Партия умерла. Да здравствует партия

Результаты прошедших в воскресенье, 30 августа, выборов в нижнюю палату парламента Японии оказались одновременно и предсказуемыми, и сенсационными.

Предсказуемость состояла в том, что правившая почти безраздельно в течение последнего полувека Либерально-демократическая партия (ЛДПЯ), потерпела сокрушительное поражение, получив всего 119 из 480 мест в нижней палате парламента, а доселе оппозиционная Демократическая партия (ДПЯ) одержала убедительную победу, завоевав 308 мест (вместе с возможными союзниками по коалиции – 322).

Сенсационность же заключается в том, что ЛДПЯ до недавнего времени обладала практически безраздельной монополией на власть. За последние полвека она эту власть практически никогда надолго не уступала. Теперь ее монополия нарушена.

Можно много и долго гадать, было ли это вызвано, например, текущим экономическим кризисом. Отчасти, да – кризис серьезно ударил по ориентированной на экспорт экономике Японии. Но кризис правящей ЛДП начался задолго до того, как последствия американского кризиса ипотечного кредитования стали ощущаться во всемирном масштабе. ЛДПЯ неизменно теряла позиции в ходе всех последних выборов, и нынешнее поражение было только вопросом времени.

Парадокс состоит в том, что ДПЯ, по сути, не являет собой альтернативу ЛДПЯ. Как ЛДПЯ была классическим примером «всеохватной партии», базирующейся не столько на каких-либо политико-идеологических принципах, сколько на самой идее власти (каковыми были КПСС в годы советской власти, Индийский национальный конгресс в пору его расцвета, какой пытается сегодня быть «Единая Россия» и т.д.). Точно такой же партией является и ДПЯ. В обеих партиях существует множество групп, течений, индивидуальных различий, покрывающих самый широкий политико-идеологический спектр позиций – от леволиберальных до правоконсервативных.

Таким образом, смена правящей партии сама по себе никоим образом не означает смену ориентиров политического курса – ни во внутренней политике, ни во внешней. Это просто смена действующих лиц на политической сцене. Более того, я уверен, что смена правящих партий не означает и смены приоритетов в том, что касается государственной политики в отношении крупных корпораций. Насколько я понимаю суть политического процесса в Японии, ни одна крупная корпорация не станет «класть яйца в одну корзину», финансируя лишь одну их противоборствующих сил и рискуя потерять все в случае победы другой. А значит, позиции крупного японского бизнеса и ведущих бизнес-групп останутся незыблемыми.

Так что смена партий во власти в Японии, по сути, важна только для их собственных функционеров, одни из которых оказались вознесенными к вершинам, другим приходится уйти в отставку и начать подумывать о собственном трудоустройстве.

Самый интересный вопрос, возникающий в связи с прошедшими выборами, состоит в том, как будет дальше развиваться политическая система Японии. Станет ли ДПЯ реальной альтернативой ЛДПЯ и будем ли мы свидетелями формирования нормальной двухпартийной системы? Или же ДПЯ попросту вытеснит ЛДПЯ с вершин власти и станет такой же «всеохватной партией», какой были либеральные демократы?

Помню, когда я еще учился в школе, наша учительница истории и обществоведения (естественно, убежденная коммунистка) говаривала: «Нет никакой разницы между партиями в США или Великобритании – ни одна из них ведь не отвергает капиталистический путь развития». В чем-то она была права – различия между партиями Запада если в чем-то и состоят, то не в тех принципах, которые считались основополагающими для простого советского человека: в самом деле, не считать же принципиальным требование сократить налогообложение с 35% до 30% или разрешить/запретить браки гомосексуалистов или убийство женщинами нерожденных детей. Эти вопросы считаются жизненно важными в современном либеральном обществе Запада, но для обществ, сохранивших хоть какую-то минимальную связь с традиционными устоями человеческой цивилизации, выглядят мелкими и поверхностными либо давно решенными раз и навсегда.

Япония же демонстрирует как раз тот случай, когда между партиями и в самом деле нет никаких различий – даже для внутреннего пользования. Пока произошедшая рокировка во власти является простой сменой лиц. Станет ли она провозвестницей смены политических векторов развития, покажет будущее. Но у меня на этот счет есть большие сомнения.