Оригинал материала
Хорошо забытые старые
В Казани на массовый митинг протеста вышли люди, которых на площади не видели много лет, это пенсионеры
В Казани на массовый митинг протеста вышли люди, которых на площади не видели много лет, это пенсионеры
В понедельник на площадь Свободы в Казани пришли те пенсионеры и инвалиды, кто еще способен ходить.
Точнее, кто способен ходить по наростам льда, покрывшим (видимо, уже до мая) пешеходные дорожки и тротуары города. Повод был такой, что поневоле надо было скользить к площади: правительство Татарстана в целях экономии бюджетных средств приняло постановление, которым ограничило действие льготных проездных билетов тридцатью поездками в месяц. На практике это означает 15 поездок «туда и обратно», а если с пересадкой, то всего 7.
Постановление (очевидно, с болью в душе) подписал премьер-министр Ильдар Халиков, чей декларированный доход за 2010 год — 61 миллион 851 тысяча 63 рубля — не раз поминался в толпе малоимущих граждан. Тоже с болью в душе, можно сказать.
Митинг, собравший около 1000 человек, был организован региональным отделением КПРФ, и это определило его направленность. В выступлениях ораторов поминалась хищническая приватизация, обогащение местных правящих кланов, обнищание значительной части народа. Говорили о непомерных затратах на дворцы и роскошные автомобили чиновников, о покупке за сумасшедшие деньги футболистов и хоккеистов. Прикидывали, что было бы, если бы часть этих денег пустили на благо пенсионеров и инвалидов… Действительно, чем они отличаются от хоккеистов: многие с клюшками и фактически на льду.
Собравшиеся единодушно пришли к выводу, что урезание жалких льгот бедным людям, построившим Набережные Челны и Нижнекамск, освоившим нефтяные месторождения, — позор для гордящегося собой Татарстана и Казани, объявившей себя третьей столицей России.
Митинг в Казани вряд ли напрямую снизил электоральную поддержку Владимира Путина. Протестовали люди, и без того голосующие за Геннадия Зюганова. Но на общую картину зимнего протестного движения в России положен еще один яркий мазок. Ну разве что в Москве средний класс писал эту картину маслом, а в Казани пенсионеры — более дешевым маргарином.