Специалист по границам

Следствие пытается избавиться от очередного защитника фонда Hermitage

Следователь СК МВД Олег Сильченко пытается лишить адвокатского статуса Александра Антипова, защитника фонда Hermitage, который сменил юриста Сергея Магнитского, погибшего в СИЗО «Матросская Тишина». Сильченко обвиняет юриста в фальсификации доказательств по делу. Адвокат утверждает, что закон нарушает сам следователь. В аргументах сторон разбирался The New Times



Александр Антипов (на фото) вынужден доказывать, что действительно бывал в Лондоне, но следователь Сильченко не верит ни штампам в загранпаспорте, ни документам из лондонского отеля

Александр Антипов — уже восьмой юрист, защищающий Hermitage Capital. Соглашение с ним компания заключила после ареста Сергея Магнитского. Еще шестеро адвокатов покинули страну. Теперь следователь СК МВД Олег Сильченко, работавший с делом Магнитского и, по мнению американского сенатора Бенджамина Кардина, виновный в его гибели, взялся за адвоката Антонова, который продолжает представлять в России интересы главы фонда Билла Браудера и генерального директора одной из компаний Hermitage Capital — ООО «Камея» Ивана Черкасова.

Следствие ведут...

Имя старшего следователя по особо важным делам Следственного комитета при МВД России Олега Сильченко стало известно широкой публике после гибели Магнитского. Именно ему Магнитский посылал сотни жалоб на нарушения в ходе следствия, на пыточные условия содержания в СИЗО и на неоказание медицинской помощи (The New Times подробно рассказал эту историю в № 43 от 30 ноября 2009 года). Сильченко отказывал Магнитскому в проведении повторного обследования УЗИ, которое было ему назначено врачом; за год содержания под стражей не разрешил Магнитскому ни одного свидания с женой. Коллеги и адвокаты Магнитского говорят, что следователь пытался таким образом заставить Магнитского дать показания на главу Hermitage Capital Билла Браудера. Магнитский дать эти показания отказался. Обстоятельства его смерти, которые получили всемирную огласку, теперь расследует СК при Генпрокуратуре. Но и следователь Сильченко решил не останавливаться на достигнутом.

Спорный штамп

История претензий к адвокату Александру Антипову, который двадцать лет состоит в Московской коллегии адвокатов и специализируется на экономических делах, незамысловата, как и все российское правосудие. Дело в том, что Билл Браудер и Иван Черкасов уже несколько лет не работают в России. Браудеру было отказано во въездной визе в ноябре 2005 года, а Черкасов уехал в Великобританию в апреле 2006 года, еще до возбуждения против него и Браудера уголовного дела. «Когда я вступил в дело, мне было необходимо встретиться с моим доверителем, — рассказал адвокат Антипов в интервью The New Times. — Я поехал в Лондон и 17 сентября 2009 года взял объяснения у Ивана Черкасова, с его согласия. Вернувшись в Москву, в установленном законом порядке я передал эти объяснения следователю Сильченко, который приобщил их к делу». Прошло 8 месяцев. И следователь неожиданно решил признать эти объяснения недопустимым доказательством и исключить их из материалов уголовного дела, о чем в мае 2010 года сообщил адвокату Антипову. А до этого он же обратился в Адвокатскую палату с представлением о возбуждении дисциплинарного производства против адвоката. Причина? Оказывается, по результатам проведенной следователем проверки было установлено: адвокат сфальсифицировал доказательства. Основания для такого вывода? «Установлено, что Антипов Александр Федорович в период с 2008 года по апрель 2010 года государственную границу Российской Федерации не пересекал», а значит, никак не мог взять в Лондоне объяснения у своего клиента Черкасова, утверждает следователь Сильченко.
Адвокат Антипов считает эти обвинения абсурдными. В ходе интервью он показал корреспонденту The New Times свой заграничный паспорт, в котором проставлены отметки о пересечении границы России и о въезде в Великобританию, погашенные авиационные билеты и подтверждение лондонского отеля о проживании. «С 2008-го по апрель 2010-го я неоднократно выезжал за границу: дважды ездил в Великобританию, а также в другие страны в отпуск, — говорит Антипов. — Копии загранпаспорта и документы, подтверждающие пребывание в гостинице, я представил в Адвокатскую палату Москвы, где проводится проверка. Я был на приеме в Генеральной прокуратуре и в Следственном комитете при МВД, показывал им все документы. Я подожду ответов на мои заявления, а потом решу, какие шаги предпринять: не исключаю как принятие извинения от следователя, так и подачи иска о защите чести и достоинства к нему».
Но представитель СК МВД Ирина Дудукина настаивает: «Компетентные органы установили, что данный господин адвокат в тот промежуток времени, который нас интересует, границы России не пересекал. Таким образом, объяснения от своего клиента в тот период времени получить не мог. По законодательству, такие действия называются фальсификацией доказательств по уголовному делу. Я не думаю, что в Адвокатской палате его по головке погладят», — заявила она The New Times.
Председатель комиссии Адвокатской палаты Москвы по защите профессиональных и социальных прав адвокатов Роберт Зиновьев так трактует «наезд» на коллегу: «Очевидно, что следователя не устроило содержание адвокатского опроса Ивана Черкасова, — заявил Зиновьев The New Times. — В нем на 18 страницах разоблачаются неправомерные действия недобросовестных правоохранителей. Следователь изыскивал способы убрать из дела этот документ. Обращаясь к нам в Палату, он утверждал, что адвокат нарушил федеральное законодательство. Поэтому Сильченко просит нас привлечь адвоката к ответственности. Он рассчитывал, что мы применим самую суровую меру и отлучим Антипова от профессии. Обращаясь к нам, он хотел решить триединую задачу: во-первых, опорочить доказательства, которые опровергают официальную версию обвинения, во-вторых, вывести из дела добросовестного адвоката и, в-третьих, попытаться заодно лишить его статуса, отлучить от профессии».
„

Задача следствия — скрыть следы кражи 5,4 млрд рублей из российской казны с помощью сотрудников МВД

” Роберт Зиновьев называет историю вопиющей и утверждает, что после проверки Адвокатской палаты было решено поставить вопрос об ответственности самого следователя Сильченко: «Пусть раскроет нам свои источники: пусть скажет, откуда он взял, что Антипов не ездил в Англию? Мы обратимся к генпрокурору Чайке, пусть он даст оценку действиям следователя».

Неугодные объяснения

В распоряжении The New Times есть объяснения Ивана Черкасова, которые были даны им 17 сентября 2009 года в Лондоне адвокату Антипову и которые сейчас признаны следователем Сильченко «недопустимым доказательством». В этих объяснениях, копию которых The New Times предоставил сам Черкасов, он не признает своей вины и утверждает, что налоговые органы, проводившие проверки в отношении компании «Камея», не нашли никаких нарушений в ее деятельности. «Последняя выездная налоговая проверка началась в январе 2009 года, — рассказал подследственный Иван Черкасов The New Times. — Были проверены выплаты налогов за 2006–2007 годы. Я уведомил налоговую инспекцию, что в отношении меня и компании «Камея» расследуется уголовное дело. Проверка закончилась в марте 2009 года, и в мае был составлен акт о том, что все налоги были уплачены правильно. Адвокат Антипов отправил Сильченко результаты налоговой проверки с требованием прекратить незаконное преследование. Тот ему ответил: это позиция налоговых органов, может быть, мы ее учтем, но у нас другое мнение».
Черкасов считает, что вся история с подлогом, якобы совершенным адвокатом Антиповым, придумана следователем Сильченко исключительно для того, чтобы выйти в суд с ходатайством о его заочном аресте. «Почему это дело тянется так долго? — размышляет Черкасов. — Оно идет в отсутствие каких-либо претензий к нам со стороны налоговых органов. Задача следствия — скрыть следы кражи 5,4 млрд рублей из российской казны с помощью сотрудников МВД. Теперь же, когда мои объяснения из уголовного дела удалены, следствие может обратиться в суд и заявить, что мне посылают повестки, а я не являюсь и со следствием не сотрудничаю. Поэтому меня надо арестовать. А после вынесения судом решения о заочном аресте можно обратиться в Генпрокуратуру с ходатайством о моей экстрадиции из Великобритании».

Проверенный метод

Следователь Олег Сильченко уже не в первый раз прибегает к услугам компетентных органов для получения оперативной информации. В ноябре 2008 года, когда Тверской суд рассматривал его ходатайство о взятии под стражу Сергея Магнитского, Сильченко также ссылался на письмо начальника Управления «К» ФСБ о том, что у Магнитского есть заграничный паспорт и что он «в настоящее время оформляет в посольстве Великобритании въездную визу, дающую право на выезд за пределы Российской Федерации».
Британское посольство опровергло тогда «оперативные данные» Управления «К», но на судью этот аргумент впечатления не произвел. Магнитского взяли под стражу и на основании этой оперативной информации продлевали ему арест раз за разом. Последний раз судья Тверского районного суда города Москвы Елена Сташина удовлетворила ходатайство следствия об очередном продлении «содержания под стражей Магнитского С.Л.» 12 ноября 2009 года. За три дня до смерти юриста.

4 июня 2007 года во время обыска в московском офисе Hermitage Capital и в адвокатской конторе Firestone Duncan, который проводили 25 офицеров ГУВД МВД по Москве во главе с подполковником Артемом Кузнецовым, были изъяты серверы, компьютеры, печати, уставы и свидетельства о регистрации, которые, по мнению компании Hermitage Capital, были использованы для совершения мошенничества, в результате которого три российские дочерние компании фонда были украдены, а так называемые «новые владельцы» с криминальным прошлым сумели истребовать и получить из российского бюджета налоговые вычеты на сумму $230 млн

(5,4 млрд рублей).