С 1 февраля началась раздача бесплатных «дальневосточных гектаров»: есть ли спрос? что там делать? в чем сомневаются эксперты?

По закону, вступившему в силу в этом году, каждый гражданин нашей страны имеет право стать обладателем земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности и расположенного в Амурской, Магаданской, Сахалинской областях, в Якутии, Приморье, на Чукотке… В любом из девяти субъектов Дальневосточного федерального округа.

Там, по оценкам авторов программы, готовы принять до 30 миллионов человек. Официальный сайт Минвостокразвития пока зарегистрировал около 49 тысяч заявок. Лидируют по количеству охотников за гектарами Приморье, Хабаровский край, Москва и Санкт-Петербург.

Землей переселенцы будут владеть в течение пяти лет — на основании договора безвозмездного пользования, а потом либо возьмут ее в аренду, либо получат в собственность.

Чиновникам кажется, что их инициатива поможет развитию малого бизнеса, сельского хозяйства и финансовой сферы на Дальнем Востоке, увеличению налоговых поступлений в бюджет и «созданию положительной демографической динамики».

Местные жители, обсуждая программу, выкладывают в соцсетях смешные гифки с орущим среди сопок одиноким сурком и подписью: «Когда ты приехал за бесплатным гектаром».

Представители власти сравнивают новое переселение народа с реформой Петра Столыпина — в 1906—1911 годах в Сибири и на Дальнем Востоке крестьянам выделялось по 50 десятин земли на семью (примерно 50 гектаров).

Сельхозпроизводители из Приморья и Хабаровского края рассказывают историю посвежее — о русских боливийцах, всего восемь лет назад переехавших к ним по программе добровольного переселения соотечественников.

Предыдущий грандиозный проект правительства РФ. Староверы из Южной Америки помчались на Дальний Восток вслед за мечтой о земле предков. Пожили какое-то время в общаге и заброшенных домах деревень Корфовка и Дерсу. Дорог нет, лес рубить нельзя — рядом национальный парк. За размежевание участков с них в первый же год потребовали более трех миллионов рублей. На работу никто не брал — возникла заминка с получением российских паспортов. Школа рухнула, дети учились в помещении бывшей таежной экспедиции.

Одна из семей — Терентия Мурачева — спохватилась и сбежала в Калужскую область, а там борьба за землю между фермерами, борьба с надзорными органами и чиновниками.

Сейчас Мурачев шлет «высшим чинам федерации» затейливые письма.

Цитирую: «Нет в России земель, чтобы они были свободны. Все находятся в частных руках. Большую ошибку мы допустили по переселению. Но некуда деваться. Когда рыба попадется в сеть, то оттуда не выскребешься».

Участники нового государственного прожекта, дистанционно оформляющие заявки на получение «дальневосточного гектара», не представляют, что они приобретают.

Осенью прошлого года «Новая газета» публиковала истории многодетных семей, которым выделили бесплатную землю под строительство и огороды на кладбищах, мусорках и болотах.

«Дальневосточные гектары» — те же овраги и те же болота. Когда на пресс-конференциях у чиновников спрашивают об инфраструктуре и дорогах между участками, они говорят, что подзаконные акты разрабатываются, согласовываются.

Многодетные землевладельцы разбираются с документами, нестыковками в федеральных и региональных нормативах шесть лет. При этом они платят налоги.

— Программа Минвостокразвития — для романтиков и экстремалов, любящих рисковать, — считает жительница Биробиджана, представительница Общественного движения «Дальневосточный гектар» Антонина Ковалевская. — Но один в поле не воин, лучше объединяться в группы до 10 человек и брать землю совместно. По поводу Приморского края были негативные отзывы, у них сама администрация не в восторге от проекта. В нашем регионе подано около полутора тысяч заявок. В основном землю берут фермеры, у которых уже есть хозяйства. Неместные не всегда понимают, что с ней делать. Для них Приморье, Дальний Восток — близость к морю. Оформляют заявки по разным причинам: дикоросы планируют собирать, строить турбазы. Лишь одна женщина сообщила мне, что намерена разводить коров.

Так зачем людям «дальневосточный гектар»? Для чего?

И как относятся к проекту переселения эксперты?

Павел Грудинин

директор подмосковного совхоза имени Ленина

«Чем глупее начальство, тем оно инициативнее»

— Мне до вас днем звонили: так и так,

москвичи за сутки подали тысячу заявок на бесплатный гектар. И что? Если в Москве среди нескольких миллионов человек нашлась тысяча дураков — не страшно,

Что привлекает переселенцев? Работа, хорошая зарплата и инфраструктура. Тут что предлагают? Дорога к участкам есть? Коммуникации? Нормальному человеку, чтобы жить, нужны водоснабжение, канализация, электричество, детский сад, школа… Чтобы работать, нормальному человеку надо понимать, для чего ему выделен гектар земли, потому что гектар для жилищного строительства и для сельхозпроизводства — две большие разницы.

Я читал, как один человек рекреацию на участке собирается делать: домики поставить и развивать туризм. Какой туризм, если ты до своего гектара не доедешь?..

Чем глупее начальство, тем оно инициативнее. А давайте проведем Олимпиаду, сразу за ней — чемпионат мира по футболу, землю по гектару раздадим. На какие деньги — не важно. Главное — ляпнуть что-нибудь. Для сельского хозяйства гектара ничтожно мало — трактор на нем не развернется. А для строительства в России ближе, что ли, земель нет? Все это, скорее всего, закончится плачевно. Может, кто-то из местного руководства понаопределяет себе какое-то число участков, оформит на кого-то, сделает дачный поселок, но они там живут — разберутся. А остальные?

Все это умрет, толком не начавшись.

Иван Стариков

профессор Института экономики РАН

«Создавайте в регионе особые условия»

— Меня трудно обвинить в особой лояльности власти и сервильности, но, когда в ноябре 2015 года Юрий Трутнев впервые выступил с этой инициативой, я был удивлен нетипичным поведением российского чиновника. Они же нынче предпочитают не высовываться, а Трутнев рискует.

Программа важная, Дальний Восток — это почти 40% всех земельных ресурсов страны. Большинство переселенцев будут заниматься сельским хозяйством. Никаких ограничений нет, на пять лет участки освобождаются от налогов, платежей.

Но должны быть гарантии.

Минстрой объявил, что он закрывает программу поддержки ипотеки. Тогда создавайте особые условия для регионов Дальнего Востока. Делайте, например, как губернатор Евгений Савченко в Белгородской области. Там выделяется кредит на строительство дома. Допустим, 3 миллиона рублей.

Предлагается на выбор штук 18 типовых проектов, чтобы людям не надо было ходить согласовывать. Имеешь право строить. Родился у тебя первый ребенок — минус один миллион долга, второй — два миллиона. Тогда никуда люди с земли не сбегут.

Надо решить вопрос с потребительской кооперацией, максимально способствовать созданию заготконтор, помогать переселенцам семенами. Многие люди, которые решили ехать за гектаром, — не селяне, и, значит, им нужны консультанты: агрономы, зоотехники.

Необходимо внести поправки в закон об основах торговой деятельности в РФ, обязать продовольственные сети регионального и федерального ритейла выделять площади для кооперативов.

Надо принять закон об органическом сельском хозяйстве, эта продукция найдет свою нишу.

И пора решать вопрос о строительстве нового транспортного коридора, иначе без инфраструктуры программа зависнет.

Ильдус Ярулин

политолог, декан социально-гуманитарного факультета Тихоокеанского госуниверситета

«Принцип старый: налетай — подешевело»

— Казалось бы, здравая идея — освоить огромные территории, которые не имеют хозяина. Юг Дальнего Востока — действительно благодатная зона. И Амурская область, и Еврейская автономия. Земли достаточно. Но что мы хотим вернуть? Нынешние бесплатные гектары — фарс на тему столыпинской реформы. При Столыпине давали больше, давали лес, обеспечивали провоз скота, народ семьями переезжал. И ехали крестьяне — люди, которые жили на земле. Весь юг Дальнего Востока освоен переселенцами. А сейчас дежавю какое-то печальное. Все готовы взять бесплатный гектар, но кто будет на нем работать? Покажите мне тех крестьян. У нас Центральная часть России стоит в бурьяне, заброшенная. Люди едут в город, где прожить проще. Кто поедет на Дальний Восток, что они здесь будут осваивать? Принцип старый: налетай — подешевело.

Может, это попытка противодействовать движению китайцев, присматривающихся к нашей земле?

Но землю-то дадут не на лучших территориях — вдали от города, там, где нет инфраструктуры. Как людям туда добираться? Что они там будут строить? Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, езжай на Дальний Восток, бери свой гектар. Пусть приедут — посмотрят. Лето здесь тяжелое — 33—36 градусов выше нуля, влажность — 80—90%. Это напоминает рассказы Джека Лондона. Помните: «Сакраменто — край богатый. Золото гребут лопатой». Нет, ребята, у нас не Кубань и даже не Турция. Хотя растут и помидоры, все растет, но за этим надо ухаживать.

То наводнения, то засуха, прочие дела… Крепко подумайте.

---

А в это время

Фермеры Кубани против силовиков

Участники прошлогоднего «тракторного марша» на Москву анонсировали новую акцию протеста

Кубанские фермеры планируют провести ее в марте. Прошлым летом они пытались привлечь внимание властей к проблемам аграриев юга страны, но закончился пробег плачевно: колонну остановили силовики, селян и присоединившихся к ним лидеров Объединения перевозчиков России арестовали, посадили на 10—30 суток и оштрафовали. Несколько месяцев на активистов оказывали давление «борцы с экстремизмом» из Центра «Э» и сотрудники полиции, а сами главы крестьянских хозяйств вели не слишком успешные переговоры с чиновниками.

«Не могу сказать, что мы совсем ничего не добились. Суды наконец-то начали выносить справедливые решения, — объясняет фермер Алексей Волченко. — Но люди в погонах не успокаиваются. Прежде они действовали в гражданско-правовой плоскости, а теперь отыгрываются на участниках марша и их семьях, безосновательно возбуждая уголовные дела. Документы при этом подписываются начальником Следственного комитета Краснодарского края и заместителями руководителей районных управлений ФСБ. Последний возмутительный случай — дело против беременной жены одного из участников августовского марша Олега Петрова. Ее и фермера Николая Бородина обвиняют в мошенничестве, которого не было, в манипуляциях с доверенностями от пайщиков».

По словам Олега Петрова, в 2016 году в пользу аграриев было вынесено более 15 судебных решений, к чему «рейдеры, крупные агрохолдинги, не привыкли».

«Земля стала возвращаться людям, — говорит Петров. — Тогда против нас выдвинули силовиков. Возбудили уголовное дело, наводнили интернет заказухой. Лене (супруге) рожать в марте, а ее притянули по статье 159 УК РФ за «пособничество в мошенничестве». Якобы она «в неустановленном месте в неустановленное время получила незаконные доверенности» неизвестно от кого. Повесток не присылают, но уже клеймят».

Олег Петров за участие в «тракторном марше» отсидел 10 суток. Осенью отдел по исполнению административного законодательства МВД по Казанскому району угрожал «закрыть в камере» его сына — первокурсника аграрного университета. Тоже за участие в акции. Парня спасла Уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова, вовремя позвонившая в Краснодар.

«И до жены добрались. Какое мошенничество? — не понимает Петров. — Фермеры и их близкие всегда соблюдали закон. Будь по-другому — не дошло бы до протестов. Обвинения — липовые, за ними ничего, кроме желания отомстить, не стоит».

Следующую акцию протеста кубанские аграрии готовят к концу марта, поскольку не выполнены их главные требования: привлечь к уголовной ответственности должностных лиц Ростовской области и Краснодарского края за содействие рейдерам, провести проверку в отношении руководителей следственных органов, которые уводят от ответственности коррумпированных чиновников и владельцев агрохолдингов, обязать сотрудников полиции выполнять свои прямые обязанности, а не стоять на страже интересов «латифундистов».