: Осторожно, мини!

Предложение отца Всеволода Чаплина ввести «государственный дресс-код» вызвало резкую критику. Церковь на днях выступила с еще одной инициативой — в области материнства и детства, где, в частности, предлагает исключить аборты из системы медицинского страхования. Государство вряд ли отреагирует позитивно на оба предложения. Воцерковленные люди представляют значительную часть населения, но все-таки меньшинство. Что не отменяет необходимости постановки вопросов, пусть и не в такой провокативной и резкой форме.

«Неплохо, что сейчас компании, вузы, школы вводят у себя дресс-коды. Хорошо бы и общероссийский дресс-код придумать (на стрип-бары и публичные дома, так уж и быть, можно его не распространять)», - говорится в ответе отца Всеволода на размещенное в Интернете открытое обращение к патриарху Кириллу, которое подписали более 700 человек.

Авторы петиции среди прочего процитировали недавние слова отца Всеволода о женщинах, которые он произнес на круглом столе по межэтническим отношениям: «Если она носит мини-юбку, она может спровоцировать не только кавказца, но и русского. Если она при этом пьяна, она тем более спровоцирует. Если она при этом сама активно вызывает людей на контакт, а потом удивляется, что этот контакт кончается изнасилованием, она тем более не права».

В оценке предложения отца Всеволода сошлись непримиримые противники. «Ерунда какая-то. Пусть человек как хочет, так и одевается. Потом они будут говорить, что нечего женщинам красить губы», - прокомментировала «Интерфаксу» правозащитница Людмила Алексеева.

Представитель Либерального клуба «Единой России» Алексей Чеснаков раскритиковал предложение главы синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерея Всеволода Чаплина о введении общероссийского дресс-кода. «Заявление господина Чаплина является проявлением мракобесия. Сегодня вводить какие-либо общероссийские дресс-коды нет необходимости. Люди сами должны определять, в чем им ходить. Ни государство, ни общественные организации не должны вмешиваться в это право граждан. Это должно быть ограничено принятыми в обществе нормами морали и вкусами конкретного человека», – заявил сегодня Чеснаков «Интерфаксу». По мнению политика, в противном случае, «кто-то будет принимать за людей решение о том, что им прилично носить, потом – дело может дойти до того, что человеку будут рекомендовать - что говорить и что делать».

Конечно, в смелом предложении отца Всеволода есть что-то от женевских порядков времен Жана Кальвина. При Кальвине посещения церковной службы стали обязательными, запрещались развлечения, танцы, яркие одежды, громкий смех. Сегодня, впрочем, и правда не 16-й век.

С одной стороны, почему бы представителям Церкви не иметь своих представлений о прекрасном и не предлагать государству некие инициативы. К тому же бурная реакция не представляется оправданной — реплика отца Всеволода была полемической и даже провокативной. Он же не предлагает ввести дресс-код уже завтра и выражает личное мнение. С другой, понятна и обеспокоенность некоторых представителей общественности относительно того, что Церковь занимает некоторую активную, иногда даже избыточно активную позицию по тому или иному вопросу. Ибо она активно и зачастую успешно продвигает ее государству: уже вводится ОПК в школах, появляются полковые священники, прошел почти закон о возвращении РПЦ имущества. Здесь впору и о предложении Всеволода Чаплина волноваться.

Наложилось возмущение и на позавчерашнюю публикацию предложений Церкви государству в части материнства и детства — куда более важного документа, нежели «единый дресс-код». Помимо позитивной программы — поддержки многодетных семей, выпускников детдомов, разрешить религиозные детдома и т. д. - там имеется и негативная. Предлагается сильно снизить число абортов путем исключения «совершения абортов на средства налогоплательщиков, в том числе принципиальных противников абортов» и выведения «операции по прерыванию беременности (за исключением случаев прямой угрозы жизни матери) из системы медицинского страхования». Имеется ли ввиду только система ОМС или же вообще медицинское страхование в документе не поясняется. Во втором случае получается де-факто «мягкий запрет» на аборты.

Здесь уже речь идет о серьезном шаге — это не полемический отклик на петицию, а официальный церковный документ, предлагающий ограничить право граждан поступать в соответствии с современными (с точки зрения Церкви — греховными) представлениями о плоде, праве человека распоряжаться своим телом и так далее.

Нюанс в том, что Церковь не только высказывает свою позицию по принципиальным для нее вопросам, но и на вполне официальном уровне просит государство к этой позиции прислушаться. И ввести обязательные для всех правила.

Возможно такого рода инициативы действительно помогли бы сильно исправить общественную мораль и нравственность. Однако представляется, что государство не только не будет реагировать всерьез на инициативы РПЦ, но и не должно. Самая, пожалуй, влиятельная общественная организация в России на деле предлагает властям пойти на поводу у активного, уважаемого (в том числе властями), но все-таки меньшинства.

«Итогом начального периода новейшей истории нашей Церкви стало то, что по разным данным в среднем от 60 до 80% населения наших стран именуют себя православными. Но какова же на самом деле ситуация на местах? Любой, кто не оторван от реальности, осознает, что, если говорить об активных верующих, регулярно причащающихся и участвующих в церковной жизни, то доля такого населения гораздо ниже указанных процентов», - говорил патриарх Кирилл на Архиерейском соборе в феврале 2010 года. Социологи уточняют, насколько меньше. По данным опроса ВЦИОМ (апрель 2010 года), большая часть верующих (!) россиян заявляет о несоблюдении церковных ритуалов(38%, в 2009 году - 47%). Сравнительно небольшая часть респондентов указывает, что посещает церковь (17%), соблюдает пост и религиозные праздники (по 11%). Значительно меньше верующих сообщили, что принимают таинства и молятся (по 7%), носят нательные религиозные символы (3%), соблюдают заповеди (3%), поминают усопших (1%). Это от числа верующих.

Позитив предложений церковников в том, что проблематика в них раскрывается настоящая, невыдуманная. И некоторая реакция общества на предложения нужна. В том смысле, что делать вид, будто в области чадолюбия или материнства нет проблем, - глупо. Равно как возлагать надежды на прорыв в этой сфере исключительно на государство. В этом плане и разговоры о «дресс-коде» не так уж плохи. Вести себя в публичных местах и правда умеют далеко не все.