Экспертиза

Андрей Боков, Президент Союза архитекторов России, Академик Российской академии архитектуры и строительных наук, ген. директор «Моспроект-4», член Европейского общества культуры, член жюри международного конкурса на проект строительства духовно-культурного центра в Париже

Каково было соотношение русских и французских экспертов в жюри? Экспертиза всех проектов была доверена компании Nexity, ответственной за организацию конкурса в целом. Ограничения и условия соответствия действующему регламенту городской...

Каково было соотношение русских и французских экспертов в жюри? Экспертиза всех проектов была доверена компании Nexity, ответственной за организацию конкурса в целом. Ограничения и условия соответствия действующему регламенту городской застройки Парижа были сформулированы и строго контролировались экспертами. Это означает, что все десять концепций, допущенных во второй тур конкурса, получили экспертное заключение на соответствие требованиям и были рекомендованы в финал. Я был одним из 15 человек, которые вошли в жюри из восьми представителей России и семи — Франции. Возглавлял жюри Владимир Игоревич Кожин, Управляющий делами Президента РФ. В его составе были министры культуры РФ и Франции Александр Авдеев и Фредерик Миттеран, представленные заместителями, Посол РФ во Франции Александр Орлов, архиепископ Егорьевский Марк, епископ Корсунский Нестор, представители мэрии и общественности 7 округа Парижа, где будет располагаться Русский центр.
Конкурс по форме был справедливым. И сам факт его проведения для России, где по-прежнему действует 94 ФЗ, принципиально важен. Первый — открытый этап, второй — для финалистов. 400 заявок, 104 проекта (около 80 из Европы, и только около 20 из России). Десять вышли в финал, при этом 5 из них были российскими, 5— зарубежными. Такое распределение, что важно, не было специальным решением. (К слову, несколько всемирно известных зарубежных команд, по сведениям, не прошли во второй тур.) Финал отразил реальное состояние профессии. Он свидетельствует о конкурентоспособности российских архитекторов. И мнение, что российская архитектура находится в депрессии, не справедливо.

Нуждается ли проект в обсуждении французской общественности и утверждении французскими городскими властями? Для Франции естественно, что проект обсуждается и городскими властями, и общественностью на всех этапах. В финале конкурса оказались концепции, соответствующие как пожеланиям французской стороны, так и российской, и в первую очередь Русской Православной Церкви. Готовый проект (в конкурсе участвовали концепции) будет основательно смотреть сначала российский заказчик, потом французы.

Есть ли риск, что французская общественность заблокирует строительство этого объекта в центре Парижа? Для Франции вторичный или слабый проект не приемлем. Опыт реализации принципиально новаторских проектов в Париже гораздо серьезнее, чем в Москве. Расположенный в центре города, рядом с современной архитектурой Музея Бранли центр для России и РПЦ — своего рода интеллектуальный прорыв. Мнения французской и российской сторон не всегда совпадали, и найти согласие было не просто.

Правда ли что это самый дорогостоящий проект, представленный на конкурс? Нет, не правда. Определить окончательную cумму на данный момент не сумеет никто. Брать за аналог Музей Бранли или иное современное здание Парижа не представляется корректным – Русский центр уникален. Cтоимость зависит от материалов, технологических составляющих, которые архитекторам еще предстоит выбирать, и в первую очередь - от цели, которую ставит заказчик. Тут возможны два варианта. Первый, когда строительство ведется на основании жесткого бюджета. Второй, когда важен результат, а стоимость менее существенна. Данный проект — знаковый для русской православной церкви, и для России в целом он принципиален. Сегодняшнее храмовое строительство, осуществляемое церковью, отличает крайне консервативный характер. При этом, на рубеже XIX-XX веков оно велось энергично, для церкви работали выдающиеся, профессионально одаренные авторы — Шехтель, Щусев, Покровский, каждый активно развивал свой язык, свою систему образов. Сегодня Русский центр в Париже - это первый для православной церкви пример выхода из изолированного состояния. Мы можем увидеть современный храм, но оставшийся верным традиции.