Оригинал материала
Памяти Натальи Горбаневской
Умерла Наталья Горбаневская. Отважная миниатюрная женщина, вышедшая 25 августа 1968-го года на Красную площадь протестовать против советской оккупации Чехословакии. В одной руке она держала чехословацкий флажок, в другой – коляску с трехмесячным сыном. Плакаты для других демонстрантов тоже придумала и сделала она, в том числе самый известный: «За вашу и нашу свободу». В недавнем интервью «Дождю» Горбаневская пояснила: «Это был известный лозунг польского освободительного движения, только я местами переставила, сделала «За ВАШУ и нашу свободу» — чужая свобода для меня впереди».
Этим летом она была в Москве — приехала на 45-летие демонстрации. Событие было напрочь проигнорировано государственными СМИ, а ведь те семеро на Красной площади сделали важнейшее для всех нас дело. Сама Горбаневская говорила о нем так: «Не только выразить боль своей совести, но и искупить частицу исторической вины своего народа – вот, мне кажется, исполненная цель». Маленькая, близорукая, похожая на мышку Горбаневская своим подвигом искупила равнодушие остальных 250 милллионов советских людей, дружно поднимавших руки с одобрением акции «братской помощи чехословацкому народу».
В битве с советским левиафаном она осталась победительницей. Никаких бонусов из этой победы она не извлекла — жила очень скромно, на родине о ней долгие годы вообще не вспоминали.
После акции на Красной площади ее единственную не арестовали, то ли пожалели, то ли боялись скандала, все-таки мать-одиночка, на руках младенец, второй сын не намного старше. Наверное, надеялись, что теперь Горбаневская успокоится, но не на ту напали. Она продолжала редактировать основанную ей «Хронику текущих событий» — гениальное подпольное издание, в котором сухим языком информагентств фиксировались все преступления режима. Как они это делали при полном отсутствии технических средств коммуникации, включая телефон, — одному Богу известно.
В 1969-м году терпение советской власти кончилось, и Горбаневскую отправили в Казанскую психиатрическую спецбольницу — по сути тюрьму для социально опасных психбольных. В истории болезни написали «Судьба детей ее не беспокоит». Дети остались с бабушкой. Поэтесса два года пролежала в палате с буйнопомешанными, многие из которых были убийцами. Ее подвергали интенсивной психотерапии. В годы заключения Джоан Баез посвятила ей песню — из того, как она на концертной записи перевирает историю преследований поэтессы, можно заключить, что на Западе имя Горбаневской было овеяно легендами, как и подобает подлинным героям.
Joan Baez «Natalia»
В 70-х Горбаневская эмигрировала в Париж. Старший сын долго не мог простить Горбаневской Красной площади — не потому, что она туда вышла, а потому, что не взяла его с собой. Зато младший сын, Ося, до сих пор гордится, что он — «тот самый» ребенок. Пройдя через ужасы психиатрического гулага, Горбаневская написала в мемуарах: «Можно стать свободным и в тот момент, когда теряешь свободу».
В битве с советским левиафаном она осталась победительницей. Никаких бонусов из этой победы она не извлекла — жила очень скромно, писала и переводила стихи, на родине о ней долгие годы вообще не вспоминали. Нынешней власти вся эта метафизика — свобода, искупление, совесть — категорически непонятна. Но там, куда она сейчас попала, ценятся именно эти вещи. Наконец-то ее встречают с почестями, которые она заслужила, но так здесь и не дождалась.