Оригинал материала
Робер Кампен, мастер из Турне
Должна признаться, что до недавнего времени я не знала ни работ Робера Кампена, ни даже его имени. Я также не задумывалась о том, почему среди работ художников Раннего Возрождения — особенно Северного — так много картин не имеют авторской подписи.
О Кампене и об атрибуции его картин ведутся многолетние споры. Они связаны не только с тем, что в его время произведение с необходимостью сопровождалось прежде всего свидетельством о мастерской, где оно было исполнено, а не подписью автора в современном смысле этого слова. Из мастерской Кампена вышел такой выдающийся художник, как Рогир ван дер Вейден (Rogier van der Weyden, 1399/1400– 1464), а также менее известный, но тоже интересный художник Жак Даре (Jacques Daret, ок. 1403–1406 — ок. 1468–1470). Оба они могли оказаться авторами неподписанных полотен, относимых к Кампену, поскольку стилистически эти художники ему близки. Дополнительно способствовало напряжению вокруг сюжетно близких работ «мастерской Кампена» то, что внимание искусствоведов к творчеству Роги-ра ван дер Вейдена со временем возросло. Так или иначе, окончательная атрибуция работ Кампена — а он оставил не менее двух десятков замечательных произведений — принадлежит уже ХХ веку, причем о некоторых картинах спорят по сей день. Но что не оспаривалось — так это замечательное мастерство Кампена (его работа есть и у нас в Эрмитаже).
О жизни и творчестве Робера Кампена (Robert Campin, ок. 1378 — 1444) известно достаточно много — фактографию см., напр., [1].
Качественное воспроизведение самых важных его работ можно увидеть на экране компьютера: об этом, в частности, позаботилась agritura — автор на редкость содержательного блога о Кампене в «Живом журнале» [2].
По этим ссылкам вы найдете не только работы Кампена, но и виды города Турне, где он жил и трудился, а также обширный материал для сравнения работ Кампена и его современников.
Северное Раннее Возрождение мне интересно тем, что у «северян» сохраняется некая первозданность взора и определенная сдержанность, своего рода минимализм. При этом даже тогда, когда плоскость картины, казалось бы, плотно «населена» персонажами, как, например, в «Рождестве» Кампена, ощущение простора и воздуха не исчезает (рис. 1).
Удивительны портреты, оставленные нам Кампеном, — если так работали мастера в начале XV века, то понятие «реализма» в изобразительном искусстве заведомо лишено всякого содержания (рис. 2).
Конечно, Кампена, как и других художников Раннего Возрождения, надо уметь смотреть — в том смысле, что не только сюжеты его картин, но и многие детали, внятные для его современников и даже для далеких потомков, сегодня нуждаются в комментариях.
Например, в дошедших до нас трех створках Флемальского алтаря (рис. 3) удивляет, что «Троица» написана в принципиально иной технике, известной как гризайль, и потому никак не сочетается с двумя другими створками. Но «Троица» и не должна с ними «сочетаться», поскольку это оборотная сторона для одной из панелей, своего рода «крышка». Надо думать, до нас не дошли две другие панели — «крышки», исполненные в той же технике. Как пишет agritura [3], в Турне, где жил и творил Кампен, была в то время очень известная скульптурная школа; возможно, не без влияния работ художников этой школы мастеров и была создана панель с «Троицей».
Удивительно ли, что созерцая работы нидерландских «примитивов», Ван Гог ощущал абсолютную необходимость найти свой особый художественный язык?
Ревекка Фрумкина
1. http://northernrenaissance.jimdo.com/робер-кампен/
2. http://agritura.livejournal.com/136631.html
http://agritura.livejournal.com/136996.html
http://agritura.livejournal.com/137593.html