Имя им – миллион

На здании штаба хакасского отделения «Единой России» полуметровыми буквами написано «Госстрах». С преемником Госстраха—Росгосстрахом—исполком партии делит 7-й этаж: направо—«Отдел урегулирования убытков», налево—«Отдел учета партийных кадров». Соседство для единороссов не самое приятное. «Публика сюда приходит после аварий, сами понимаете, на нервах. Бывало, спорили, кричали, по матушке выражались, и все под нашими дверями,—вспоминает Виктор Лебедев, молодой, но уже со стажем партиец.—Приходилось проводить разъяснительную работу».

Разъяснительная работа—это сейчас основное занятие 27-летнего Лебедева. В феврале этого года партия бросила его на строительство хакасского отделения «Молодой гвардии»—молодежного крыла «Единой России», вот Лебедев последовательно и объезжает местные вузы и колледжи с лекциями о партийной жизни. В его активе—три десятка членов пропрезидентского «комсомола». Для первого месяца работы неплохо, считает Лебедев, хотя и несравнимо с темпами прироста взрослой ячейки. Хакасское отделение каждый день принимает в свои ряды в среднем 14 человек, а в масштабе страны «Единая Россия», по ее собственной информации, ежедневно прирастает 500 новыми партийцами—на сайте партии для наглядности поставили счетчик.

На прошлой неделе и вся партия в целом, и хакасское ее отделение перешли символический рубеж: в Хакасии единороссов стало 10 000, в России в целом—миллион. В прошлую пятницу счетчик уже показывал 1 млн и 5700 членов. Правда, точно вычислить миллионного единоросса не удастся. Номера партбилетов печатаются не по порядку. В Хакасии, например, выданы билеты с номерами вроде 58 ххх ххх («Единая Россия» купила станок для их печати с заделом на будущее). Так что миллионного выберут из тех, кто получил партбилет в начале марта—достойного человека из достойного региона. Не исключено, что и из Хакасии, надеются местные единороссы. Ведь Хакасия—лидер по темпам прироста: есть первички с приростом 300% и даже 670%. Вступают целыми семьями и фирмами, как в свое время приобщались к «Гербалайфу»—ведь от тебя не убудет, если вслед за шефом обзаведешься партбилетом, тем более это не красная корочка, а модная карточка с микрочипом, которой можно похвастаться перед знакомыми и их тоже увлечь в партию.

В столице Хакасии Абакане за последний год единороссов стало больше в три раза—сейчас на учете стоит 2087 человек. Весной прошлого года прошли выборы в горсовет. В округе №23 депутатом был избран предприниматель Юрий Бородкин, член «Единой России». До выборов в этой части города было всего семь единороссов, сейчас—целая тысяча. На первом этаже хрущевки открылась первичная организация, которая обслуживает кварталы МПС и «Русское поле». Ядро этой первички составили соседи и друзья предпринимателя Бородкина—они же на выборах в горсовет работали его агитаторами. «Юрий Николаевич—депутат, который выполнил свои обещания. Но после выборов, потому что до выборов что-то делать—это неправильно было бы»,—нахваливает шефа Наталья Бланковская, получившая партбилет девять месяцев назад.

Для Бланковской, которая сейчас работает на общественных началах помощником старосты (так называется в Абакане глава местного самоуправления), кажется очевидным, почему люди потянулись в партию. «У нас тут тополя попадали, корни вывернули, ни играть, ни гулять негде»,—вспоминает она, что творилось перед выборами. Тополиные корни депутат закатал в асфальт, расставил скамейки и насажал цветов—это особенно трогает Бланковскую: «При нем в нашем микрорайоне впервые зацвели цветы!» Вот и пошли в ячейку люди: «Хотелось присоединиться к чему-то хорошему».

Бланковская и сама пришла в партию, и мужа сагитировала, хотя о политике дома вспоминают редко. «Практически совсем не говорим»,—признается активистка правящей партии. У ее коллеги по первичке Вики Чанцевой муж тоже член партии, а брат—сторонник (кандидат в члены партии). Даже мама, понаблюдав за детьми, на прошлой неделе отправилась в первичку писать заявление о приеме в партию. Интересуются и знакомые. «Увидели мой партбилет, говорят—какой красивый, и мы такой хотим! Я партбилетом как вторым после паспорта удостоверением личности пользуюсь, там есть и фотография, и имя, и выглядит он солидно»,—хвастается девушка.

Работает 29-летняя Вика инструктором воспитательного отдела воинской части, расквартированной в той же части города. Ее руководство в погонах, им вступать в партию по закону нельзя, но офицеры с пониманием относятся к увлечению Вики и всегда отпускают ее, когда она отпрашивается по партийным делам. В первичке она отвечает за проведение праздников: пишет сценарии и Дня Победы, и Дня пожилого человека, и партийной елки (украшенной символикой «Единой России»). «Это дедушка местный, 80-летний, мы приехали его поздравить с тортиком, подарили ему самовар. Дедушка расчувствовался и сказал, что на выборах голосовал за “Единую Россию”»,—показывает фотографии Вика.

Сосед Вики, 30-летний Андрей Шалгинов, работает электромехаником на железной дороге и подрабатывает агитатором в «Единой России». Сначала на выборах в горсовет агитировал, теперь—чтобы вступали в партию. «У меня работа такая, что свободного времени много. Вот и агитирую, пока работаю. Или во время перекура. Или когда в футбол играем»,—рассказывает Андрей. Особо любопытных приводит на заседания в первичку, дает почитать партийную газету, где «все грамотно описано». Сколько человек он привел в партию, Шалгинов не считал. А вот его товарищ по партии Нина Никифорова сагитировала почти весь персонал республиканского туберкулезного диспансера, где она работает воспитателем.

Уверяют, что разнарядки никакой нет, и потом—членство в партии вещь необременительная. «Самый частый вопрос, который нам задают—а что мне с этого будет и как часто надо ходить на собрания? На собрания им, видите ли, лень ходить»,—рассказывает о своих пока еще беспартийных соседях помощник старосты Бланковская. Обязанностей-то на самом деле немного: платить взносы (5 руб. в месяц) и раз в год прийти на собрание первички. Ну и голосовать, конечно, надо ходить. Абаканские агитаторы, считай, самоучки и ответ на вопрос, какая им от партийности польза, ищут самостоятельно. Сейчас в республиканском отделении нет человека, который был бы более опытным и смог стать своего рода тренером по агитации. Его ищут, основываясь на рекомендациях по подбору кадров, присланном опять же из Москвы. Потенциальный агитатор должен не растеряться, отвечая на вопрос типа: «На сколько процентов вырос ВВП за последние годы?»

Найти такого человека на стороне непросто, к тому же иногда партия ставит в затруднительное положение даже опытных партийцев, признается руководитель республиканского отделения «Единой России» Виктор Преловский,—та же монетизация льгот, например, или рост тарифов ЖКХ. А разъяснить доступным языком идеологию еще сложнее, согласен с ним другой ветеран хакасского отделения Михаил Мелкомуков. «Нам нужна доступная программа, с которой не стыдно пойти в народ. Можно, например, переработать программную речь [замглавы кремлевской администрации Владислава] Суркова. Там все сказано»,—надеется на федеральную помощь Мелкомуков. Он и Преловский тоже пришли в «Единую Россию» вслед за знакомым. Правда, их знакомый—не рядовой партиец, а отец-основатель партии Сергей Шойгу. Все трое работали в 1980-х на заводе «Абаканвагонмаш», а потом все трое оказались в абаканском горкоме КПСС. Все трое вступили в создаваемое министром Шойгу «Единство» в 1999 г.

Имя Шойгу и сейчас на слуху в Абакане, но только среди сравнительно взрослых единороссов. Алексей Гарахин, 19-летний единоросс всего с недельным стажем, еще не появился на свет, когда Шойгу ушел на повышение по партийной линии и уехал работать в крайком КПСС в Красноярск. Он один из немногих, кто читает партийные документы вроде выступления председателя «Единой России» Бориса Грызлова на VI съезде партии. Пересказать, правда, не берется. «Позицию партии руководство лучше меня разъяснит, а моя задача—исполнять решение руководства»,—говорит Андрей. Он получил партбилет, как многие в Хакасии—просто за компанию. «У нас в фирме почти все в партии. Но есть и беспартийных несколько»,—уточняет молодой человек. На работе у Андрея—полноценная партячейка, которую возглавляет его шеф. Директор магазина «Пирамида» тоже партийный, поэтому его сотрудницы Лариса Тохтобина и Наталья Федорова поспешили пополнить ряды «Единой России». Гендиректор местного пивзавода, начальник отделения железной дороги, заведующий республиканской библиотекой, управляющий банком, ректор университета, директор мукомольного завода, руководитель угольного разреза—все вступили в «Единую Россию». Если так дальше пойдет, в этой партии будет не один миллион.

«Официально, конечно, у нас нет ячеек на производстве, это запрещено законодательством, но неформально они есть. За последний год активизировались предприниматели»,—признается член городского исполкома Алексей Епанчинцев, замдиректора хакасского отделения страховой компании РОСНО. Хотя у Епанчинцева половина сотрудников партийные, его за «плохую динамику роста партийных кадров» год назад понизили—спустили из республиканского исполкома в городской.

Село не отстает от города. В одном сельском районе Хакасии как раз был установлен недавно рекорд роста—671%. «На селе живут очень простые люди. Так целые деревни пишут заявления. Иногда с ошибками»,—поясняет Лебедев, который занимается «Молодой гвардией». А вот вступивший в партию всего год назад губернатор Алексей Лебедь большого прироста не дал, продолжает Лебедев. Он такой тихий единоросс, что про его вступление в партию многие даже не знают, уверяет руководитель республиканского отделения Преловский.

Конкуренты единороссов ревнуют. «С таким административным ресурсом удвоить численность партии в республике несложно. Когда начальник из “Единой России”, подчиненные или тоже должны вступить, или начать искать себе другую работу. А у нас довольно высокая безработица»,—негодует первый секретарь рескома КПРФ Владимир Керженцев. «Их миллион членов—это миллион воздушных шариков. Они лопнут, как только ситуация в стране изменится»,—вторит ему из Москвы секретарь ЦК КПРФ Валерий Рашкин.

Со стороны государства учет численности партийцев ведет Федеральная регистрационная палата. Специалист палаты посоветовал доверять данным, которыми хвастаются сами партии, потому что их статистика появится нескоро—летом. «Хотя по предварительным данным “Единая Россия” была близка к миллиону»,—успокоил специалист, попросив не упоминать его имя в печати. В исполкоме партии «Родина», которая сейчас рискует лишиться своего лидера Дмитрия Рогозина, есть отдел партийного учета и статистики. Данные на февраль—150 865 членов, говорит его начальник Андрей Величко. По подсчетам Рашкина, в рядах КПРФ сейчас около 184 000 членов. Хакасское отделение—это 760 человек. «Но голосуют за нас куда больше—просто мы не тащим в партию всех, кто отдает нам свой голос»,—продолжается сердиться Керженцев. И правда, на последних выборах в Верховный совет Республики Хакасия КПРФ получила 18% голосов, а «Единая Россия»—23%.

Сейчас «Единая Россия» не может позволить себе такие результаты. 12 марта (единый по новому закону день голосования) в восьми регионах России прошли выборы в законодательные собрания. И партийцы, и политологи воспринимали их как первую большую репетицию выборов в Госдуму, но не везде единороссам удалось дотянуть до норматива—«не менее 35%». Новость о миллионом члене партии пришла как нельзя кстати. Пусть голосуют еще не так, как надо, зато как замечательно вступают. Партийцы уверены, что будет и второй миллион. «Мы рассчитываем на молодежь»,—говорит Лебедев. В этот момент ему на мобильный звонит младшая сестра. Она привела в его штаб «Молодой гвардии» двух 13-летних подруг с заявлениями. Спрашивает, где клей для фотографий. В Хакасии теперь 32 «молодогвардейца».