Две тайны

Которая из них важнее: следственная или адвокатская?

В Абакане близится к финалу судебный процесс над адвокатом Владимиром Дворяком, которому следственный комитет Хакасии предъявляет обвинение в разглашении данных предварительного следствия (ст. 310 УК РФ). Дело это также интересно тем, что Дворяка (к счастью, под стражу его не взяли) защищают еще десять (!) адвокатов из республиканской палаты адвокатов.

В 2013 году Дворяк представлял в суде по трудовому спору интересы бывшего начальника управления кадров ГУ МЧС по Хакасии Вячеслава Титова, который был уволен за протекционизм, якобы оказанный им жене при продвижении по службе. Спор о восстановлении на работе они проиграли, но параллельно началось куда более интересное дело, в центре которого рисковал оказаться сам начальник ГУ МЧС генерал-майор Андрей Фирсов: сейчас двое его подчиненных обвиняются в поборах с рядового состава МЧС.

30 октября 2013 года доверитель Дворяка Титов позвонил и попросил срочно приехать в следственный комитет, чтобы оказывать ему помощь уже не по делу о восстановлении на работе, а при допросе в качестве свидетеля. Следователь Алексей Тарасов начал допрос экс-начальника управления кадров с вопроса, что ему известно о поборах в системе МЧС. По-видимому, зная о конфликте Титова с Фирсовым из-за увольнения, следствие рассчитывало на его желание отомстить бывшему шефу. Однако Титов, заявив, что честь офицера ему дороже, показания против опального Фирсова давать отказался (знал ли он что-либо о поборах или нет — останется неизвестным).

Не сумев «расколоть» Титова, расстроенный следователь Тарасов вышел из кабинета, оставив их с адвокатом на какое-то время одних. Обладая некоторым опытом в подобных делах, Дворяк достал мобильный телефон, поставил его в режим звукозаписывающего устройства и сунул в карман. Это было сделано вовремя, так как вместе со следователем в кабинете появился сотрудник ФСБ, представившийся «Сергеем Сергеевичем». Дальнейшая сцена давления на Титова с целью понуждения его к даче нужных следствию показаний была целиком записана, а затем аудиофайл (2 часа) был выложен на сайте «Новый фокус» известного даже уже и за пределами Хакасии журналиста Михаила Афанасьева.

«Сергей Сергеевич» слов на ветер не бросал, и с допроса Титов уехал в наручниках, а у адвоката была отобрана подписка о неразглашении данных предварительного следствия. На следующий день, 31 октября 2013 года, судья Абаканского городского суда Михаил Кротов удовлетворил ходатайство следствия о заключении Титова под стражу, приняв во внимание в том числе три зачитанных следователем протокола свидетелей из МЧС (кстати, об участии именно Титова в поборах они ничего не говорили).

6 ноября 2013 года на встречу к Дворяку в его адвокатский кабинет пришел за советом и сам уже экс-глава МЧС генерал-майор Фирсов, и двое его сотрудников: юрисконсульт Евгений Афанасьев и начальник финансово-экономической службы Арсений Пахомов. О чем они говорили, должно было бы остаться адвокатской тайной, охраняемой законом, однако 11 ноября 2013 года в отношении адвоката было возбуждено дело о «разглашении тайны предварительного следствия»: якобы в разговоре с Фирсовым и его компаньонами Дворяк давал им читать протоколы допросов, на основании которых был взят под стражу его подзащитный Титов.

Доказательством вины Дворяка стала аудиозапись встречи в его адвокатском кабинете. Вероятно, диктофон лежал в кармане одного из трех посетителей, но на суде ни один из них в этом так и не признался. Тем не менее дело с аудиозаписью из адвокатского кабинета в таком виде было передано в суд.

После ряда судебных заседаний с мая по настоящее время судья Татьяна Канзычакова согласилась приобщить к делу еще и первую запись встречи с «Сергеем Сергеевичем» в следственном комитете, сделанную с помощью телефона Дворяка. Он сам и десять его защитников из Адвокатской палаты Хакасии настаивают, что истинными мотивами уголовного преследования адвоката стало обнародование не «тайны предварительного следствия», а содержания именно этой беседы на сайте «Нового фокуса». Тем более что протоколы допросов, содержание которых якобы составляло тайну следствия, следователь Василий Сусин обнародовал в открытом (на нем присутствовали журналисты и вели видеосъемку) судебном заседании 31 октября об определении меры пресечения Титову.

Фемида, которая, как известно, держит в руке весы, должна будет положить на их чашечки не только две тайны: адвокатскую и следственную, — но также и две аудиозаписи. Что касается первой, которая была сделана Дворяком, можно спорить: этично ли он поступил, защищая таким образом клиента от незаконного давления. В отношении второй, сделанной в его адвокатском кабинете, спорить затруднительно, потому что невозможно понять, кто ее сделал и как она оказалась в уголовном деле.

Это «дело Дворяка» имеет важное прецедентное значение для всей адвокатуры, а значит, и для российского правосудия в целом.

Абакан—Москва