Всякий половичок мечтает стать сапогом

Во вторник вечером спикер Совета Федерации и личный друг президента Путина Сергей Миронов сделал громкое заявление. «Завтра планируется приезд Владимира Путина в Петербург. Завтра он будет встречаться со сторонниками своими чуть ли не со всей России. И — такое совпадение, именно в этот день стартует президентская кампания. А очень часто, мы помним из новейшей истории России, именно из Петербурга шли абсолютно новые веяния, какие-то сенсации, иногда мирового уровня", — сказал спикер.

И предсказал, что на форуме произойдет сенсация. Учитывая состояние политического ступора, охватившее широкие слои холуев, сенсация такого рода могла быть только одна: либо Путин должен был объявить, что он остается навсегда. Либо Путин должен был назвать преемника.

Вчера весь день телевизор показывал: Кудрина, ратующего за своего арестованного зама, Путина, который общается в Кремле с иностранцами, и даже открывшийся под Калугой автозавод «Фольксваген». Путин не только не сделал заявления, не только его не было в Петербурге, но и, что уж совсем диковинно, самое петербургский форум не фигурировал в новостях. Видимо, съехались «со всей России» палимые энтузиазмом сторонники Путина, да как-то по приказу свой энтузиазм куда-то задвинули.

Товарищу Миронову не впервой делать удивительные заявления. Он первым засветил, можно даже сказать, спалил, вероятный кремлевский план изменить Конституцию, удлинив срок правления президента (это позволило бы Путину избираться по новой Конституции на сколько надо). Он же, только будучи назначен спикером, первым побежал впереди паровоза, заявив, что Путин должен остаться.

Каждый раз было такое впечатление, что спикер Миронов чего-то слышал. Что-то такое в воздухе носилось, улавливаемое тонкими кошачьими вибриссами: но не то, и не совсем так, за что и удостаивался Миронов высочайшей оплеухи, которую всегда принимал как знак отличия. Как в анекдоте: «Да, но не сто рублей, а двести, и не в покер, а в преферанс, и не выиграл, а проиграл».

Надо сказать, что не один спикер Миронов попадает в такие ситуации (хотя Миронов, видимо, в силу личных особенностей психики, постоянно наступает на одни и те же грабли, причем грабли телевизионные, снабженные микрофоном, камерой и дедлайном). В самый громкий конфуз такого рода, например, попал недавно первый вице-премьер Иванов.

Сразу перед смещением Фрадкова шел Путин по коридору Кремля, где и наткнулся на некоего кремлевского орла. «Ну что, пора делать Иванова премьером?» — спросил Путин нашего орла. Орел понял, что настал его звездный час. «Пора», — ответил он. Орел спел Иванову осанну, аллилую и эпиталаму. Путин повернулся и пошел снимать Фрадкова. Орел позвонил сначала Иванову, с радостной вестью, а потом принялся обзванивать всю прочую челядь. Челядь тоже звонила Иванову и плыла к нему в приемную косяками. Все поздравляли будущего президента.

Через два часа премьером назначили Зубкова. Иванов пропал с экранов всех правительственных локаторов на неделю, а когда он выполз из тьмы небытия, то выглядел так, будто провалился в тяжелый беспамятный запой (что, вероятно, и было).

Это я к тому, что Путин любит такие вещи. Не то что Миронов сам решил, что Путин поедет в Петербург и устроит там сенсацию. При взгляде на этого персонажа трудно заподозрить, что он способен к такого рода высшей нервной деятельности. Нет. Он слышал, причем, скорее всего, от начальника, слышал, что Путин записал телеобращение, слышал, когда оно будет оглашено, — и, счастливый своей сопричастностью к истории, побежал эту сопричастность оглашать. С привычным уже результатом.

Так Путин управляет ситуацией. Так он относится к ним – к мироновым, ивановым, медведевым. Почему? Бог весть, видимо, получает от этого наслаждение. Трудно делать такие вещи с близкими тебе людьми, если не получаешь от этого наслаждение. Зачем люди едят пирожные? Потому что любят сладкое.

Так он относится к ним. А теперь прикиньте – как они относятся к нему? Неужели товарищ Иванов, после краткого мига триумфа, сменившегося назначением Зубкова, должен быть счастлив? Признателен? Благодарен? Представляете, какая буря творилась в душе вице-премьера Иванова? Разве половичок, когда о него вытирают сапоги, помнит, что он половичок и большего не заслуживает? Э, нет. Всякий половичок мечтает быть сапогом.

И в общем-то это хороший метод управления половичками. Они другого и не стоят. Но у этого метода есть существенный недостаток: он действует, пока сапог на твоей ноге.

Пока Путин президент, он может всласть куражится над своим окружением, намекать, не связывая себя обещаниями, разводить, не связывая обязательствами (заметим, в диалоге с кремлевским орлом Путин не сказал, что он назначит Иванова премьером. Орел все домыслил сам). Но как только Путин перестанет быть президентом, половички припомнят ему все долгие часы лежания в прихожей. И ожидания, когда о них оботрется монаршая нога или — о счастливый миг — половичок пометит лабрадор Кони.

Половички это знают. И сапог это знает. И как тут снять сапог?