Революция по Крису Андерсону

Эта информация пылится в архиве — вдруг устарела.

Внештатный автор Теплицы социальных технологий Григорий Асмолов посетил презентацию новой книги Криса Андерсона «Makers». Своими впечатлениями он поделился в блоге, а мы получили разрешение опубликовать материал для читателей Теплицы.

19 сентября Крис Андерсон, автор знаменитой теории «Длинного хвоста», презентовал свою новую книгу «Makers» в Лондоне.

Андерсон – фигура знаковая. Он не только автор вышеуказанной концепции и одноименной книги, которая предлагает новое понимание экономки в эпоху Интернета, и автор труда под названием «Бесплатно», но и главный редактор журнала Wired – издания, описывающего не только действительность, но её конструирующего (роли Wired в развитие информационных технологий французский исследователь Патрис Флиши посвятил отдельную главу в своей книге). То есть, по сути, Андерсон – немного редактор будущего.

Впрочем, никакой особой интриги перед презентацией его книги не было. Дело в том, что Андерсон очень системно подходит к изложению своих идей. Сначала он пишет подробную статью в Wired (который он же и редактирует), а потом, через некоторое время, эта статья трансформируется в книгу.
Зал-амифтеатр Королевского Британского Института был полон, несмотря на то что билеты стоили дороже, чем новая книга (25 фунтов, а книжка 18).

Демократизация производства

Надо сказать, что выступление Андерсона с первых минут начало немного коробить. Он, конечно, замечательный оратор, хорошо владеющий публикой, но при этом стилистика выступления постоянно создавала ощущение, что вам что-то продают…

Если бы это был Стив Джобс с айфоном в руке, это бы отлично гармонировало, но когда речь идет об экономической концепции, то возникает некий диссонанс. Андерсон, конечно, не исследователь, а смесь бизнесмена и пророка, он продает будущее, при этом явно стремясь получить как репутационные, так и финансовые дивиденды.
И собственно, ничего предосудительного в этом нет до тех пор, пока то, что говорит Андерсон звучит убедительно, а оно-таки звучит.

Опущу анализ первой и второй индустриальной революции, и сразу перейду к тому, что Андерсон называет третьей индустриальной революцией. Суть ее сводится к демократизации производства и распространению товаров. Если раньше и то, и другое было под силу большим заводам и крупным индустриям, то сегодня (вернее, может быть, еще не совсем сегодня, но в достаточно скором завтра) это будет доступно всем.

Демократизация производства связана, прежде всего, с появлением 3-D принтеров, которые позволяют вам фактически на дому производить то, что вам хочется. По словам Андерсона, все мы становимся дизайнерами продуктов, способными на месте эти продукты произвести.

Автор концепции третьей индустриальной революции называет это «производством воображения». Всё, что вообразимо вами, может стать явью (появляется все больше общедоступных платформ для моделирования 3-d проектов, например Tinkercad.com или сообщества типа shapeways.com где люди могут делиться тем, что они уже произвели при помощи 3-D принетров).

В качестве примера Андерсон приводит истории своих детей. Сначала его дочь хотела мебель в кукольный дом, которую нигде не возможно было купить, и тогда они ее нарисовали на компьютере и тут же «распечатали». Потом его сын таким же образом произвел робота, которого он хотел.

По словам Андерсона, это создает совершенно новые отношения с продуктами. Во-первых, производимые продукты уникальны. Во-вторых, когда человек сам участвует в дизайне, у него возникает к продукту совсем другое отношение (Андерсон называет это «эффектом Икеи», потому что даже если вы сами собрали мебель – это уже создает некие личные отношения между вами и собранным предметом). Кроме того Андерсон утверждает, что дети впитывают «дизайнерство» как нечто естественное, поэтому новое поколение будет поколением дизайнеров продуктов. В том числе еще и потому, что играя в компьютерные игры, дети развивают трехмерное мышление и учатся «понимать полигоны».

Однако вы можете справедливо возразить, что спектр продуктов, которые можно произвести на дому при помощи трехмерного принтера, более чем ограничен. Хоть Андерсон и говорит что 3-D принтеры активно развиваются и дешевеют, и призывает их купить, особенно если вы воспитываете ребенка (сегодня 3D принтеры можно купить за 2 тысячи долларов), они могут произвести на свет очень ограниченный спектр продуктов. На это у Андерсона есть сразу несколько ответов.

Во-первых, по всему миру сейчас активно развивается движение производственных лабораторий, также именуемых ХакЛабами. Это место где находится достаточно много разнообразной продвинутой техники и материалов, включая 3-D принтеры и не только… Заплатив за одноразовый доступ или ежемесячный абонемент вы можете пользоваться всем что находится в лаборатории. Таких лабораторий становится все больше. Я сам был этим летом в ХакЛабе в Будапеште и действительно, место творческое, живое и с энергетикой.

Судя по карте ХакЛабов, которую продемонстрировал Андерсон, они есть почти везде, кроме двух белых пятен – большей части Африки и России. Причем, что интересно, в ХакЛабах люди производят продукты не только для себя, но и по заказу больших фирм. То есть, по сути, возникает новый класс индустриальных фрилансеров. Кстати, во многих местах, ХакЛабы могут стать интересным решением проблемы трудоустройства.
Во-вторых, демократизация производства не обязательно должна значить, что продукт должны производить вы. Достаточно, что вы можете быть причастны к его производству. Речь идет о краудсорсинге продуктов, когда потенциальный потребитель напрямую участвует в производстве продукта.

В качестве примера Андерсон продемонстрировал «E-Paper watch» для IPhone, разработанные двумя ребятами через краудфандинговую платформу Kickstarter. Понятно, что платформа помогла собрать им деньги, необходимые для разработки и создания продукта, но этим ее функции далеко не ограничились. Прежде всего, платформа выполняет функцию маркетингового исследования. Если за Ваш продукт голосуют деньгами, значит у него есть рынок. Во-вторых платформа позволяет потенциальным потребителям участвовать непосредственно в разработке продукта. Многие пользователи высказывали мнение, каких функций им не хватает и что еще они хотели бы видеть в часах (так, например, был добавлен Bluetooth и созданы новые цвета). Продукт создается снизу-вверх. В-третьих, на базе краудфандинга и участия в разработке вокруг конкретного продукта, по сути, формируется сообщество. «Это не сообщество, которое просто хочет купить продукт. Они покупают идею, они инвестируют себя в эту идею, они хотят, чтобы этот продукт случился», — говорит Андерсон.

Демократизация распространения

Еще один фактор — это то, что Андерсон называет демократизацией распространения. Он рассказал о сайте Alibaba.com, на котором вы можете заказать в Китае конкретную деталь по вашему собственному эскизу и описанию, и буквально через несколько дней Вы получите на дом уникальный продукт. Редактор Wired долго веселил публику рассказами, что надо было сделать, чтобы договориться о чем-то с китайскими производителями 10 лет назад: необходимость поездки в Китайв, встреча в ресторане, поедание чьих-то глазных яблок, много алкоголя, пение караоке и подобным, как назвал их Андерсон, унизительные процедуры. Однако сейчас появились три фактора, которые изменили ситуацию:

1. В Китае на ключевые позиции начинает приходить новое поколение, хорошо знакомое с Интернетом.
2. Технологии становятся более гибкими, и позволяют легче делать изменение и выполнять конкретные задания.
3. Экономический кризис заставляет искать новые формы спроса и предложения.

В результате появляется то, что Андерсон называет «индустрией облака» или «облачным производством». Вы загружаете в глобальное сетевое облако заказ на продукт, который вас интересует, где дальше это задание находит своего оптимального исполнителя, который может произвести это максимально быстро, качественно и дешево.

Я не знаю, насколько перемена будет радикальна, но что точно, это будет мир в котором есть вещи, сделанные не только в Китае

И наконец, последний аргумент Андерсона. Появление новых моделей производства вовсе не отменяет старых, точно так же, как появление экономики длинного хвоста не отменило того, к чему этот хвост принадлежит (например, независимое кино не уничтожило киноиндустрию Голливуда). «Массовые индустрии по-прежнему будут производить миллионы ложек», — обнадеживает Андерсон. Однако то, что меняется — это монополия на производственные средства. В результате новые механизмы начинают сосуществовать со старыми, а помимо дополнительного фактора конкуренции, благодаря возникновению продуктов с уникальной идентичностью, результатом становится также большее богатство и разнообразие рынка. Причем это богатство не только в выборе товаров, но и в свободе выбора и культурном разнообразии. «Я не знаю, насколько перемена будет радикальна, но что точно, это будет мир в котором есть вещи, сделанные не только в Китае», — заключает Андерсон.

Кроме того, новые технологии позволяют то, что Андерсон называет «модификацией реальности», то есть надстройку уникальной идентичности продукта на базе продуктов массового производства. К примеру приложение 123d catch позволяет сканирование физических предметов, то есть превращение их в трехмерные цифровые модели. Вы можете взять купленную чашку, просканировать ее, потом внести некоторые изменение в ее модель или какой-либо из элементов, а далее «распечатать» модифицированный вариант.

Знания под свободной лицензией

Вместе с тем, в демократизированной индустриальной системе есть место для производства и намного более сложных продуктов. Пример этому подал сам Андерсон, много лет являющейся фанатом разработки беспилотных летательных аппаратов. Для начала Андерсон создан сообщество любителей беспилотников — diydrones.com. Все идеи и разработки, которые в нем появлялись, были полностью open source, то есть члены сообщества делились всем и могли участвовать во всем. Сам Андерсон поясняет, что изначально идея заключалась в создании альтернативы с открытом кодом для военной индустрии. Сегодня в сообществе более 30 тысяч членов и более 6 тысяч блогов. Через сообщество Андерсон нашел 19-летнего парня из Мексики, по его словам, гения в области создания беспилотников, и вместе с ним создал фирму и open-source лабораторию по созданию летательных аппаратов (подробнее об этом тут).

Из этой истории Андерсон делает несколько выводов. Во-первых, информационные технологии и глобальные Сети позволяют найти вам лучших людей для выполнения конкретной задачи через формирование тематических сообществ. В традиционной индустрии рынок потенциальных исполнителей ограничен и любой выбор является компромиссом («кстати, это касается ваших мужей и жен», — замечает Андерсон). Модели формирования сообществ вокруг конкретных задач и на базе открытого кода позволяют задействовать лучших и «самых умных», причем бесплатно, в свободное от их основной работы время (об этом вторая книга Андерсона «Free»).

Делай добро и бросай его в воду. Оно не пропадёт — добром к тебе вернётся

Во-вторых, не стоит бояться, что Ваши идеи украдут. Можно украсть идею, но нельзя украсть сообщество. Кроме того, Андерсон говорит: «Мы заставляем наших пиратов работать на себя». Так или иначе, пиратство тоже приводит к улучшению продукта, а лучших пиратов Андерсон находит и берет к себе на работу. То есть пиратство, по сути, это интегральная часть инновационного процесса.

В результате, по словам Андерсона, лучшие люди делают лучшее. Вместе с тем, мотивы участия в таких индустриальных процессах являются совсем не альтруистическими. Андерсон предлагает очень точную формулу: «Между Интернетом и человеком существует социальный контракт – отдай что-нибудь и посмотри что случится.» Мне это напомнило формулу из замечательного советского мультфильма: «Делай добро и бросай его в воду. Оно не пропадёт — добром к тебе вернётся».

Идеи бесполезны. Главное — их реализация

Под конец один из зрителей спросил у Андерсона, что тот ему советует почитать на тему… «Ну вы знаете, я тут одну книжку презентую» — рассмеялся Андерсон, — «А вообще, я рекомендую делать, а не просто читать. Идеи сами по себе бесполезны. Главное – это реализация. Идеи есть у каждого. Но до тех пор, пока люди не начинают их воплощать, я не отношусь к этому всерьез.»
Андерсон не знает, насколько третья индустриальная революция изменит экономику и мир в целом. Однако, как говорит редактор Wired: «Величие архитектуры определяется тем, насколько люди, находящиеся в архитектурных конструкциях, чувствуют себя счастливыми.»

Возможно, если мы будем жить в мире вещей, которые творятся нами самими… мы будем чуть более счастливы. И все-таки под конец лекции мне было сложно избавиться от мысли: А вдруг революционные идеи Андерсона — это просто завуалированная рекламная кампания 3-D принтеров.