До последней капли…

В погоне сначала за китовым жиром и нефтью человек забирался все дальше

Специально оборудованный корабль отправляется в открытый океан в погоне за все более труднодоступной горючей маслянистой жидкостью. Отношения между руководством и командой становятся все более драматическими. Амбиции затмевают здравый...

Специально оборудованный корабль отправляется в открытый океан в погоне за все более труднодоступной горючей маслянистой жидкостью. Отношения между руководством и командой становятся все более драматическими. Амбиции затмевают здравый смысл. Непредсказуемые силы природы выходят из-под контроля и несут смерть и разрушение. «Многие из нас упали на палубу, — рассказывает очевидец событий, — и слышали, как в течь с шумом врывается вода».

Эти слова вполне могли бы принадлежать одному из тех, кто пережил аварию на буровой установке «Глубоководный горизонт», при взрыве которой в Мексиканском заливе погибли 11 человек, а последовавший разлив нефти в океан стал самой большой экологической катастрофой в истории США. Но, как все прекрасно помнят, на самом деле они принадлежат некоему разговорчивому и своенравному уроженцу Манхэттена по имени Измаил, а обреченное китобойное судно «Пекод», на котором Измаил вышел в море, никогда не покидало страниц романа «Моби Дик».

За несколько недель, прошедших со дня взрыва на буровой установке, многих из нас не раз поразили параллели между этой катастрофой и той, протомодернистской драмой, которая полтора века назад возникла в воображении Генри Мелвилла.

Авария вновь напомнила, что даже в наши дни возможности человека, укрощающего природу для своих нужд, трагически ограничены.

Этот роман уже полтора века исправно поставляет метафоры авторам, пишущим на такие разные темы, как использование ядерной энергии, вторжение в Ирак и даже закат белой расы (последнее — кивок в сторону Д.Х. Лоуренса, возродившего в свое время из забвения славу Мелвилла). Происходящее сегодня в 80 километрах от побережья Луизианы вновь вызывает в памяти страницы романа, посвященные описанию человеческой заносчивости, разрушительности и ненасытности.

Неудивительно, что совсем недавно Ник Спайсер, автор одного из блогов на сайте телекомпании «Аль-Джазира», сравнил английскую нефтяную компанию Brittish Petroleum, которой принадлежала потерпевшая аварию буровая установка «Глубоководный горизонт», с капитаном Ахавом. «Подобно тому как маниакальное желание во что бы то ни стало убить гигантского кашалота подвергает опасности не только самого капитана, но и всю команду, — пишет Ник Спайсер, — погоня за прибылью таит угрозу всему обществу, поддерживающему непрестанные поиски нефти по всему миру».

Эндрю Делбанко, директор программы изучения американской культуры в Колумбийском университете и автор книги «Мелвилл: его жизнь и его труд», говорит, что «аналогия между погоней за китовым жиром во времена Мелвилла и за нефтью в наши дни слишком очевидна. Роман Мелвилла, помимо прочего, представляет собой притчу о том, какую чудовищную цену готово платить человечество ради эксплуатации природы по своей прихоти. Это книга о саморазрушении разрушителя, и апокалиптический финал романа сегодня представляется зловеще актуальным».

На протяжении XVIII и XIX веков китобойный промысел играл такую же важную роль, какую сегодня играет нефтяная отрасль. Сотни кораблей бороздили океан в поисках китов, из туш которых получали драгоценный жир. Из туши одного кашалота весом до 35 тонн можно было добыть десятки баррелей жира, так называемой ворвани, а из головы кашалота добывали наиболее ценный продукт, спермацет. Китовый жир горел в миллионах ламп, использовался как механическая смазка, из него изготавливали свечи, отличавшиеся особо ярким и ровным пламенем. Китовый ус шел на изготовление корсетов, из шкур выделывали кожу, а так называемая серая амбра использовалась в производстве косметики. Портовые города Новой Англии богатели на торговле китовым жиром, подобно нефтяным эмиратам наших дней.

По сведениям Филиппа Хоара, автора увидевшего свет в марте этого года труда «Киты: в поисках морских гигантов», объем ежегодного экспорта китового жира из США в Европу достигал 4 млн литров.

Но так же как зародившаяся в 50-х годах XIX века современная нефтяная промышленность, китобойный промысел довольно быстро столкнулся с недостатком своего основного ресурса. Уже в начале XIX века в прибрежных водах Северной Америки киты были полностью выбиты, и китобоям пришлось отправляться в такие дальние походы, как вдохновившее сюжет «Моби Дика» плавание корабля «Эссекс», в 1820 году с полными трюмами добычи затонувшего в южной части Тихого океана, более чем в 16 000 километрах от родного порта.

Подобно тому как китобоям в поисках добычи приходилось отправляться все дальше в океан, в стремлении дотянуться до таящихся под дном Мексиканского залива запасов нефти, нефтяные компании ведут бурение на все большей и большей глубине. Сейчас работы ведутся на глубинах, доступных только при условии использования самой передовой техники и на предельных режимах. Береговая охрана США предупреждала, что используемая BP технология не просто выходит за рамки ограничений, установленных правительством, но в случае аварии может привести к необратимым последствиям. Предостережение Ницше, которое Филипп Хоар приводит в связи с «Моби Диком», кажется как нельзя более уместным и в разговоре о катастрофе в Мексиканском заливе: «Если долго заглядывать в бездну, бездна заглянет в тебя».

Эндрю Делбанко, однако, не согласен с попытками придать роману «Моби Дик» современное экологическое звучание, чем нередко грешат комментаторы техногенных катастроф. Сам Мелвилл, как мы помним, задавался вопросом, «не исчезнут ли киты в океане окончательно и не станем ли мы свидетелями того, как последний кит выбросит свой последний фонтан». Однако читая эти строки, трудно отделаться от ощущения, что писателя больше тревожит урон, который понесет в таком случае литература, нежели природа. «Несмотря на ужас, который ему внушали слепая тяга к убийству и жестокость китобоев, — говорит Делбанко, — Мелвилл был очарован отвагой этих охотников, которые не останавливаются ни перед чем ради добычи востребованного человеческой цивилизацией товара».

Конечно, разлившаяся в Мексиканском заливе нефть уже внесла коррективы в дискуссию о пределах развития нефтедобывающей отрасли и смешала политические расчеты, стоявшие за обнародованными в марте этого года планами президента Обамы расширить дозволенную для бурения зону шельфа. Это позволило бы снизить зависимость страны от импорта нефти и добиться поддержки для предлагаемых президентом мер по снижению воздействия на климат.

Но по мере того как утечку нефти удается сократить, и ее место в новостях начинают занимать другие сюжеты, остается только надеяться, что завтра нам не придется вновь вспоминать мрачные пророчества Мелвилла.

Одной из центральных тем романа «Моби Дик», по словам Эндрю Делбанко, является «нежелание тех, кто живет на суше, знать отвратительную правду о том, что творится в море».

«Мы привыкли к удобствам, и мы не желаем знать, откуда они и какой ценой достаются, — говорит Делбанко. — То, что случилось в Мексиканском заливе, приводит людей в ужас, но сколько американцев готовы дороже платить за бензин или тратить общественные фонды на развитие альтернативных источников энергии? Думаю, именно об этом спросил бы нас сегодня Мелвилл».