Правда о 38 миллионах

Кто, чем и почему занят в России. Тенденция ухода занятости в тень прослеживается все более явственно

Кто, чем и почему занят в России. За последние годы тенденция ухода занятости в тень прослеживается все более явственно

Нынешнее правительство, проработав скоро как год, кажется, начинает знакомиться с реальной действительностью. И узнает много чего интересного. Например, вице-премьер по социальным вопросам Ольга Голодец сообщила, что 38 миллионов взрослых россиян «непонятно где и чем заняты». Она отметила, что наш рынок труда сегодня фактически нелегитимизирован и только очень небольшая его часть работает по прозрачным правилам. А ведь если бы эти десятки миллионов трудились и платили налоги, то можно было бы пенсии поднять раза в полтора, помочь здравоохранению и образованию.

Такая проблема действительно есть, и об этом эксперты говорят уже не один год. В принципе, чтобы сделать такой вывод, достаточно зайти на сайт Росстата и посмотреть на выложенные там цифры. Удивление социального (!) вице-премьера, видимо, только что узнавшего сей банальный факт благодаря помощникам, — поразительно.

Ольге Юрьевне, находясь на своей нынешней позиции, следовало бы, наверное, хотя бы назвать причины этого вопиющего социального неблагополучия. А они просты:

1. отвратительный предпринимательский климат, «кошмарящий» любой бизнес, но больнее всего бьющий по малым и средним предприятиям. Вспомним хотя бы самый свежий факт: повышение с 1 января этого года в два раза размера фиксированного взноса в Пенсионный фонд для самозанятых граждан, что уже привело к закрытию более 300 тысяч мельчайших легальных бизнесов. Занятые там люди ушли в тот сегмент рынка труда, который так беспокоит вице-премьера. Кстати, Ольга Голодец имела прямое отношение к разработке и принятию этого заведомо ошибочного решения;

2. всеобщее недоверие к государству как к институту, расходующему налоги, собранные с нас. Я думаю, что о воровстве и коррупции, принявших системный характер и ставших сутью государственного управления, Ольга Юрьевна знает не понаслышке. Кому же охота отдавать свои налоги в руки такого распорядителя?

Кстати говоря, за последние годы тенденция ухода занятости в тень прослеживается все более явственно. И это красноречивый показатель уровня эффективности работы всего государства времен второй половины правления Владимира Путина. Как в этих условиях выполнить майские указы вновь избранного президента, предусматривающие радикальное повышение зарплат бюджетникам и другие социальные расходы? Видимо, только за счет еще большего выжимания соков из добропорядочных граждан, исправно платящих налоги. Отсюда, в частности, быстрый рост размера платежей за ЖКХ и сползание к платной медицине, весьма вероятный разгон инфляции, которая является дополнительным налогом, прежде всего на среднеобеспеченных граждан.

А заниматься решением упомянутых выше двух фундаментальных проблем российской действительности, видимо, не хочется. А если бы даже и хотелось, то явно не хватает понимания сути происходящего в стране.

Вот, например, упомянутая Ольгой Голодец цифра — 38 миллионов человек, которые непонятно где и чем заняты. Давайте разберемся.

В России 87 миллионов человек трудоспособного возраста. Из них 75 миллионов — те, кого относят к экономически активному населению. И, наконец, у нас 48 миллионов работников, которые платят налоги. Разница между первой и третьей цифрой, как видим, примерно 30 миллионов человек. Сколько из них тех, кто занят неформально, и тех, кто вообще не работает? Согласно обследованиям Росстата, в первую категорию попадает примерно 20 миллионов человек — величина немалая, но все-таки не 38 миллионов. Оставшиеся 10 миллионов — это домохозяйки, инвалиды и просто те, кто не хочет в силу тех или иных причин работать: может быть, хотят годок-второй отдохнуть, переучиться и т.п. Возможности для вовлечения этих людей в трудовую деятельность весьма ограничены. В конце концов, мы ведь, к счастью, освободились от советской установки на всеобщую занятость. Хотя кто его знает? После возвращения звания «Герой труда», сдачи норм ГТО, дискриминации лиц с «нетрадиционной сексуальной ориентацией» мы вернемся и к борьбе с тунеядством?