Бегите, куда хотите

У Смольного и районных администраций есть собственные бомбоубежища. Для простых граждан имеются укрытия попроще — но их адреса чиновники не раскрывают

Почти неделю с начала «спецоперации» в Украине губернатор Александр Беглов хранил молчание. Только 28 февраля градоначальник обратился к петербуржцам — призвав «не делать и не говорить того, за что потом будет стыдно» и пристыдив тех, кто в социальных сетях и СМИ распространяет «фейковые новости, откровенную ложь и незаслуженные оскорбления».

В тот же день, впервые с 22 февраля, губернатор проявился и на своей страничке в «ВКонтакте». Ему не стыдно было сообщить, что «город начал возвращаться к привычной жизни» (после пика заболеваемости «омикроном»), и рассказать о выделении участка под строительство детсада, планах строительства баскетбольного центра и двух ледовых катков.

Но петербуржцев нынче гораздо больше волнуют объекты совсем иного назначения — куда бежать, где искать укрытия в случае перехода «спецоперации» в кое-что похуже?

В районных соседских пабликах обсуждают встревожено:

«А где у нас ближайшее бомбоубежище?» — «В Матвеевском саду вроде есть — там только что входной металлический тамбур покрасили в желтенький». — «Да ну, это давно «домик» для садового инвентаря»; «Было в Любанском переулке, но его давно приспособили под ночной клуб». — «Не, поздняк метаться — там теперь детский бассейн». — «Хорошо, не аквадискотека!»; «А зачем вообще поднимать эту тему, вы паникер или провокатор?»

Карты с отметками бомбоубежищ Петербурга стали активно публиковаться в Сети еще с января, на фоне обострившейся ситуации с Украиной. Но доверять им не стоит — источник информации не указан, как и актуальные сведения о состоянии укрытий. В городском правительстве инициативное размещение таких карт оценили как распространение ложной информации, носящей «провокационный и спекулятивный характер». Но альтернативы гражданам не предложили — заявив, что такие данные представляют государственную тайну.

Последний раз общие сведения по количеству убежищ публиковались десятилетие назад, со ссылками на региональное Управление МЧC. Тогда в Петербурге насчитывалось 4003 убежища общей площадью под 500 тыс. кв. м, рассчитанных на 1 млн человек; из них 2873 — это просто укрепленные подвалы жилых домов. Но признавалось, что лишь 1130 убежищ, включая станции метро, отвечают требованиям гражданской обороны.

По той статистике выходило — случись что, укрыться в таких местах сможет до 250 тысяч человек (население Петербурга — 5,37 млн).

Последняя масштабная инвентаризация «заглубленных помещений в зданиях и сооружениях, необходимых для укрытия населения» проводилась по стране, в том числе в Петербурге, в конце 2015 года.

Городской казне она обошлась в 1,5 млн, заказчиком выступал комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности. Результаты инвентаризации были рассмотрены на заседании межведомственной комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций. Они, как сказано в протоколе, «представлены в Главное управление МЧС России по Санкт-Петербургу», а «технические характеристики объектов направлены в администрации районов для учета при планировании».

Однако «Новой» в пресс-службе регионального Управления МЧС заявили, что общегородского перечня адресов убежищ у них нет, а территориальные должны быть в районных администрациях — к ним и обращайтесь.

Выбрав одну из них — Петроградского района, «Новая» обнаружила на официальном сайте его администрации лишь упоминание о прошедшем накануне турнире по стрельбе среди пенсионеров. В пресс-службе администрации нам не смогли ответить, где и как граждане могут узнать адреса убежищ, и попросили перезвонить через час. Но до конца рабочего дня нужной информации так и не смогли предоставить.

В комитете по законности, правопорядку и безопасности сначала тоже взяли часовую паузу для консультаций, потом переадресовали к советнику главы комитета — но по указанному номеру никто не отвечал, а затем перестали брать трубку и по первому номеру. К исходу рабочего дня в комитете и вовсе отказали в предоставлении сведений по убежищам, сославшись на секретность таких данных. «Куда же гражданам бежать, случись самое страшное?» — «Когда случится, тогда всех оповестят».

На то, чтобы добежать до укрытия после получения оповещения, методички по ГО отводят гражданам 10 минут. На сайте питерского МЧС заботливо размещена памятка образца пятилетней давности, которую рекомендуется распечатать, вложить в паспорт и носить при себе: по сигналу воздушной, химической или радиационной тревоги «пройти в закрепленное защитное сооружение», адрес — прочерк.

Сами чиновники имеют возможность в случае чего немедленно спуститься в бомбоубежище — ими оборудованы и Смольный, и каждая из районных администраций. Надежными укрытиями с советских времен были оснащены и стратегические предприятия.

Остальным гражданам остается лишь воспользоваться станциями метро или упомянутыми «заглубленными укрытиями» — если найдут, где они.

Зачастую под такими укрытиями понимаются подвалы домов и подземные паркинги. Судя по техзаданию госзакупки на инвентаризацию-2015, размещены они по городу очень неравномерно. Например, в документации по Курортному району значилось 146 адресов, а по Приморскому и Красносельскому — всего по 16. Разнится и указанная площадь таких помещений — от 40 кв. м до нескольких десятков. Самые масштабные обнаруживаются при ТЦ «Сенная» — 21 тыс. кв. м, и еще рядом, в здании напротив (ул. Ефимова, 2) — 5800 кв. м.

При ядерном взрыве доза самых опасных изотопов в зоне поражения по прошествии 49 часов падает в 100 раз, а через 14 дней — в тысячу. Чтобы в укрытии можно было отсидеться продолжительное время, они должны иметь запасы воды, продовольствия, раскладушек и сантехнических средств. Программы такого оснащения есть, но адреса и объемы — тоже гостайна.

Подсказкой при поиске убежища может послужить «оголовок» вентиляционной шахты — такие встречаются большей частью во дворах старой части города. Но не факт, что эта примета приведет к пригодному бомбоубежищу — многие из них давно заброшены.

Немалая доля упомянутых в техзадании по «заглубленным укрытиям» адресов — это низкие смрадные подвалы жилых домов, зачастую залитые водой.

В пору холодной войны глубокие подвалы домов дореволюционной застройки оборудовались основательно, сообразно действовавшим тогда строгим нормативам: разделенные тамбуром металлические двери с надежными засовами, оборудованный запасной выход, расширительные бачки на водопроводных трубах, вентили и рубильники на подведенных коммуникациях, устанавливались даже ручные насосы для принудительной вентиляции (на случай отключения электричества) и сменные фильтры на воздуховодах. Кое-где такие «бункеры» все еще неплохо сохранились, но их считанные единицы.

В последние годы предусмотрительные состоятельные граждане все чаще сами закладывают опцию убежища при постройке индивидуальных домов. Есть немало строительных компаний, предлагающих обустроить в частных владениях бомбоубежище или купить готовое, стоимость квадратного метра может достигать нескольких тысяч долларов. Встречаются и объявления о продаже готовых объектов. Частный дом (247 кв. м) с бомбоубежищем в Московской области предлагают за 18 млн, а дом в 800 квадратов в Ессентуках — «с бассейном, оранжереей и бомбоубежищем» — за 45 млн. В Петербурге за почти вдвое большую сумму продают участок с отдельным зданием (550 кв. м) над бывшим бомбоубежищем, где еще недавно работал клуб с танцплощадкой.

Ну а тем, у кого таких денег нет, остается обойтись выставленной на продажу дверью для бомбоубежища за 39 тысяч («толщина 18‒20 см, вес порядка 1 тонны») или советской табличкой с надписью «Бомбоубежище» — всего за 100 рублей.