Страдания молодого Эггерса

Дейв Эггерс. Душераздирающее творение ошеломляющего гения / Пер. с англ. Е.Кулешова. - М., Эксмо, 2007, 624 с.

В 2000 году американский журналист средней известности Дэйв Эггерс опубликовал книгу "Душераздирающее творение ошеломляющего гения". Суть ее в кратком пересказе сводится к следующему: двадцатисчемтолетний молодой человек воспитывает после смерти родителей брата-школьника, ходит на родительские собрания, страшно боится, что брата заберут в детдом, но главное - мечтает перевернуть мир и "показать им всем". Что именно он собирается показывать, остается не ясным - в активе у юноши только неуемная жажда славы и любовь-жалость к себе. На протяжении нескольких сот страниц он занят исключительно расчесыванием своих амбиций, комплексов и фобий, происхождения, заметим, самого банального - пересмотрел герой в нежном возрасте ужастиков, вот и мерещится ему до сих пор за каждым вязом по Фредди Крюгеру. Все, хоть сколько-то выделяющее повествователя из общего ряда, - тяжелое детство, мучительная смерть родителей, страх за брата - немедленно становится еще одним поленом в непрестанно сжигающем его "костре тщеславия".

Самое интересное, однако, началось по выходе книги. Истосковавшиеся по "новой искренности" критики и читатели наперегонки бросились самоотождествляться со страдающим героем, рецензенты признали автора новым Сэлинджером, увидев в его произведении "поразительную" и "трогательную" исповедь типичного молодого американца рубежа тысячелетий. "Душераздирающее творение..." немедленно попало на первые строчки в списках бестселлеров (в том числе в "Нью-Йорк таймс"), а заодно и в шорт-лист Пулитцеровской премии. За комплиментами "неимоверной энергии" текста незамеченным остался тот прискорбный факт, что очередной герой нашего времени кричит лишь потому, что ему, при всем желании произнести новое слово, абсолютно нечего сказать.

Забавно, что автор, несмотря на очевидную автобиографичность книги, похоже, смотрит на своего героя куда более трезво и иронично. Он дарит ему события своей жизни, но при этом не подпускает слишком близко, "деконструируя" его терзания в манере то ли Лоренса Стерна, то ли Джона Барта и прочих гуру американского постмодерна. Не случайно центральная, самая интимно-исповедальная часть книги выстроена как интервью главного героя, мечтающего попасть... в реалити-шоу на MTV. "Ошеломляющее творение..." снабжено издевательски-литературным предисловием и в довершение всего - если дочитать том и перевернуть его вверх ногами, с другой стороны окажется еще одна обложка, где вместо "Национальный бестселлер" значится "Национальный курьез. Ошибки, которые мы допустили намеренно". И еще шестьдесят страниц приложения, где автор предлагает "документальные" поправки к основному тексту (например, к фразе "На Тофе зимняя куртка и варежки" - "Не уверен, что на Тофе были варежки").

Книга хорошо написана и достойно переведена (из удачных находок: герой издает журнал "Мощчь"; по-русски звучит смешнее и глупее, чем в оригинале, при этом сохраняются оба значения английского "Might" - "мощь" и "мочь"). Эггерс демонстрирует богатый репертуар повествовательных приемов, переключает интонационные регистры, играет манерами и стилями, непринужденно переходит от натурализма к сентиментальности, от протокольного письма к сарказму - и обратно. И все же главная прелесть книги не в мастерстве автора, а в проведенном им социальном эксперименте, результаты которого - готовность как массового, так и элитарного читателя увидеть свое отражение в рефлектирующем ничтожестве и признать его полноправным голосом "поколения Икс" - столь же ошеломляющи, сколь и душераздирающи.