Европейская утопия

В пригороде Дрездена, на окраине района Голис, прямо на обочине дороги расположился полевой штаб полиции. Ярко-зеленые машины с крупными белыми надписями Polizeiо бразовали круг, в центре которого—бронетранспортер-амфибия с зачехленным водометом на крыше, пара тяжелых грузовиков, несколько джипов. Отряд прибыл сюда из Франкфурта-на-Майне, преодолев почти 500 км. «Четыре года назад во время большого наводнения нас тоже просили помочь. Мы стояли на этом же самом месте. Только мои парни сидели не в машинах, а в лодках, воды было вот досюда»,—задирает руку выше седой головы командир группы Норман Хофман.

Несколько десятков немецких, чешских, австрийских и венгерских городов вновь затопило, в результате погибли и пропали без вести 20 человек. Все, конечно, выглядит не так фатально, как это случилось во время «великого потопа» в 2002 г., когда счет жертв шел на десятки. Зато по традиции, берущей свое начало в том же 2002 г., наводнение стало событием политическим.

Четыре года назад стихия сделала канцлером Герхарда Шредера, партия которого, по всему, должна была проиграть выборы в Бундестаг. Вид канцлера, в резиновых сапогах таскающего мешки с песком по улицам Дрездена, так поразил немцев, что они передумали и проголосовали за социал-демократов. В 2005 г. не нашлось природного явления, способного помочь Шредеру. А сейчас уже оппозиция ругает новую власть за нерасторопность.

Георг Милбрадт, премьер-министр федеральной земли Саксония, больше других областей Германии пострадавшей от воды, даже выступил со специальным успокаивающим заявлением: «Ни уровень подъема воды, ни суммарная площадь затопления не позволяют назвать Саксонию зоной стихийного бедствия». Жители самой Саксонии с этим не вполне согласны, хотя и понимают—нынче далеко не 2002 г.

Центральная часть Дрездена похожа на одну большую стройку: город готовится летом отпраздновать 800-летие. Большая часть древних зданий укутана полотнами и закрыта на реставрацию. Вездесущие туристы курсируют между главными достопримечательностями столицы Саксонии—дворцом Цвингер, где находится Дрезденская картинная галерея, и смотровой площадкой над затопленной набережной. Трудно сказать, что пользуется большей популярностью: у каждого входа во дворец стоит очередь, а на площадке щелкают фотоаппаратами не менее пары сотен человек. Интерес к виду на реку такой, что возникает ощущение ожидания чуда: то ли русская подлодка должна в Эльбе всплыть, то ли чудище морское показаться. Впрочем, поскольку река затопила набережную и подступила к Старому городу, в объектив попадают другие картины: светофоры, дорожные указатели и фонарные столбы, сиротливо торчащие из-под воды. 23-летний Норберт Мюллер, член местного фотоклуба, делает снимки для истории. «В этом году воды не так много, но все равно прикольно»,—говорит он. Владельцы ресторанов, расположенных на набережной, мрачно курят у своих заведений и подсчитывают убытки. Простаивают и те рестораны, что обосновались на нескольких пришвартованных у берега кораблях.

Выше по течению реки, в Голисе, вода подступила прямо к жилищам, добралась до порогов и залила подвалы. «Нам предложили ночевать в школе, но мы отказались, уехали к друзьям, точно так же поступили еще человек триста»,—рассказывает Клаудия Мелер. «Днем многие приходят посмотреть на свои дома, боятся воров. Но все на удивление спокойно»,—утверждает офицер полиции Норман Хофман. Четверо его подчиненных постоянно патрулируют район. «Здесь крутятся журналисты и туристы, вот их и гоняем»,—улыбается рядовой Мартин и добавляет, что служба проходит скучно.

То ли дело было в 2002 г., когда воды Эльбы захватили сушу и уровень затопления достиг трехметровой высоты. «Четыре года назад полицейские эвакуировали всех горожан в приказном порядке»,—вспоминает местный житель Риккардо Мюллер. На всякий случай он построил вокруг дома из мешков с песком заградительную стену высотой в полметра, а сам вместе с женой Дианой Кайнаст и двумя детьми уехал в семейный отель. €200, которые они заплатили за комнату, им никто не вернет. «Логика простая: нет воды—нет денег»,—смеется Диана.

Пожалуй, главные пострадавшие в городке Голис—семья Фогель. В память о наводнении 2002 г. на стене их дома на трехметровой высоте прибита табличка с указателем уровня. В этом году затоплен подвал, весь участок и гараж. Глава семейства—дедушка Матиас дом не оставил и всю неделю жил на втором этаже, а его жена Марион с дочерью Хайке и шестилетней внучкой Анной ночевали у родственников. «Мы уехали 31 марта, когда вода подошла к саду. Перенесли мебель на верхний этаж—вот и вся подготовка, а мешками с песком мы не запаслись,—рассказывает Хайке.—Утром в понедельник приехали журналисты, днем вышел выпуск теленовостей, а уже к вечеру власти доставили нам 10 000 мешков с песком. Из них соорудили тропинку вокруг дома, на них же поставили лестницу, ведущую к окну второго этажа. По-другому в дом пока попасть невозможно». О том, возместят ли им ущерб, Фогели пока не думают. В прошлый раз, по их оценкам, вернули процентов 80 из утраченного. Хайке надеется, что в этом году вернут все, поскольку ущерб невелик. «Да ничего они не возместят; раз премьер-министр сказал, что катастрофы нет, значит, и компенсаций не будет»,—рассуждает Клаудия Мелер.

«Федеральное правительство не сделало ровным счетом никаких выводов и не извлекло никаких уроков из наводнения 2002 года»,—бодро чеканит депутат ландтага, парламента земли Саксония, от оппозиционной Национал-демократической партии Германии (НДПГ) Юрген Гансель. «Многие люди, например, до сих пор не получили полноценную компенсацию за причиненный тогда ущерб,—продолжает заместитель лидера фракции НДПГ в ландтаге,—и наша партия уже выступила с инициативой о создании специального фонда помощи пострадавшим от нынешнего наводнения». Впрочем, о порядке формирования фонда он сказать затрудняется, ссылаясь на то, что нужно дождаться, когда вода уйдет, а потом подсчитать убытки.

Сделать это, по его словам, будет не просто, и виноваты опять же власти—земельные и федеральные. «У нас совершенно не налажено взаимодействие между различными службами, не говоря уже о международном сотрудничестве. Даже данные о том, что происходит сейчас с уровнем воды в Эльбе (Лабе) на территории Чехии, получить сложно»,—сокрушается депутат.

Хуже всего дела в конце недели обстояли в Майсене, городе-спутнике Дрездена. Вода здесь залила около 200 домов в историческом центре. В зоне бедствия расположился полевой штаб службы спасения DLRG; бок о бок со спасателями работают полицейские, сотрудники коммунально-инженерной службы THW, пожарные и медики. Горожан, дома которых окружила вода, спасатели из DLRGразвозят на специальных лодках, по виду напоминающих почти квадратное корыто с мотором. По воде, стоящей на уровне чуть ниже пояса, можно смело ходить в высоких резиновых сапогах, так что многие горожане переобуваются на сухой части улицы и самостоятельно бредут к своим жилищам. «Часть нашей работы заключается в том, что мы доставляем жителям подтопленных домов хлеб, молоко и другие продукты,—говорит начальник спасателей Вольфганг Хайль.—Еще мы помогали людям поднимать мебель на верхние этажи. А вот эвакуировать пришлось только шестерых стариков, которые сами об этом попросили».

Два дюжих парня в ярко-красных комбинезонах DLRG, Томас и Клеменс, ухватились за веревки и, как бурлаки, потащили лодку-корыто, в которую уселись корреспонденты Newsweek, вокруг театра—самого пострадавшего здания города. Театр терпит убытки, поскольку премьерный спектакль «Отелло» пришлось отменить. Подвалы здания затопило, но инженеры установили помпы и откачивают воду. Получается красиво—прямо из окон бьют фонтаны.

Томас и Клеменс, наши живые моторы, равно как и все их коллеги, совершенно точно знают, когда закончится их работа. «Через три дня, в воскресенье, в шесть часов вечера мы отправимся отсюда домой»,—с истинно немецкой любовью к пунктуальности подводит черту Вольфганг Хайль.