

Cтепанов: Товарищ Сталин, какого типа лопаты вы имеете в виду, типа саперные лопаты или какие-то другие?

Сталин: Не важно, какого типа.

Степанов: Товарищ Сталин, у нас достаточно лопат! Но что нам делать с ними?

Cталин: Товарищ Степанов, передайте своим товарищам, если они собираются покинуть Перхушково, то пусть берутся за лопаты и роют себе могилы. Мы не оставляем Москву. Ставка остается в Москве. И вы не вздумайте покинуть Перхушково".

Мышление послевоенного Сталина, по Сервису, было подобно сломанным часам. Ничего не собирался менять в своем отношении к жизни и политике этот деспот-император. А время работало против него. Он старел. У него обозначились серьезные проблемы со здоровьем, прежде всего кардиологические, уже во время и сразу после войны. Он все больше времени, несколько месяцев в году, проводил на своей даче Холодная Речка на Черноморском побережье Кавказа. Многие его современники про себя отмечали: Сталин явно сдал, как физически, так и ментально. Но, подчеркивает Сервис, вопреки всему Сталин не собирался сдаваться, он продолжал "держать удары" времени и судьбы.

Послевоенное время ознаменовалось началом холодной войны, вызванным во многом насаждением Сталиным коммунистических режимов в Восточной Европе и конструированием над СССР и его сателлитами полицейско-идеологического железного занавеса.

Внутри СССР, казалось, также сформировалось железное сталинистское руководство из так называемых молодых и старых членов политбюро. У каждого такого члена был свой набор отраслей советского хозяйства, который он лично курировал. Между некоторыми ключевыми членами политбюро была скрытая конкурентная вражда, шла борьба за сферы советского влияния и контроля. Например, между Ждановым, с одной стороны, и Маленковым, Берией - с другой. Старая гвардия политбюро - Молотов, Микоян, Каганович, - казалось, несколько отошла на второй план. И конечно, все это руководство жило по порядкам, заведенным Сталиным. Например, они жили в согласии со сталинским рабочим расписанием. Сталин любил работать и отдыхать по ночам. И Кремль, и все министерства не смыкали глаз до наступления раннего утра, а сталинская ночная жизнь сводилась то к полуночным пирам на подмосковных дачах и просмотрам кинофильмов в компании нескольких членов политбюро, то к стратегическим совещаниям и неожиданным телефонным звонкам в различные ведомства средь глубокой ночи.

По-прежнему неустанно и мощно работал репрессивно-карательный механизм государства. Узники ГУЛАГа продолжали извлекать из недр Сибири огромное количество золота, алмазов, урана и угля. Периодически проводились свирепые чистки. Так в конце сороковых Сталин уничтожил председателя Госплана, члена политбюро Вознесенского, одно время, со слов Сталина, считавшегося его личным преемником. Заодно было разгромлено руководство ленинградской партийной организации. Сталина не оставляли заботы национальных чисток. Одной из его последних затей перед смертью стала борьба с так называемым безродным космополитизмом, который олицетворяли евреи.

К семидесятилетнему юбилею Сталина в СССР были организованы императорские почести. А на торжественном заседании в Большом театре в честь юбилея Сталина присутствовали и выступали представители ведущих компартий мира: Торез и Тольятти, Мао и Ибаррури. Все славили мудрого Сталина.

В области послевоенной внешней политики, конечно, главная интрига холодной войны - в первую очередь между СССР, с одной стороны, и англо-американским альянсом, с другой, - разворачивалась вокруг устрашения атомным оружием. Заполучив собственную бомбу в юбилейном для себя 1949 году, Сталин, безусловно, почувствовал себя более уверенно. Возможно, именно из-за этого он согласился (не сразу, но согласился) на авантюру Ким Ир Сена объединить военным путем Северную и Южную Кореи. В результате в начале 1950-х вспыхнула ожесточенная корейская война, в которой СССР и Китай, поддерживавшие Северную Корею, и США и их союзники, воевавшие за Южную Корею, несколько раз оказывались на грани возникновения нового (возможно, атомного) всемирного военного конфликта. В целом Сталин продолжал проводить жесткую и агрессивную внешнюю политику, направленную на всемерное расширение мирового социалистического лагеря.

"Насколько Сталин был действительно интеллектуалом?" - задается вопросом в главе "Вождь и интеллектуал" Сервис. Да, Сталин "оксфордов не кончал", но с юности был чудовищно любознателен; насколько позволяла обстановка, много читал. Он был трудоголик во всем, в том числе и в том, что казалось самообразования. Находясь на вершине власти, он старался как можно чаще бывать в театрах, смотреть кино. Он лично вникал в дела литературные, ситуацию в кинематографе и искусстве и влиял на нее через созданные при нем соответствующие бюрократические творческие союзы. Его участие проявлялось в разных формах, вплоть до благоволения или недовольства по отношению к конкретным писателям, музыкантам, кинематографистам. Конечно, товарищ Сталин не был "большой ученый", каким его характеризовала официальная пропаганда и гулаговский песенный фольклор, но он был, безусловно, незаурядный, во многом выдающийся дилетант, порой бесстрашно и беззаветно занимавшийся собственными исследованиями в области экономики, языкознания, истории, заодно пристально контролируя, порой фатально, естественные науки - от физики до биологии.

В личном плане последние годы Сталина характеризуются усиливающимся состоянием одиночества. На войне, в плену, погиб его старший сын Яков, с которым у отца были сложные отношения. После войны Сталина огорчали истории с дочерью Светланой, часто менявшей мужей, скандальные пьяные кутежи сына-летчика генерала Василия. Сервис описывает случай, когда однажды Сталин созвал к себе, на свою дачу под Сочи, нескольких друзей своей кавказской юности, но все прошло как-то неловко и скованно. Проводив друзей и одарив их подарками, Сталин ограничился лишь этой единственной встречей - возобновления задушевной дружбы не произошло.

Больной деспот упорно не доверял врачам, предпочитая для поправления собственного здоровья длительный отдых на дачах и простонародные средства лечения. В начале марта 1953-го Сталина настиг обширный инсульт, приведший его через несколько дней к смерти. Отмечая, что и умирающий Сталин оставался загадочно-страшным для окружающих, Сервис рассматривает различные версии политических и властных интриг вокруг смерти Сталина.

Смерть Сталина, безусловно, стала шоком для всего мира. Для веривших в сталинский коммунизм это было время скорби, для противников Сталина - пора ликования.

В заключительной главе "После Сталина" Сервис подвел аналитические итоги эволюции дела Сталина и его наследия в России и в мире вплоть до сегодняшнего дня.

К сожалению, в нашем кратком обозрении сервисовского жизнеописания Сталина мы все же слишком сбились на пересказ эволюции Сталина как политика и государственника. А сила и очарование книжки Сервиса как раз заключается в тщательной реконструкции различных личностных проявлений Сталина, в которой он ярко явлен в многообразии своих образов.

Воистину, в книге Сервиса присутствует дух его британских соотечественников - эмпирика Дарвина и драматурга Шекспира. Подобно автору "Происхождения видов", тщательно и подробно Сервис реконструировал историю эволюции юного революционера в дряхлого консерватора. Подобно автору "Ричарда III", Сервис показал бездну преступных страстей, окутывающих человека, стремящегося к абсолютному господству.

Вместе с тем нам кажется, что между мастерски сделанными эмпирической и драматической составляющими книги автором недостаточно проработана собственно аналитическая часть оснований сталинской личности. Воспроизведем одну из ярких и сочных характеристик Сталина, данных Сервисом:

"Сталин как лидер был многолик. Он был массовый киллер, психологически обремененный навязчивыми идеями. Он думал и писал, как марксист. Он вел себя подобно самым жестоким правителям России давних времен. Он был партийный босс, администратор, издатель и корреспондент. Он был отец семейства, хозяин дачи, а также ненасытный читатель, интеллектуал-самоучка. В зависимости от обстоятельств он то демонстрировал в единстве все эти свои черты, то одни из них скрывал, а другие, наоборот, выставлял напоказ. Он обладал способностью разделять, подразделять и вновь собирать в единство себя самого. Многообразие сталинских образов впечатляло, очаровывало и ужасало окружающих, и, безусловно, именно в этом заключался один из его секретов господства над ними" (с.379).

Ну, конечно, все это так, он мог казаться то "Гудвином великим и ужасным", а то гигантским "спрутом-осьминогом". Тем не менее и у "гудвинов", и у "осьминогов" существует внутренняя координация и иерархия собственных движений-образов, существует она также и у диктаторов-лицедеев. Нам представляется, что классификация Сервиса: массовый киллер и... в придачу еще три десятка характеристик - недостаточна. На наш взгляд, замечательное многообразие различных черт Сталина (отнюдь не противореча книге Сервиса, а лишь концентрируя из нее аналитические выводы) можно было бы свести к трем составляющим. Во-первых, Сталин был бандит; во-вторых - бюрократ; в-третьих - большевик. Каждая из этих черт должна быть рассмотрена изначально морально нейтрально и безоценочно.

В самом деле, кто такой бандит? Герой-авантюрист, который грабит и убивает окружающих. Говорят, есть особая порода благородных бандитов, которые грабят и убивают богатых, чтобы раздать их имущество бедным. Например, соотечественник Роберта Сервиса Робин Гуд. И ведь сам Сервис очень хорошо и многократно показал, как еще с юности Сталин зачитывался книжками про кавказских бандитов-абреков и принимал до революции участие в организации бандитских экспроприаций банков, а во время революции Сталин тоже грабил - под Царицыном, и не только. И наконец, разве его коллективизация не была величайшим бандитским ограблением XX века? И все эти бандитские выходки, конечно, Сталин объяснял исключительно заботой о бедняках России и всего мира.

Кто такой бюрократ? Чиновник-рационалист, выполняющий дух и букву закона. Говорят, есть особая порода мудрых чиновников. Денно и нощно заботятся они о порядке в государстве, его развитии во благо народа. Таким стремился быть сам Сталин. Бюрократический аппарат, состоящий именно из таких людей, он стремился создать.

Кто такой большевик? Революционер-идеалист, который уничтожает эксплуататорский мир, а на его месте устанавливает от имени своей революционной партии, вооруженной марксистской теорией, так называемую диктатуру пролетариата ради построения справедливого общества. В этом смысле Сталин был, безусловно, большевиком.

Проблема заключается в том, что, во-первых, все три вышеперечисленных идеальных образа вступают в повседневной действительности в реальные противоречия. А во-вторых, эти образы применительно к Сталину оказываются далеко не идеальными.

Что касается внутренних противоречий единства бандитизма, бюрократизма и большевизма - этих трех составляющих сталинизма, то в книге Сервиса мы обнаруживаем массу примеров. Внутри самого Сталина, а главное, в созданном им обществе велась непрекращающаяся борьба между бандитизмом, бюрократизмом и большевизмом. Например, во время Гражданской войны большевики то дружат с бандитами, набирая из них в свои ряды героев-командиров, то свирепо и вероломно расправляются с ними, а бандиты перед гибелью и разгромом сетуют, что житья им не стало от бюрократического большевизма. А вот в чистках 1937 года старая большевистская гвардия уже шлет проклятья своему убийце - бандитскому бюрократизму Кобы. А сам советский бюрократизм при Сталине, пожалуй, тоже чувствовал себя неуютно от постоянного бандитски-анархического творчества народных масс и большевистского идеализма. И только Сталин, как никто иной, умел как в себе самом, так и в своей стране разделять, собирать, дробить, воссоединять: бандитизм, бюрократизм, большевизм. Да и вообще, он постиг дух времени, он оказался в нужном месте, потому что период между двумя мировыми войнами, названный историками временем катастроф, оказался золотой порой для бандитов, бюрократов и большевиков.

Но кроме противоречий этого единства также иерархия этого единства помогает нам реконструировать феномен масштабов сталинских действий.

Ну в самом деле, кто такой просто бандит (хороший или плохой)? Ну, в среднем (вместе со всей своей бандой) это убийца нескольких десятков, максимум сотен человек. Это все-таки еще "кустарно-мануфактурный уровень" убийства. Таковы были сталинские командиры - герои Гражданской войны.

Бандит, ставший бюрократом, овладевший государственными органами, способен поставить процесс убийства на поток, заводской конвейер; в расход он уже может пустить от тысячи до ста тысяч человек. Таковы были сталинские чекисты - руководители ГУЛАГа.

Бандит-бюрократ, большевик, дирижирующий теориями и практиками тотальной переделки человечества, способен "заколлективизировать" до бойни апокалиптических масштабов многие миллионы человек! Таковым был сам Сталин!

При этом загадка Сталина заключается в том, что он ведь не был просто император- разрушитель, как Нерон, театрально спаливший Рим, не был он просто Джеком Потрошителем, садистски резавшим лондонских проституток. Сталин был не только Дядюшкой Джо Потрошителем, но, безусловно, Дядюшкой Джо Созидателем. На выпотрошенный из коллективизированного крестьянства хлеб он построил заводы, метро, танковые колонны, эскадрильи самолетов, предоставил массе безграмотных подданных возможность получения бесплатного образования.

Эта способность криминогенного вождя быть лицедействующим потрошителем-созидателем, как правило, глубоко зачаровывает современные ему массы. Потомкам же остается осмыслить великое наследие мрачных времен, и во все увеличивающейся пирамиде исследований истории Советской России книга Роберта Сервиса "Сталин", безусловно, становится одним из краеугольных камней.