Сочетание традиционных игрушек и интеллектуальных агентов в играх детей

Какие игрушки важнее для развития детей — использовавшиеся до XXI века или электронные с интеллектуальной начинкой?

Что такое smart toys — умные игрушки?1

Мы всё чаще видим их в магазинах игрушек. В англоязычной литературе используется словосочетание smart toys (умные игрушки). В отечественной литературе устоявшегося перевода нет, поэтому мы будем использовать вышеприведенное словосочетание «электронная игрушка с интеллектуальной начинкой», игрушки — искусственные интеллектуальные агенты. Они демонстрируют некоторые элементы функционирования, выглядящие как «самостоятельное» интеллектуальное поведение, и (не все, но некоторые) предоставляют ребенку возможности по такому взаимодействию с ними, которое условно можно назвать коммуникацией. Эти объекты активно используются в играх и обучении 2, публикуются рекомендации по их разработке и методики их оценивания 3. Есть интересные исследования того, в какой мере дети и родители приписывают качества разумности этим объектам в зависимости от их поведения — например, разумности или хаотичности прохождения лабиринта 4. Есть также исследования вовлеченности детей в «коммуникацию» с голосовыми помощниками для взрослых 5. Наблюдать это — чистое удовольствие.

Можно говорить о том, что с ростом агентности, «разумности» игрушек растут возможности так называемых цифровой социализации и цифрового образования детей, поскольку в будущем, как считают аналитики, искусственные интеллектуальные агенты будут всё более развитыми и включаться во всё большее количество областей деятельности (и, похоже, дело и правда идет к тому).

Промежуточное положение между традиционными и агентными занимают игрушки, которые в явном виде демонстрируют ребенку какое-то сложное функционирование. Исторически это были механизмы-автоматы со сложно движущимися куклами — людьми, животными, орудиями и т. д., составляющие предмет невероятного детского любопытства. При этом чаще всего такие механизмы из-за своей сложности и дороговизны не предоставлялись детям для самостоятельного, столь желанного активного обследования и экспериментирования. Эта важная развивающая функция игрушки была ограничена, что казалось совершенно нормальным. Кроме того, по понятным причинам такие игрушки не могли быть массовыми, это были каждый раз индивидуальные произведения искусных мастеров-механиков.

Но в настоящее время усиливающийся психологический, образовательный запрос на стимулирование любознательности, самостоятельного творческого мышления и активности детей, помноженный на выросшие технологические возможности промышленности, прежде всего электронной, привел к тому, что разработчики стали создавать всё больше игрушек особого класса. Это интерактивные исследовательские игрушки. Они отличаются от традиционных: это не машинки, не посуда, не игрушечная мебель и т. п. Их основная функция — стимулировать любопытство, любознательность ребенка, желание и готовность обследовать и экспериментировать; развивать способности осмысливать получаемую информацию и рассуждать. В этих игрушках воплощено теоретическое психолого-педагогическое положение «ребенок — это маленький исследователь»: они предоставляют большие возможности для детского исследования, провоцируют и углубляют его 6.

Интерактивные исследовательские игрушки по внешнему виду не могут быть отнесены к какому-то определенному типу предметов — и это сделано намеренно. Это ящички сложной формы или иные вместилища, имеющие снаружи то, что можно интерпретировать как органы управления (яркие кнопки, рукоятки, рычажки и пр.), и то, что можно интерпретировать как потенциально реагирующие устройства (затемненные окошки, закрытые крышечки, под которыми предположительно может что-то скрываться, и т. п.). При манипуляциях с органами управления игрушка реагирует явным для ребенка образом — могут зажигаться лампочки, открываться крышечки, раздаваться звуки и пр. Тем самым через такой внешний вид и устройство игрушки разработчик стимулирует развертывание любознательности, исследовательского поведения и мышления ребенка. Такого типа игрушки могут стимулировать развитие различных познавательных умений, и на рынке они позиционируются как развивающие, хотя потенциал каждой конкретной игрушки, позиционируемой как развивающая, должен был бы устанавливаться в психолого-педагогическом исследовании.

Каково должно быть сочетание традиционных и цифровых игрушек?

Опираясь на анализ просветительских, научно-популярных текстов, можно видеть две противоположные тенденции. В одних текстах пишут о преимуществах цифровых игрушек — как более современных и имеющих большой потенциал. Утверждается, что эти игрушки лучше традиционных развивают познавательные процессы, поскольку разработаны именно как развивающие, могут помогать обучению сложным интеллектуальным навыкам и т. п. В других популярных текстах подчеркивается потенциальная психологическая опасность цифровых игрушек: они развивают «кнопочное мышление», отучают мыслить живо и образно, редуцируют возможности ролевой игры, фантазии и т. д. Защищаемый идеал в некоторых случаях — это вообще тряпичная кукла, якобы предоставляющая максимальные возможности по развитию игровой деятельности, считающейся ведущей в дошкольном возрасте.

Здесь были бы нужны психолого-педагогические исследования того, развитие каких способностей стимулируется игрушками того или иного типа и развитие каких способностей подавляется.

Также были бы необходимы эмпирические исследования оптимального сочетания игрушек разных типов — оптимального с точки зрения имеющихся психолого-педагогических и образовательных целей. Когда мы говорим об оптимальном сочетании, мы основываемся на том, что необходимо именно сочетание различного использования разных игрушек, а не доминирующее использование одних при игнорировании важности других. Если мы считаем, что игра, в том числе исследовательская, формирует качества, которые могут понадобиться растущему человеку в будущем, то мы должны исходить из модели этого будущего. В этом отношении взаимодействие со smart toys, игровыми искусственными интеллектуальными агентами, должно присутствовать в жизни ребенка.

К сожалению, на настоящий момент нет эмпирических исследований, которые давали бы определенный и достоверный ответ на вопрос об оптимальном соотношении игрушек разных типов. Такое исследование должно быть хотя бы относительно длительным, отслеживающим эффекты развития, но за это время изменится и станет другой важная часть того, что́ мы сейчас называем smart toys, а также отчасти изменятся и представления о том, что́ должны развивать игрушки. Здесь нужны новые творческие исследовательские идеи.

Александр Поддьяков, докт. психол. наук

---

1 Это популярная версия статьи: Поддьяков А. Н. Сочетание традиционных игрушек и игрушек — искусственных интеллектуальных агентов в исследовательских играх детей // Исследователь/Researcher. 2022. № 1–2. С. 13–16.

2 Komis V., Karachristos C., Mourta D., Sgoura K., Misirli A., Jaillet A. Smart toys in early childhood and primary education: a systematic review of technological and educational affordances // Appl. Sci. 2021, 11, 8653. doi.org/10.3390/app11188653

3 Kara N., Cagiltay K. Smart toys for preschool children: A design and development research // Electronic Commerce Research and Applications. 2020. V. 39. doi.org/10.1016/j.elerap.2019.100909

4 Druga S., Williams R., Park H. W., Breazeal C. How smart are the smart toys? Children and parents’ agent interaction and intelligence attribution // IDC2018, June 19–22, 2018, Trondheim, Norway;
Williams R., Park H. W., Breazeal C. A is for artificial intelligence: the impact of artificial intelligence activities on young children’s perceptions of robots // CHI 2019, May 4–9, 2019, Glasgow, Scotland, UK.

5 Festerling J., Siraj I. Anthropomorphizing Technology: A Conceptual Review of Anthropomorphism Research and How it Relates to Children’s Engagements with Digital Voice Assistants. Integr. psych. Behav. 56, 709–738 (2022). doi.org/10.1007/s12124-021-09668-y

6 Заяц К. «Дети пробуют, взрослые эксплуатируют»: Элисон Гопник — о том, как думает ребенок. 15 июня 2015 года;
Поддьяков А. Н. Исследовательские и контрисследовательские объекты: дизайн предоставляемых возможностей // Российский журнал когнитивной науки. 2017. Том 4. № 2–3. С. 49–59;
Поддьяков А. Н., Поддьяков Н. Н. Интерактивные исследовательские объекты: от лабораторных экспериментов к массовым практикам XXI века // Исследователь/Researcher. 2019. № 3. С. 8–29;
Cook С., Goodman N. D., Schulz L. E. Where science starts: Spontaneous experiments in preschoolers’ exploratory play // Cognition. 2011. V. 120(3). P. 341–349.