Распишитесь в получении

Подробности

— Я уже не верю, что можно добиться правды. Тарасов убил пять человек, убил моего сына. А меня, мать, суд даже не признал потерпевшей. У него деньги, он всех покупает. Чем вы мне сможете помочь? Я не знаю. У кого власть и деньги, тому все...

— Я уже не верю, что можно добиться правды. Тарасов убил пять человек, убил моего сына. А меня, мать, суд даже не признал потерпевшей. У него деньги, он всех покупает. Чем вы мне сможете помочь? Я не знаю. У кого власть и деньги, тому все можно, убивать безнаказанно можно.Так, переполненная болью и отчаянием, говорила мне Надежда Лиджиевна Николаенко после состоявшегося в апреле нынешнего года заседания Ставропольского краевого суда, который оставил в силе решение Кочубеевского районного суда от 18 декабря 2006 года о прекращении уголовного преследования теперь уже бывшего мэра Пятигорска Игоря Тарасова. В результате ДТП, виновником которого был Тарасов, погибли пять человек.Напомню читателям: трагедия произошла в ночь на 23 августа прошлого года на трассе Невинномысск — Ставрополь. Глава администрации города Пятигорска 36-летний Игорь Тарасов, находясь за рулем своего джипа «Тойота — Лендкрузер-100», на скорости 130 км/ч, не справившись с управлением, вылетел на встречную полосу движения и врезался в автомобиль «ВАЗ-2109». Водитель «девятки» Виталий Гурков и его старший сын Дмитрий с супругой погибли на месте. А младший сын и еще один родственник Гурковых скончались от полученных травм через некоторое время. Возможно, их могли бы спасти, если бы своевременно была оказана медицинская помощь. Но оказавшийся рядом мэр Ставрополя Кузьмин доставил в больницу только своего приятеля Тарасова, имевшего, как выяснилось, незначительные повреждения. Остальные пострадавшие были оставлены на месте ДТП.Что произошло дальше, я описывал в «Новой газете» в материалах «Загладил ущерб» (№ 97 от 21.12.2006) и «Под подушкой безнаказанности» (№ 2 от 15.01.2007). Тарасов и его люди предложили близким родственникам погибших в ДТП по нескольку сотен тысяч рублей за каждого. Кто согласился — получил статус потерпевшего и… ходатайствовал перед судом о прекращении уголовного преследования Игоря Тарасова как «загладившего перед ними моральный и материальный ущерб».А вот Надежда Николаенко, мать погибшего Дмитрия Гуркова, от предложенных ей трехсот тысяч рублей отказалась, заявив посредникам: «Как вы посмели предлагать мне деньги за мое молчание и кто оценил жизнь моего сына в такую сумму?».Надежда Лиджиевна отказалась от денег, а Кочубеевский районный суд не признал ее потерпевшей. Потерпевшими были признаны те, кто от денег не отказался и ходатайствовал перед судом за освобождение Тарасова от уголовной ответственности. Их ходатайство кочубеевский районный судья и удовлетворил.После публикаций «Новой» и протеста прокуратуры на незаконное решение суда все мы ждали, что Ставропольский краевой суд примет справедливое решение. В это хотелось верить еще и потому, что в феврале Надежда Николаенко получила два официальных письма: одно — из прокуратуры Ставропольского края, второе — из Генеральной прокуратуры, в которых говорилось, что прокуратурой внесено кассационное представление в краевой суд в связи с нарушением ее процессуальных прав.За несколько дней до суда несчастная женщина получила сообщение от ставропольского краевого судьи Николая Ганченко, что открытое судебное заседание по делу в отношении Тарасова И.А. назначено на 10 часов 4 апреля 2007 года. Такие же сообщения были отправлены и другим близким родственникам погибших. Но они-то проходили как потерпевшие. В качестве кого приглашали на судебный процесс Надежду Николаенко, судья Николай Ганченко не указал, но не забыл в сообщении приписать, что в соответствии с ч. 4 ст. 376 УПК РФ ее явка на судебное заседание кассационной инстанции не обязательна.4 апреля Надежда Лиджиевна впервые в своей жизни приехала в Ставрополь. Этот факт я подчеркиваю специально. Дело в том, что на суде Надежде Николаенко была предъявлена якобы подписанная ею расписка, заверенная ставропольским нотариусом, что она дала согласие на примирение с Тарасовым и получила от него триста пятьдесят тысяч рублей. В расписке — дата: 18.09.2006.— Никакой расписки я не писала, в Ставрополе 4 апреля была впервые в жизни, денег от Тарасова не брала, — заявила мне Надежда Лиджиевна.— Выходит, вашу подпись подделали?— Выходит, так.Я позвонил по этому поводу ставропольскому краевому судье Николаю Ганченко. Внятного ответа от него не получил.В стране, которая определяет себя как правовое государство, кто-то должен ответить: почему чиновник, виновный в ДТП, в результате которого погибли пять человек, не несет правовой ответственности? Почему не возбуждается уголовное дело за неоказание помощи людям, получившим тяжелые травмы в результате ДТП? Почему мать погибшего в ДТП даже не признана потерпевшей? Почему, наконец, судья, не проведя экспертизы, приобщает к делу расписку, заверенную нотариусом, как законный документ, хотя «подписавший» заявляет, что никакой подписи не ставил?Эти вопросы мы адресуем в Генеральную прокуратуру в надежде остановить правовой беспредел по делу господина Тарасова.P.S. Когда этот материал готовился в номер, пришло сообщение от Надежды Николаенко. Ее пригласили в прокуратуру, сняли копии с документов, подтверждающих, что она является матерью погибшего Дмитрия Гуркова, и заверили, что помогут в признании ее потерпевшей в связи с гибелью в результате ДТП ее сына.