Прощай, привитая Россия!

Смертный приговор подписали спустя несколько дней после дня рождения. Бланк приговора долго искать не пришлось—в Интернете его можно скачать с сотен сайтов. Заполнили, отнесли в ближайшее к дому медицинское учреждение. Через год и пять месяцев маленького Сашу похоронили на Востряковском кладбище—дифтерия, тяжелая клиническая форма. С тех пор Мария и Олег Орловы и называют «приговором» подписанный ими в 2002 г. официальный отказ от прививки ребенка.

Отказываться от прививок нынче модно. В начале 90-х от вакцинации новорожденных отказывались не более 1% москвичей, а в прошлом году—6%. Если добавить сюда детей постарше, выходит, что не привитых хотя бы одной вакциной—больше 15%. Статистика Госсанэпиднадзора пугает многих врачей, но есть и те, кого эти цифры только радуют. Например, вирусолог Галина Червонская, которая считается лидером российского антипрививочного движения. Она убеждена, что вакцинация—ненужный удар по иммунной системе ребенка, опасный и необдуманный шаг. Многие мамы с легкостью с этим соглашаются—тот факт, что их самих когда-то прививали и ничего страшного не случилось, их не смущает. «Если отказов станет еще больше, нам грозит национальная катастрофа»,—говорит директор НИИ вирусологии им. Ивановского, академик РАМН Дмитрий Львов.

Кампания против прививок ведется в печатных СМИ, по телевизору и на курсах для беременных. «Нам говорили, что состав вакцины бывает очень вредным, что может к побочным последствиям приводить. Объясняли со статистикой, в основном западной»,—рассказывает 30-летняя Любовь Аронова. Ей, правда, все-таки пришлось сделать часть прививок своему ребенку, но не из-за боязни болезней, а потому, что без прививок в ясли не брали. «Увеличение числа отказов—естественный процесс. Теперь родители с помощью независимых массмедиа могут убедиться, что осложнения от прививок получают сотни»,—говорит автор книги «Беспощадная иммунизация» врач-гомеопат Александр Коток. Его соратница Галина Червонская воюет с прививками уже лет десять. «Я рада тому, что от прививок отказываются. Это хорошая тенденция—больше здоровых детишек будет у нас в России»,—уверена она.

Пятьдесят лет назад хорошей тенденцией в СССР называли как раз развитую систему вакцинации. Это было время первого эпидемиологического перехода—прививки от наиболее «популярных» болезней в сочетании с достаточным питанием резко улучшили состояние здоровья населения. Детская смертность стремительно падала. Прививка почти стала синонимом слову «панацея». «Прививки были, есть и будут основным средством в профилактике инфекций»,—говорит руководитель Российского центра иммунопрофилактики НИИ педиатрии РАМН профессор Владимир Таточенко. В эффективность прививок он верит свято, а сторонников теории «вакцин-убийц» люто ненавидит. По его словам, статистика складывается не в пользу Червонской: за последние 15 лет в его центр поступило 900 детей с осложнениями после прививок, из них тяжелых пациентов—не больше сорока. «Современные вакцины дают минимум реакций и практически не вызывают осложнений—за год в Москве госпитализируется всего 1–2 таких ребенка, причем с хорошими исходами»,—утверждает он.

Подобным цифрам матери не верят. Все они хоть раз, да слышали пугающие истории о вреде вакцин. Например, дочери москвички Ирины было всего три месяца, когда у нее после плановой прививки коклюша, дифтерии и столбняка вся кожа покрылась красной зудящей сыпью. «Мы забыли, что такое здоровый ребенок,—рассказывает она.—Сейчас дочке 5 лет, и сыпь полностью не проходит никогда. Никакие лечения, диеты, самодельные йогурты и другие кисломолочные продукты, которые постоянно готовятся, ей не помогают. Нам сказали, что дело, скорее всего, в некачественной вакцине».

Такие истории можно встретить на многих интернет-форумах. Для молодых мам это чуть ли не самая животрепещущая тема. Слухи, страшилки, истории от знакомых обильно приправлены цитатами из лекций Червонской и Котка. Государственная медицина, привыкшая к безропотному повиновению пациента, проигрывает эту информационную войну.

Прививки не идеальны, это признают и в Минздраве. Сыпь, зуд, покраснения, повышение температуры—чаще всего вакцины имеют незначительные последствия. «Все отечественные вакцины соответствуют требованиям ВОЗ, а любая новая вакцина для доказательства ее безвредности и эффективности проходит у нас тщательные испытания в лабораторных условиях, в том числе на животных»,—говорит Николай Медуницын, директор ГНИИ стандартизации и контроля биологических препаратов, занимающегося по поручению Минздрава проверкой прививок на безопасность.

«Осложнения бывают, и мы этого не скрываем. Бывают, но раз на миллион»,—говорит академик Львов. Галину Червонскую он называет «преступницей, которую надо лишить диплома», и говорит, что последние эпидемии дифтерии в стране происходили по ее вине. В конце 90-х годов у нас было зафиксировано 120 000 случаев заболевания дифтерией, 5000 из них привели к летальному исходу. Причиной этому было уменьшение охвата прививками населения до 65%. Кстати, это острое инфекционное заболевание может в скором времени вновь начать гулять по стране.

Эпидемия начнется в столице, считает главный государственный санитарный врач Москвы Николай Филатов. Он предлагает провести внеплановую вакцинацию среди москвичей и, как и большинство врачей, надеется, что несмотря на антирекламу, большинство людей привьется и эпидемии удастся избежать. Владимир Таточенко тоже считает, что, вопреки антирекламе вакцин, основная масса населения—люди все же нормальные и поймут простую истину, что отказываться от прививок сравнительно безопасно, пока подавляющее большинство окружающих тебя людей привиты. «Паника уляжется, люди привьются, и все будет в порядке. Согласно статистике, в мире только 1% населения отказывается от прививок, и скоро мы тоже придем к этой цифре»,—говорит он.