Юлия Тимошенко - агент влияния Кремля?

Если не знать об отношении Кремля к лидерам «оранжевой революции», если забыть, что Кремль вкладывался и душой (агитация В.В. Путина), и телом (деньгами) в противников нынешних руководителей Украины, то можно было бы подумать, что Юлия Тимошенко – агент влияния Кремля. Ибо вести, которые приходят из Киева – и репрессии, пока бархатные, в отношении прежних политических оппонентов (например, директора театра им. Леси Украинки, который был доверенным лицом Януковича), и попытка регулировать цены на нефть с предсказуемым итогом в виде дефицита бензина, и решение установить верхний предел цен на мясо с похожим и столь же предсказуемым итогом, и угрозы деприватизировать, переприватизировать или вовсе национализировать сотни, если не тысячи бизнесов, – это все не просто дурные вести, но вести, которые заставляют многих в России, еще недавно горячих сторонников революции на майдане, говорить себе: «Чур меня от таких революций и таких ее итогов».

Можно было бы, конечно, списать действия украинского премьера на невысокую политическую культуру и, как результат, тягу к популистским методам в целях завоевания любви всех и вся, пусть даже ценой разрушения экономики страны и политической ткани общества.

Можно было бы предположить, что Тимошенко, напротив, выстраивает сложную и долгосрочную политическую интригу, задача которой – консолидация нации, объединение Востока и Запада вокруг единого вождя на основе идеи равенства в бедности и отрубания головы всем, кому из этой бедности разными путями, но удалось в последние годы вырваться.

Можно было бы подумать, что Тимошенко разочаровалась в Викторе Ющенко, не верит в возможность серьезных структурных реформ в тандеме с нынешним президентом и потому все откладывает «на потом», «на после» уже своей, и только своей победы на парламентских выборах в марте 2006 года (уже сегодня рейтинг Тимошенко 55% против 50 – у Ющенко). А вот тогда, имея мандат и украинского запада, и русскоязычного востока, и католического меньшинства, и православного большинства, она уже поставит Украину на столбовую дорогу в Европейский Союз.

Можно было бы, наконец, пожонглировать с десятком других версий, которые обсуждают наблюдатели, совершенно ошарашенные действиями украинской пассионарии с косой.

А можно этого не делать и задаться простым вопросом: кому это выгодно? Кому выгодно сначала объявить о списке в двадцать девять деприватизируемых предприятий, как это сделал Ющенко, а потом устами премьера заявить, что список этот может быть и в десять, и в сто раз длиннее, но кто конкретно в этом списке, о том — молчок. Кому выгодно, чтобы государственные расходы росли (они уже составляют 44% ВВП), и, следовательно, объем денег, циркулирующих в государственных распределительных заведениях, – увеличивался, а экономический рост, или, другими словами, число конкурентоспособных предприятий, выпускающих конкурентоспособную продукцию, – сходил на нет (с 12% в 2004 году, до 4-х в нынешнем апреле)? Кому выгодно, чтобы инфляция росла (уже сегодня 15%) и съедала сбережения прежде всего среднего класса, а с ней росло и число тех, кто идет к государству с протянутой рукой? Кому выгодно, чтобы мясо было в дефиците и на рынок выбрасывалось лежалое из государственных резервов, а на бензоколонках выстраивались очереди из водителей, проклинающих и революцию, и демократию, и себя за то, что поддержали ее, купившись на свободолюбивую риторику?

Ответ очевиден, и мы здесь, в России, его хорошо знаем. Это выгодно тем чиновникам, кто будет решать или уже решает, у какого бизнесмена собственность отобрать, кому и сколько – в бюджет доплатить, а кого можно (в обмен на лояльность) и простить. Представляете, какие чемоданы с наличными если еще не заносят, то уже готовятся занести в чиновничьи и депутатские кабинеты?

Это выгодно тем, кто стоит у распределительного краника, и тем, кто контролирует госфонды – не важно, финансовые или ресурсные. Вы давно не видели пышущее богатством здание Пенсионного фонда в Москве? То-то. Это на руку тем политикам, кто предпочитает иметь дело с не с гражданами, а с крепостными – людьми, полностью зависящими от государства, готовыми отдать свою свободу в обмен на баланду.

Мне возразят: Тимошенко выполняет обещания, данные на майдане — отобрать краденное, наказать гривной и долларом тех, кто создал свои состояния в годы фантастически коррумпированного режима Кучмы, заставив их доплатить за приобретенную по дешевке собственность. Выполняет. Только как? Разве принят закон, где черным по белому прописаны критерии, что – краденное, а что – заработанное? Разве определено, не с потолка, а путем квалифицированных подсчетов, какова была реальная стоимость предприятий на момент приватизации, плюс – недополученная прибыль от них бюджетом, плюс – недоплаченные налоги, а после сложения плюсов и за вычетом инвестированного капитала, выплаченных зарплат и так далее разве определено, сколько владельцу требуется доплатить? Разве сделан анализ, каковы будут потери предприятий и, следовательно, насколько сократится число рабочих мест и увеличится число получающих пособие по безработице в результате перемены форм собственности – с частной на государственную и потом обратно, в частную?

Ответ известен: нет, не сделано, не просчитано, риски – не выверены.

Что же есть в наличии? А есть все те же чиновники, которые из кабинетов советской Украины плавно переместились в кабинеты Украины незалежной, а из них сейчас, надев оранжевые шарфики, столь же плавно перетекли в офисы Украины постреволюционной. Вот они и решают, кого казнить, а кого – миловать, и где, для разнообразия, поставить запятую. Мы это уже проходили: достаточно вспомнить опыт покупки конторкой под названием «Байкалфинансгрупп» нефтяной компании «Юганскнефтегаз». Миллиарды долларов от этого славного чиновничьего передела на счетах госбюджета пока так и не появились, зато неясные офшорки с неизвестными бенефициантами уже имеются. И это – цена популизма, который всегда и везде неизбежно оборачивается бюрократическим грабежом.