«Пусть выльет артгной на улицы этого благословенного города»: как художники пытаются защитить несанкционированную выставку от местных властей

В Басманном районе Москвы разворачивается конфликт между сообществом художников и местными властями. Местная управа считает выставку Monmast во дворе дома незаконной. Куратор выставки Антон Кохинор считает, что на самом деле проблема кроется в попытке «решать свои психосексуальные проблемы за счет административного ресурса». “МБХ медиа” рассказывает, как художники пытаются спасти креативное пространство, которое не вписывается в современное представление властей о благоустройстве.

Выставка Monmast находится в Басманном переулке, 4. С улицы вход на выставку можно заметить благодаря флагу над аркой, который похож на флаг Японской Империи, но вместо круга у него в центре красное сердце. Флаг символизирует «светлое, доброе, вечное», говорит Кохинор.

Импровизированная выставка расположилась в арке и дворе жилого дома. На входе висит баннер с лозунгами: «Жителям ворота», «Художникам пространство». Баннер подписал депутат Мосгордумы Сергей Митрохин, который приходил поддержать выставку. Первый лозунг появился потому, что раньше вход в арку преграждали ворота, которые снесли в середине августа после конфликта с местной властью из-за перфоманса Кохинора и его подруги Алиши.

«Мы вышли на улицу. Я казак на велосипеде, а она казачка, которая провожает казака на войну. Я гарцевал на белом велосипеде, а Алиша была в чем мать родила», — рассказывает Кохинор. Он говорит, что посмотреть на это высунулись люди из окон, в том числе из офиса ГБУ «Жилищник» по соседству. «И баба какая-то закричала: «позор!», «позор!». Потом, когда мы уже разошлись, по ее вызову приехали четверо полицейских и два росгвардейца. Вместе с ними пришла и эта женщина. Но они [полиция] ее за ворота не пустили, сказав, что это частная территория. “Ах, это частная территория!?”, — ответила она». Оказалось, что эта женщина — глава управы Басманного района Ирина Лесных, говорит Кохинор.

«Алиша заплатила штраф 500 рублей за мелкое хулиганство. Казалось бы все, инцидент исчерпан. Но нет. По приказу Лесных приехали работники “Жилищника”, разломали ворота».

«Это решение своих психосексуальных проблем за счет административного ресурса», — уверен Кохинор.

Теперь прохожие с улицы могут увидеть в арке «матку»: «Ее сделал скульптор Adha Ufo. Этот шар — матка, к которой стремятся сперматозоиды. Хоть мне мой знакомый гинеколог и сказал, что сперматозоиды стремятся к яйцеклетке, но логически мне больше нравится матка», — рассказывает Кохинор на выставке 5 сентября.

Теперь каждый может зайти и посмотреть на экспонаты во дворе. Среди них «голуби», которых кормят протестующие в Хабаровске.

Двор-колодец, где расположилась выставка, на самом деле представляет из себя небольшое пространство у входа в мастерскую Кохинора. Выходов из подъездов дома там нет.

«Мастерская расположена, как это часто и бывает, в подвале — по договору с Союзом художников», — говорит Антон Герасимов, который помогает создавать группу поддержки Monmast.

У входа в мастерскую прикреплена скульптура — затылок человека в пилотке с подписью «Мне стыдно».

Внутри Кохинор проводит экскурсию посетителям выставки. По его словам, картину «Конфликт быта и искусства» он договорился продать за 300 тысяч рублей.

В его спальне, где он тоже проводит экскурсию, есть инсталляция «7 ступеней гомосексуализма» в виде бутылок, наполненных жидкостью цветов радуги.

Есть и портрет Брежнева.

Но экспонатам угрожает опасность, беспокоится Кохинор: из-за отсутствия ворот внутрь попадают маргинальные личности с соседней Площади трех вокзалов. Кто-то ворует, поэтому волонтеры организовали круглосуточное дежурство, чтобы уберечь экспонаты. Для этого им даже пришлось разбить палаточный городок.

Во время проведения мероприятий это место превращается в сцену.

Проблемы продолжает доставлять и «Жилищник». «Во второй штурм они снесли навес, который стоял во дворе, пропали некоторые экспонаты, металлические скульптуры увезли на склад “Жилищника”», — говорит Герасимов.

Через дорогу от Monmast расположен офис ЛДПР. «Когда “Жилищник” начал ломать крышу, я подбежал к их офису и начал кричать: «Давай ребята, помогите!». Они потом пришли и раздали нам кепки. А зачем нам кепки? Мне нужны пулеметы!», — говорит Кохинор.

Была реакция и от силовиков: «Поступила в органы какая-то информация, что мы якобы плакаты рисуем против Путина. Приехал автозак, караулил нас весь день, ждал пока мы тут с митингом выйдем. А мы ничего не собирались делать», — рассказывает Кохинор.

Кохинор говорит, что сотрудники «Жилищника» считают выставку незаконной, на словах требуют убрать выставку, но официальных претензий от властей к нему не поступало: «Из ”Жилищника” говорят, что их штрафуют за то, что у нас тут на выставке якобы развал».

Он предлагал главе управы Лесных встретиться за круглым столом, но та отказалась, назначив личную встречу. Кохинор пришел в управу, но Лесных не дождался и ушел, опасаясь, что его арестуют прямо там.

Но жители его поддерживают, уверен Кохинор. Жителям соседнего дома, которые его защищают, он подарил картины. «Это офигенный дом. У них четкая самоорганизация. Они приделали мои картины к стене. Пришел какой-то чувак из «Жилищника», сказал: «Снимайте или мы сами это снимем». Жители дали *** (тумаков) ему на месте», — вспоминает Кохинор.

«Для городских властей идеальная Москва — выхолощенный парк, созданный для порядка с фасада, и зловонными подворотнями изнутри. А именно там, во дворах и арках, живет и сохраняется архаичная московская самобытность, то, что ценится в любом современном городе — дух города, который так привлекателен для жителей и туристов», — пишут в телеграм-канале, созданном в поддержку Monmast.

Кохинор рассказывает посетителям, что собрал почти тысячу подписей за сохранение выставки и возвращение ворот. «А чтобы их снести, нужно три подписи — Лесных и ее замов. Кто решает в этом мире, люди или *** (сумасшедшие) чиновники?», — возмущается Кохинор. «Monmast по-французски — моя мачта. Подписные листы — это мои паруса, и ветер с востока пусть выльет артгной на улицы этого благословенного города!», — восклицает художник перед посетителями своей выставки.