Мода пришла из Чечни

Силовики и руководство Ингушетии рекомендуют своему населению активнее каяться

В субботу стало известно, что, наконец, возбуждено дело по факту похищения жителей станицы Слепцовская республики Ингушетия Акрамана Угурчиева и Умалата Берсанова.

Берсанова и Угурчиева похитили в Слепцовской еще 23 августа. Мужчины подъехали к дому Берсанова на машине. Следом за ними ехала белая «Газель» (соседи даже сумели запомнить номер - 491). Из «Газели», по словам соседей, вышли двое и стали избивать Угурчиева. Берсанов испугался, лег на землю и не оказывал никакого сопротивления. Обоих погрузили в «Газель» и увезли. До сих пор об их судьбе ничего не известно, однако до самого последнего времени никаких мер к тому, чтобы установить местонахождения похищенных, республиканские правоохранительные органы не предпринимали. Прокуратура Ингушетии «проводила проверку». Начальник Сунженского РОВД Ахмет Дзейтов, как говорят родители, рекомендовал в заявлении прямо указать: «Сын ушел в лес». Будто бы «так его лучше найдут».

Родители обоих похищенных искали помощи в самых разных кабинетах, записались даже на прием к представителю президента России в Ингушетии – и везде слышали одно предложение: «покаяться». Хотя Акраман Угурчиев «покаялся» уже несколькими месяцами ранее. Когда к ним в дом зачастили с обысками, его старший брат Исрапил и родители Фердовс Богатырева и Салман Угурчиев сами пошли на прием к Главе республики Юнус-Беку Евкурову и спросили напрямую: «Что за нами такое есть, из-за чего у нас обыски не прекращаются?». Евкуров ответил привычно, без конкретики: просто так ничего не бывает – раз ходят с обысками, значит что-то есть. Велел привести Акрамана, и уже на этой личной встрече рекомендовал парню «покаяться» - под личные гарантии главы.

Акраман и его родители вместе в течение нескольких месяцев ходили в СК и РОВД Сунженского района, в ФСБ в Магасе. Говорят: «нам подбирали статью». В итоге Акрамана судили по суровой 208 статье – «организация НВФ». Но дали всего 2 года условно.

И вот теперь он исчез.

О том, что Следственный комитет по Сунженскому району все же завел и расследует дело по факту похищения Берсанова и Умалатова, стало известно только к 3 сентября – спустя 10 дней после их похищения.

Мода на «покаяния» и публичные воззвания родителей к своим пропавшим и будто бы ушедшим в лес сыновьям зародилась несколько лет назад в Чечне – и вот теперь докатилась до сельской Ингушетии. На одну из встреч, организованную Советом безопасности республики и посвященную записи очередного телеобращения, пригласили Довлатхан Дарсигову.

Дарсигова знать не знает, о том, где сейчас находится ее пропавший сын, и в своем обращении просит: «Если кто-нибудь видел его – дайте знать». Однако по республиканскому телевидению прошел сюжет, согласно которому Довлатхан якобы просит сына поскорее выйти из лесу.

Сын Довлатхан Ваха Жовбатыров исчез после того, как 4 августа в станице Ордоникидзевской некие спецслужбы, приехавшие на многочисленных «Газелях» и БТР, провели проверку паспортного режима. Некоторых мужчин записали в отдельный список. Вечером того же дня Жовбатырова избили и увезли.

Заявление матери о пропаже сына правоохранители все же приняли. Уголовное дело возбуждено отчего-то сразу по ст. 105 – «Убийство». Следствие, стало быть, уверено, что найти живым Ваху не получится.