Ядерщики против «ЕдРа» 6:9

Список кандидатов на выборы в Совет депутатов города Протвино оказался на удивление длинным — 150 человек. Бюджетники, врачи, бизнесмены, спортсмены, отставные военные, 20 единороссов, немножко коммунистов и партий помельче. Несколько неожиданно в списке смотрелись 20 самовыдвиженцев из Института физики высоких энергий (ИФВЭ). В день голосования, 14 сентября, явка составила 35,2% — самая высокая среди наукоградов Московской области. Видимо, сказалась беспрецедентная для города избирательная кампания с применением «грязных» политтцехнологий: снятие конкурентов через суд, черный пиар, война плакатов.

По итогам голосования 6 из 20 институтских кандидатов (почти треть) получили места в Совете депутатов. Девять мандатов достались единороссам. На первый взгляд логично, что градообразующее предприятие хочет видеть своих людей в представительном органе наукограда. Но какие проблемы они смогут там решить?

Протвино и ускоритель

Сейчас Протвино выглядит как обычный современный городок в Московской области. Кирпичные дома утопают в зелени. Зимой здесь рай для лыжников, а летом — для любителей ягод и грибов. Под боком река Протва. Есть несколько школ, спортивных комплексов, развитая торговая и транспортная инфраструктура. Рядом крупный город Серпухов, где многие работают, да и до Москвы пара часов езды на автобусе.

В 1960 году, когда его начали строить, это был поселок для жизни сотрудников грандиозного по тем временам научного объекта — ускорителя протонов на энергию 70 ГэВ. Сначала поселок назывался Серпухов-7 и, скорее всего разделил бы участь многих секретных научных городков, окруженных бетонным забором с колючей проволокой, если бы руководство будущего ускорителя не добилось проведения там международных экспериментов. На основе филиала московского Института теоретической и экспериментальной физики (ИТЭФ) создали Институт физики высоких энергий, пригласили работать физиков из Дубны, Харькова, Москвы. Молодые ученые потянулись в новый институт со всей страны. Приехали и мои родители, выпускники МЭИ. С конца 60-х годов здесь уже работали ученые из ЦЕРН.

С помощью протвинского ускорителя физики изучали фундаментальное строение материи и сил природы, искали доказательства существования кварков. Ученые ИФВЭ получили впервые экспериментально обнаружили ядра антигелия и антитрития, подтвердили гипотезы о составном строении протонов («масштабная инвариантность»), открыли рост полных сечений («Серпуховский эффект»).

ИФВЭ стал градообразующим предприятием, на его балансе находились детские сады, пионерские лагеря, гостиница, Дом ученых. Вся жизнь вертелась вокруг ускорителя и науки. Дом культуры назвался «Протон», кафе — «Орбита», ВИА — «Мезон». В трех общеобразовательных школах учили так, что выпускники без репетиторов по-ступали в лучшие вузы страны.

Всего пять лет после запуска ускоритель У–70 в Протвино оставался крупнейшим в мире, потом нас обогнали американцы. Тогда в Протвино задумали построить гигантский ускоритель и в 1984 году приступили к сооружению для него подземного тоннеля длиной 21 км. Летом 1989 года я, студентка геологического факультета МГУ, проходила в нем практику при местной геологической партии, собирала материал для курсовой работы. Для поддержки проекта в 1990 году правительство приняло программу «Физика высоких энергий».

А вскоре стало понятно, что новый ускорительно-накопительный комплекс (УНК) вряд ли построят. Тоннель законсервировали до лучших времен. В институте начались сокращения, ученые потянулись за рубеж или уходили из науки. Пытаясь выжить, ИФВЭ избавлялся от непрофильных активов, передавая их городу. Его общежития постепенно были приватизированы — так институт остался без возможности давать временное жилье новым сотрудникам. Он разделил общие со всей российской наукой проблемы: хроническое недофинансирование, низкие зарплаты, отсутствие заказов, старение кадров.

— Я с детства мечтал работать в институте. — Рассказал мне по телефону коренной протвинец Роман Фурцев. — Книжки читал про электронику, про черные дыры. Закончил Тульский политехнический и, как только в ИФВЭ открылась вакансия, сразу устроился в отдел электроники и автоматизации.

В 2001 году Роман покинул институт и вскоре создал свой бизнес. У него маленькая компания, которая занимается электронными подписями. В 2008 году он организовал акции протеста против строительства в Протвино стеклотарного завода, который мог разрушить прекрасную экологию района. Постепенно стал экологическим активистом, борется против вырубки леса и незаконной застройки вокруг города. В 2009 году Роман баллотировался в Совет депутатов, но не прошел. Тогда его еще мало знали, а теперь он местная знаменитость. Летом 2014 года Фурцева избрали в Общественную палату Протвино. После сеньтябрьских выборов он еще и депутат местного совета.

Выборы 14 сентября

Протвино поделили на четыре избирательных округа, в каждом из которых баллотировались от 25 до 40 кандидатов. В день голосования я ходила по избирательным участкам Протвино в качестве журналиста от партийной газеты «Яблока». Комиссии вели себя вежливо, встречали открыто. На участках было полно наблюдателей от разных кандидатов, которые аккуратно вели подсчет избирателей в одинаковые разлинованные таблички. Работали как по учебнику: в паре, сверяли явку с данными комиссии, у каждого — заготовки типовых жалоб, только повода использовать их не было. Гораздо веселее было толкаться у стендов с анкетами кандидатов и слушать разговоры протвинцев.

— Выгановский Богдан Богданович язву у мужа лечил. Я за него проголосую, — говорит мне хорошо одетая дама.

— Фурцев — это который против стеклотарного завода? Не нужен он в Совете. Я слышал, что завод даст рабочие места, а экология не пострадает, — замечает ее муж, и оба уходят к кабинкам, держа в руках бюллетени полуметровой длины.

— Вольховский — очень хороший человек. — Старушка водит пальцем по фотографиям. — Спортсменам помогает, сам инвалид-колясочник.

— Вы хорошо его знаете? — спрашиваю я.

— Я всех знаю. Работала в 1-й школе учителем немецкого. Или вот Федосеев, наш офтальмолог. А за богатых не надо голосовать. Я считаю, чем богаче человек, тем чернее у него душа.

— Покажите мне, где галочки ставить, я за «Единую Россию» только, — немолодая женщина требовательно подошла к председателю комиссии.

— Я не имею права вам помогать. Идите к стенду, читайте, выбирайте.

— Мысник только говорить умеет, на всех мероприятиях речи говорит, — посмеиваются женщины.

— Серегина просто сидит (в Совете депутатов прошлого созыва. — Т.П.), даже не говорит ничего, — прокомментировали разодетые блондинки на высоких каблуках.

— Рыбаков? Этот хороший, старый, с ним еще мой покойный муж работал.

— Она людей должна лечить, нечего ей в депутатах делать, — авторитетно заявил крепкий молодой мужчина, показывая на анкету врача.

— А эта — институтская?

— Лыточкина мне много хорошего сделала.

Периодически какая-нибудь парочка избирателей порывалась зайти в одну кабинку, чтобы помочь друг другу заполнять бюллетени. Комиссия терпеливо разводила их врозь.

— Смотри, сейчас начнут через перегородку общаться, — толкнула меня моя бывшая учительница физкультуры. Она работала наблюдателем на участке, куда я пришла отдать свой голос согласно прописке в паспорте. По принципу «протвинцы голосуют только за протвинцев» и «мы за институтских» я отметила пять фамилий.

«Институтские»

В «институтскую команду», как окрестили выдвинувшихся на выборы сотрудников ИФВЭ, вошли люди, занимающие серьезные должности и близкие к руководству. Главный инженер института Александр Брагин, замдиректора по финансовой части Валентина Лыточкина, помощница директора по экономике Валентина Лаврентьева, и.о. начальника отдела энергетических установок Дмитрий Хмарук, зам. главного механика Александр Краснов — все они получили депутатские мандаты. Шестой «институтский» мандат достался физику Виктору Беззубову.

В анкете Беззубова скупо говорилось, что он окончил физико-технический факультет Харьковского университета. В ИФВЭ работает с 1974 года, кандидат физико-математических наук, лауреат Премии Ленинского комсомола, соавтор открытия топ-кварка. В городе его знают как преподавателя шахматной секции и, в последние годы, как борца с пресловутым стеклотарным заводом.

Беззубов шел по 4-му округу вместе с четырьмя коллегами по институту. По этому же округу шел молодой единоросс Артем Звонарев, имевший амбиции стать мэром Протвино. Разумеется, на подсчет голосов я пришла в 4-й округ, на УИК № 2406.

На участке было многолюдно, помимо членов комиссии я насчитала 12 посторонних зрителей. В 20:00 председатель комиссии закрыла участок и начала подсчет бюллетеней. Через час на столе выросла огромная пачка длинных портянок — 1006 бюллетеней. Члены комиссии расселись вокруг стола с листами бумаги и разноцветными стикерами, помеченными номерами кандидатов. Председатель с заместителем, как положено по регламенту, оглашали каждый бюллетень.

— Беззубов, Костин, Люлев, Семин, Соколов.

— Ботвинко, Жаченкова, Звонарев, Подольский, Чепурная.

Первая пятерка — «институтские», вторая — «единороссы». В течение следующих 2,5 часов каждую из двух пятерок повторили раз триста. Мы выучили эти фамилии наизусть, а зампредседателя даже читал пятерки нараспев. Никто не скучал, зрители напряженно заполняли таблички со своими кандидатами, бегали друг к другу сверяться. По залу ходил высокий жгучий брюнет в блестящем костюме и остроносых ботинках. Это был кандидат-единоросс Артем Звонарев.

— На сколько мест в Совете рассчитываете? — спросила его я.

— Пять-семь, — разговаривать ему явно не хотелось, он нервничал, постоянно звонил, нарезал круги вокруг стола, где шли подсчеты, так что в конце концов председатель не выдержала и сделала ему замечание. Потом поругала. А потом пригрозила удалением с участка.

Я потихоньку выяснила, что среди зрителей находятся еще четыре кандидата в депутаты. Седой мужчина в голубой ветровке выписывал цифры в блокнот.

— Вы наблюдатель? — спросила я его.

— А вам какое дело? — седой упрямо наклонил голову.

— Я журналист, пишу про выборы.

— Для какой газеты?

Я показала ему редакционное задание «яблочной» газеты.

— С вами не буду разговаривать. На Явлинского так надеялась интеллигенция, а он всех подвел.

Когда подсчет был окончен и увеличенная форма протокола заполнена, все ринулись ее изучать. Я быстро прикинула топ-5: трое «институтских» — Беззубов, Костин, Соколов и двое единороссов — Жаченкова и Подольский, между прочим бывший главврач протвинской поликлиники.

— Трое институтских прошли, неплохо, — обратилась я к седому мужчине.

— Чего же хорошего, — сказал он. — Совершенно бесполезный Подольский, а могли бы наши еще пройти.

Это был Виктор Беззубов.

Проблемы города и проекты института

— В Совете депутатов наукограда должны присутствовать образованные люди, — сказал мне в телефонном разговоре ученый секретарь ИФВЭ Николай Прокопенко.

Николай живет в Протвино с детства, закончил МИФИ по специальности «ядерная физика». В институте работает с 2002 года, после окончания аспирантуры. По его словам, никакой координации сверху у «институтских» не было, — кто захотел, тот и выдвинулся на выборы. В городе много проблем, которые требуют решения: плохие дороги, нет освещения во дворах, с медициной беда.

— У нас хирургия в плохом состоянии, не делают современные сложные операции, не хватает как оборудования, так и высококвалифицированных сотрудников. В Москву на операции отправляют. Нет томографа. Даже в Большевике (поселок недалеко от Серпухова. — Т.П.) есть томограф, а в наукограде Протвино нет.

Николай Прокопенко считает, что институт и город нужны друг другу, в том числе и для развития совместных высокотехнологичных проектов. Например, Центра ионной лучевой терапии, проектирование которого ведется ИФВЭ с 2000 года.

Сам он тоже баллотировался в депутаты, но не прошел.

— В целом «институтские» слабо кампанию провели, мало агитировали. Один Виктор Беззубов много работал, обходил квартиры, разговаривал с жителями. У него цель была — пройти в Совет.

Судя по газете «Ускоритель», ИФВЭ все же инициировал поход в депутаты и морально поддержал своих кандидатов. Похоже, развитие Протвино есть главная проблема, которая волнует и жителей, и институт. Как сказал мне Роман Фурцев, нет ответа на вопрос — куда движется город.

— Вот вы спрашиваете про наукоград, но сейчас ведь не шестидесятые–семидесятые, — отвечал мне Фурцев. — Это город должен привлекать мощности института для создания высокотехнологичного пояса предприятий. Это есть в моей программе развития Протвино.

В прямом эфире на местном портале Glazey 18 сентября он выразился еще четче: «Последние пять с половиной лет были блужданием в потемках, никакой четкой стратегии развития города Протвино я от действий местной власти не увидел». Депутат прошлого и нового созывов адвокат Игорь Огородников в том же эфире поддержал его мнение: «Это были потерянные пять лет».

Когда я спросила Романа, зачем, по его мнению, институту места в Сове-те депутатов, он ответил:

— У Баженова (мэр Протвино. — Т.П.) не сложились отношения с ИФВЭ, так как он был против льготного налога на их федеральные земли. Они обижены и хотят отстаивать свои интересы.

Полумэр

Реформа местного самоуправления прошла летом 2014 года и не была замечена широкой общественностью, а между тем она существенно изменила структуру управления территориями. Города имели возможность выбрать — отнять исполнительские и административные функции у мэра или оставить. Протвино выбрал первый вариант. Согласно закону «О сроке полномочий представительных органов муниципальных образований Московской области…», вступившему в силу 2 июня 2014 года , глава Протвино «избирается представительным органом муниципального образования Московской области из своего состава и исполняет полномочия его председателя… То есть мэр не утверждает и не тратит бюджет, не следит за исполнением решений органов самоуправления, не отчитывается перед областной властью. Эти полномочия передаются главе администрации города, или сити-менеджеру.

Сити-менеджера утверждает губернатор Московской области из кандидатур, предложенных в том числе и Советом депутатов. Но мало кто верит, что Андрей Воробьев одобрит предложение депутатов. Скорее всего, он по-ставит своего человека — ему же с ним работать. Зачем же институт так рвался в Совет депутатов? Выбрать мэра без административных обязанностей, зато с представительными функция-ми? Пять лет назад, когда выбирали мэра Протвино, который действительно имел полномочия руководить го-родом, лояльные институту депутаты были нужнее. Но от ИФВЭ баллотировались всего пять человек, а прошел один — Юрий Костин.

Впрочем, нынешний созыв депутатов не может пока выбрать и представительного мэра. Дело в том, что Устав города, приведенный в соответствие с новым законодательством, не успели утвердить в Минюсте. Работать надо по старому уставу, что порождает юридические коллизии. Этим воспользовались единороссы и начали торопить новый Совет про-вести первое заседание. По официальной информации, оно состоится 29 сентября.

1. Официальный сайт администрации Протвино http://protvino.ru/

2. Сайт ИФВЭ www.ihep.ru/

3. Страница выборов в Совет депутатов Протвино на ГАС Выборы www.moscow_reg.vybory.izbirkom.ru/region/moscow_reg?action=show&vrn=4504042110835&region=50&prver=0&pronetvd=null

4. Сайт протвинского сообщества избирателей http://pintra.ru

5. Сайт Романа Фурцева http://furtsev.ru