Оригинал материала
Сказка про кощеева бычка
Бык на вертеле - не блюдо, а пиршественное действо
(Фото: из архива С. Цигаля)
Одни мечтают о роскошной машине, другие о собственной вилле где-нибудь на Лазурном берегу, третьи (как наша дочь - Маша) всего лишь о тройке по химии. Но заветная мечта у каждого какая-нибудь да есть.
Наш давнишний товарищ Стасик всегда, сколько я его помню, хотел зажарить целого быка. Причем мечтал он вслух и сочинял подробнейшие рецепты - чем бык должен быть начинен и как предан огню. Смутно помню, что в бычье нутро надлежало поместить овцу, а в нее индейку, фаршированную гусем, и так далее по нисходящей до перепелиного яйца. В общем, что-то, очень напоминающее сказку о Кощее Бессмертном. Однако мечта эта, несмотря на регулярное провозглашение тоста: "За сбычу мечт!", долго оставалась неосуществленной.
Правда, лет 20 назад все-таки была произведена попытка изготовить на вертеле барана. Дело было летом в Коктебеле. За бараном отправились в далекие степи под Азов. Идеальный баран представлялся нам в образе "зерновой ярочки". Зерновая ярочка - это откормленная зерном молодая овечка - якобы самая мягкая баранина на свете. Во всяком случае таково было всеобщее убеждение. За рулем был я, на новехонькой зеленой "шестерке" с "третьим движком". Для водителей, чей стаж превышает 20 лет, понятно, какой музыкой звучало это словосочетание в семидесятых годах истекающего столетия.
В конце концов после ударного автопробега по степному Крыму, автопробега, который мог бы смело посоперничать по напряженности с нынешними хвалеными Camel trophy, в багажник был помещен купленный в колхозной отаре баран, отродясь зерна не пробовавший. В "шестерке" ему явно не нравилось - не хватало воздуха, но поняли мы это только тогда, когда крышка багажника была безнадежно испорчена мощными ударами рогов. (Впоследствии многие дивились этим вмятинам изнутри наружу). Крышку привязали к заднему бамперу, проложив дощечкой, чтобы животное не задохнулось. Баран присмирел, но в отместку за неучтивость так "угарнирил" все вокруг "овечьим горошком", что я потом целую неделю отмывал и сушил свои ключи, насосы и покрышки.
Самое обидное во всей этой истории, что баран страдал совершенно напрасно. Результат первого Стасикова опыта оказался абсолютно несъедобным. Стасик отчего-то тогда веровал, что баран на вертеле должен быть готовым к употреблению целиком и сразу. Между тем даже баран, а тем более бык, на вертеле не может быть приготовлен разом. То есть его нужно вращать над огнем, время от времени срезая уже пропеченные куски, неспешно их поглощать, запивая вином, и в ожидании новых вести неторопливую беседу, ни на минуту не прерывая вращения и пития. Мы хотели барана всего и сразу. Немудрено, что тот давешний барашек с обуглившимися ребрами и совершенно сырыми задними ногами так и остался самым ужасным кулинарным кошмаром моей жизни.
Зато прошедшим летом Стасик (пожалуй, уже Станислав Богданович) не только построил себе в Коктебеле дом, посадил сад и огородил забором, но и создал конструкцию для осуществления давнишней мечты.
Представьте себе прямоугольник два на полтора метра, сваренный из 50-миллиметрового уголка и положенный на землю. В каждом углу приварено по огромной гайке. В каждую гайку вкручивается труба с резьбой. Получаем как бы перевернутый вверх ногами стол. На две торцевые ножки с одной стороны надевается поперечина, снабженная моторчиком с шестерней и редуктором, а с другой - двумя подшипниками по центру. Оба этих устройства могут двигаться вертикально по ножкам - направляющим, в которых просверлены отверстия для фиксаторов-гвоздей. Огромный шампур, на одном конце которого шестерня, входящая в зацепление с шестерней редуктора, другой стороной ложится между двумя подшипниками, чтобы вращение было плавным. Бесшумный редуктор, в недалеком прошлом поворачивавший локатор на военном корабле, за шесть минут обеспечивает полный оборот 70-миллиметрового вертела с закрепленной тушей быка. Два четырехзубца с болтами, свободно ходящие по вертелу, надежно фиксируют все, что попадается им на острие.
Огонь развели загодя. Когда длинные поленья из дуба, ясеня и бука почти прогорели, но небольшие языки пламени все же оставались, нанизанный бык был принесен на двух плечах и закреплен в механизме. Надо сказать, что бык огромен только в чистом поле, особенно если еще и не привязан. Наш молодой бычок весил 130 кг в живом виде, а на огонь попал уже уменьшившись до 62 килограммов.
Была заготовлена целая батарея бутылок белого сухого вина с засыпанными внутрь солью и перцем. Этой адской смесью непрерывно поливали мы медленно вращающийся продукт.
Спустя некоторое время (определяется оно по настроению собравшихся) моторчик следует остановить, тушу передвинуть как можно ближе к краю, чтобы не обжечься, и острым ножом срезать готовые куски. Телятина, как известно, мясо не слишком мягкое. Тем не менее в горячем виде оно оказалось вполне пригодным для употребления вовнутрь. Особенно если запивать персиковой чачей. Впрочем, подойдет и водка, и сухое вино. И, конечно, малыми силами такого зверя не одолеть. Нужно устраивать пир и звать много народу. А если среди публики обнаружатся зануды, сетующие на жесткое мясо, посылайте их к дантисту.
В тот памятный день нам оказалось не по силам проглотить целого быка. Доедали мы его несколько дней, призвав себе на подмогу не только всех друзей, соседей, знакомых, малознакомых и вовсе незнакомых людей, но и всех окрестных собак. И все были счастливы. А особенно Стасик. Он и обычную-то пищу всегда готовит в больших емкостях вроде ведер. И всем говорит, что он не гурман, а гурмен, то есть попросту обжора.