Портреты молодых лидеров

Никто не хотел выбирать. Им от 18 до 36 лет, они пока еще не могут претендовать на президентский пост, но уже вполне могут влиять на расклад политических сил. Ультраправые и антифа, левые и прокремлевская молодежь — они уже вполне заметные фигуры, пока не в парламенте, но уже на площадях. Кто из них реально сможет проявить себя в большой политике? Как далеко заходят их амбиции? Насколько они сговорчивы или, наоборот, бескомпромиссны? Кому отдадут голоса на партийных и президентских выборах? The New Times попытался составить портрет политически активной молодежи

Максим Солопов и Евгения Чирикова на митинге в поддержку журналистов и гражданских активистов в МосквеМаксим Солопов:
В ожидании приговора
Ему всего 21. Он стал знаменитостью в одночасье и что делать с этим капиталом — пока не знает. В ожидании суда один из самых заметных защитников Химкинского леса, арестованный после погрома химкинской администрации летом прошлого года, ходит по Москве с оглядкой. Его дело находится на доследовании (на этой неделе папку должны вернуть в прокуратуру), сам он — под подпиской о невыезде. Встретившись с нами, Максим не может позволить себе даже кружку пива — а вдруг патруль на улице остановит? Любая мелкая административка для него приговору подобна. «По этой причине я и на шествие памяти Маркелова и Бабуровой не ходил, — сокрушается он. — Хоть оно и было санкционировано, задержать могут по любому поводу».

Солопову не нравится, когда на него вешают ярлык «антифа». Хотя с антифашистами его действительно многое связывает, сам он позиционирует себя как «радикальный обыватель» — человек, которого «достало». Семья ни при чем: мама — бухгалтер, отец — ветеран МВД, патрулировавший улицы еще во время Олимпиады-80. Максим говорит, что его протестное мировоззрение стало формироваться после репортажей о европейских антиглобалистах, показанных еще в парфеновских «Намедни». Отец «левые» взгляды сына разделяет лишь отчасти. «В истории с арестом помочь он мне ничем не мог, — говорит Солопов. — Вопрос решался на слишком высоком уровне». По словам «радикального обывателя», за последние месяцы он сам познакомился с представителями «всех спецслужб, которые только существуют», и из их разговоров «многое понял»: «История с трассой Москва–Питер показательна с точки зрения устройства нынешнего государства. Одна группа во власти заинтересована в распилах и откатах при строительстве, то есть тупо в наживе, для другой скандал вокруг Химок — лишняя головная боль. Транспортная проблема, как и лес, на самом деле никого не волнует. Отсюда и такое шатание: то приостановка вырубки и уступки защитникам, то возобновление стройки, но тоже какое-то странное. Разные группировки ведут борьбу за сферу влияния — и так в любом вопросе». Исходя из этого, никаких других способов, кроме отстаивания своих прав самими гражданами, Солопов не видит и надеется на дальнейший рост социального протеста. На будущие выборы — ни парламентские, ни президентские — он пока идти не собирается: «Мне все равно, чья говорящая голова будет сидеть в телевизоре. Разве что Чирикова заговорила тут о выдвижении единого «зеленого» кандидата. Если бы этим человеком стал интеллектуал из академической среды — я бы проголосовал за него. Сама Чирикова, на мой взгляд, на эту роль не подходит». Впрочем, сейчас вообще трудно прогнозировать, где окажется Солопов через год: на свободе или за решеткой.

Отсидев 10 суток в минском изоляторе, Анастасия Рыбаченко вернулась в Москву

Анастасия Рыбаченко:
Ребенок перестройки Активистка «Солидарности» Анастасия Рыбаченко родилась 9 сентября 1991 года: накануне распалась Югославия (о своей независимости объявила Македония), а непосредственно в день ее рождения независимость от СССР провозгласил Таджикистан. Президентские выборы 2012 года будут для нее первыми. Хотя на избирательном участке Настя уже бывала: приходила забрать свой бюллетень на выборах в Московскую городскую думу в 2007 году. «Потом сожгла его на Пушкинской площади, — вспоминает Рыбаченко. — Акция у нас такая была». В декабре 2011-го, как и в марте 2012-го, Анастасия на избирательный участок снова пойдет, но не уверена, что эти бюллетени не постигнет та же участь. По ее словам, она с удовольствием проголосовала бы на президентских

Пикет у МИД России, организованный движением «Солидарность»

выборах за Михаила Ходорковского или Гарри Каспарова. Анастасия говорит, что ее родители политикой никогда не интересовались, а она сама в школе была уверена, что оппозиция финансируется «вашингтонским обкомом»: «По телевизору же так рассказывали, мы даже спорили на эту тему с одноклассником, который уже тогда выходил на «марши несогласных». Ситуация кардинально изменилась, когда дома появился интернет: «Я начала активно читать новости, тогда как раз убили Настю Бабурову и Стаса Маркелова, много было статей о деле Евгения Чичваркина». Уже на первом курсе факультета политологии она узнала о том, что разные демократические лидеры объединяются и создают движение «Солидарность»: «Я подумала тогда — круто. Из множества маленьких сил появится одна большая. И решила, что надо вступить. Я тогда еще не знала про все предыдущие попытки объединиться». Проблем с родителями или с университетским руководством из-за ее политической деятельности у Насти не возникает. Лишь в конце декабря 2010 года, после разгона митинга оппозиции в Минске, когда Рыбаченко отсидела 10 суток в местном изоляторе, она пропустила почти всю зачетную сессию и теперь спешно нагоняет сокурсников. «При этом большинство студентов, с которыми я учусь, политикой абсолютно не интересуются, — рассказывает Рыбаченко. — Они положительно относятся к Сталину, а когда я пыталась раздавать сокурсникам открытки, которые надо было отправлять в поддержку арестованных антифашистов Солопова и Гаскарова, то многие спрашивали: «Не придут ли ко мне после этого из ФСБ?»

Иван Ниненко:
Уезжать или еще рано?
Замдиректора международной организации Transparency International Иван Ниненко пришел в правозащиту лишь после того, как сам оказался жертвой нападения. «23 февраля 2006 года меня вместе с другом избили в Троицке, — вспоминает Ниненко. — Приехала милиция. Мы чуть сами виноватыми не оказались. Стало понятно: не зная своих прав, просто опасно общаться с милиционерами». Голосовать на президентских выборах в 2012 году Иван не собирается. Проигнорировал он президентскую кампанию и в 2008 году, когда на первый свой срок избирался Дмитрий Медведев. Последний раз голосовать за главу государства Ниненко ходил в 2004 году, когда переизбирался Владимир Путин. Проголосовал он тогда за Ирину Хакамаду, к которой до сих пор относится с уважением: «Круто, что, проиграв, она смогла уйти из политики». Единственные выборы, в которых 27-летний Иван обязательно принимает участие, — выборы мэра его родного Троицка. В 2004 году молодой правозащитник даже участвовал в кампании нынешнего градоначальника Виктора Сиднева. Избирался Сиднев как беспартийный, только покинув «Союз правых сил», с тех пор успел вступить в «Единую Россию» и стал обычным представителем властной вертикали. «Но на выборах такого уровня наши голоса хоть что-то значат», — убежден Ниненко. Прийти в 2012 году на участок его может заставить разве что открытое противостояние Медведева и Путина: «Тогда и я, и многие мои знакомые пойдут проголосовать за меньшее из зол». Политикой и правозащитой Ниненко занимается давно (о нем и его коллегах, молодых правозащитниках, The New Times подробно рассказывал в № 8 от 2 марта 2009 года).

Иван вспоминает, что его родители в 1990-х поддерживали Бориса Ельцина. Хотя жилось в наукограде Троицке в это время тяжело. Сразу после перестройки семью даже переселили из отдельной квартиры в коммуналку. Налаживаться жизнь начала после того, как глава семейства ушел с научной работы в Институте физики высоких давлений и занялся бизнесом. «Большинство разговоров о политике у моих друзей — в основном студентов или выпускников Высшей школы экономики — сводится к одному вопросу: уезжать или еще рано, — смеется Ниненко. — Когда мы в 2004 году создавали ассоциацию «Я думаю», один из моих друзей говорил: «Хочу говорить своим детям, что сделал все, чтобы они жили в нормальной стране». Теперь он говорит: «Лучше я поскорее уеду, чтобы сказать детям, что сделал все, чтобы они жили в нормальной стране».

Мария Сергеева выступает на митинге молодежного крыла «Единой России»Мария Сергеева:
В ответе перед партией Слава пришла к Марии Сергеевой после того, как на одном из митингов «Единой России», защищая честь Владимира Путина, предложила всем критикам режима придумать, как сделать автомобили ВАЗ лучше «лексуса». Российский автопром с тех пор с мертвой точки так и не сдвинулся, а Сергеева долгое время была одним из символов «Молодой гвардии «Единой России». Потом решила для себя, что переросла молодежную политику. Сейчас 26-летняя девушка возглавляет Центр модернизационных исследований. «На выборы я пойду обязательно, — уверяет Мария. — Если только не окажусь где-нибудь в регионе и не забуду взять открепительное удостоверение». В 2004 году она уже голосовала за Владимира Путина, в 2008-м — за Дмитрия Медведева. В политику же она пришла еще в 2003 году, когда работала в штабе кандидата-одномандатника от «Единой России» Евгения Герасимова. Герасимов пытался избраться в Госдуму по Университетскому округу столицы, но проиграл в итоге пару процентов «яблочнику» Михаилу Задорнову. «Не могу сказать, что моя семья как-то особенно тяжело переживала 1990-е годы, — говорит Сергеева. — Как не было ничего, так ничего и не появилось. Политикой я интересовалась сама по себе, еще в школе на карманные деньги газеты и журналы покупала. Думала, что иду против либеральных трендов. В старшей школе даже с директором случился конфликт, когда он назвал разгон НТВ покушением на свободу слова, а я была уверена, что это просто олигархи отношения выясняют». Своей личной победой Сергеева называет парламентские выборы 2007 года, когда ее мама впервые проголосовала за «Единую Россию» — до того момента родители девушки были преданным электоратом «Яблока». При этом Сергеева признает, что большинство ее друзей и знакомых политикой абсолютно не интересуются. «На 90 % мой ближний круг аполитичен, — говорит Сергеева. — Одна из моих самых близких подруг год назад спросила, кто такой Ходорковский. Не уверена, что она даже знает, кто у нас сейчас президент».

Алексей Барановский:
Легальный мигрант Незаполненный бюллетень с прошлых выборов висит у Барановского дома на стене. Соучредитель «Русского вердикта» подозревает, что с новым поступит так же. Он беседовал с The New Times в свой 30-й день рождения, на вопрос: «Почему так странно отмечает?» — ответил, что сейчас не до празднования, к тому же вся родня осталась в Смоленске, откуда он родом. В шутку он называет себя «легальным мигрантом». За последнее время Барановский стал одним из главных медийных лиц националистов, прежде всего из-за уголовного дела, заведенного на одного из членов «вердикта» Евгению Хасис и ее гражданского мужа Никиту Тихонова. Алексей признается: их задержание стало ударом по организации, которая как раз оказывает всестороннюю помощь (от юридической до финансовой) сидящим в тюрьмах, как принято называть у правых, «узникам совести».

«Какое-то время назад русских просто некому было защищать. Если ты, допустим, чеченец и попадаешь в тюрьму, то тебе будут помогать лучшие адвокаты, ты будешь получать самые лучшие продукты — так действует сплоченная диаспора. Националисты же оставались с бедой один на один. Мы решили восполнить этот пробел. Когда мы защищаем права скинхедов — это не значит, что мы поддерживаем их действия. Мы исходим из того, что они тоже заслуживают законности. Если ты скинхед, это не значит, что тебе должны отказывать в свиданиях с родственниками, издеваться на допросах и т.д. То же самое касается и нацболов, и коммунистов — всех, чьи взгляды не вписываются в текущий формат политической системы». Сейчас так называемых «узников совести», по подсчетам Барановского, около двух тысяч. При этом после событий на Манежке интерес к нацдвижениям резко вырос, лицом к ним повернулись многие из тех, кто раньше ими брезговал. «С одной стороны, глупо будет этим не воспользоваться, — говорит Алексей. — С другой стороны — как?»

Политический опыт у Барановского уже есть. В свое время его, пресс-атташе ФК «Кристалл» (Смоленск), перебросили работать на выборы губернатора области (действующий губернатор тогда был по совместительству президентом клуба). «Выборы мы благополучно проиграли генералу ФСБ Маслову. Политика оказалась похожа на футбол: одно дело смотреть матч с трибуны и совсем другое — находиться внутри команды, знать, какой матч договорной, кто сколько кому занес и так далее. Бизнес чистой воды». С 2005-го по 2007-й он работал помощником одиозных депутатов Курьяновича и Рогозина. Сейчас говорит, что с удовольствием посотрудничал бы с лидером «России Молодой» Максимом Мищенко.

Но пока у него другие заботы — уголовный процесс по делу Тихонова–Хасис. В их невиновности Алексей уверен (было бы странно, будь наоборот), а Хасис и вовсе называет своей подругой, при этом уверен, что через несколько месяцев она выйдет на свободу и вновь вернется к работе в «Вердикте». По его мнению, ее взяли лишь для того, чтобы давить на Никиту. «Будь у Тихонова другая девушка — сидела бы она».