Евгений Ицкович: Денге

Я уже думал, что совершил ошибку более ужасную, чем знаменитая ошибка знаменитого доктора Живаго, о которой так люблю по разным поводам разглагольствовать.
И всё по той же причине – смешал медицинские отношения с литературными. Начал писать очередную главу «Скорой» и суровые симптомы из реальной жизни рассматривать как поводы к юмористическому описанию!
Началось всё с того, что приснился странный сон. Еду я со своей разросшейся семьёй в поезде, похожем на «Москва-Евпатория», хотя, как известно, что между Бразилией и Крымом нет прямого железнодорожного сообщения. И, как это у нас заведено, делаю для всех чай, но отчего-то в моих же любимых чашках, привезённых из Москвы. Отчего-то с этим чаем мне приходится идти через тамбур, по-видимому, в другой вагон, где расположились мои родные.
Проходя мимо туалета, вдруг замечаю, что одной чашке вместо чая плавает какая-то несусветная грязь. Оставляю остальные пять рядом, а сам захожу внутрь, чтобы вылить грязь и вымыть чашку, но когда через минуту возвращаюсь в тамбур – чашки с чаем исчезли!

Вы не представляете моё горе!
Несмотря на будничность сюжета, это один из самых ярких кошмаров моих сонных грёз.
Здесь тоже продаётся китайская посуда, но невиданного дрянного качества. До своего отъезда из Москвы, даже и не предполагал, что такая бывает. Т.е., она может быть очень изящной формы и иногда с не менее изысканным рисунком, да и по цене отличается, как земля и небо, в зависимости от престижности магазина… Но всюду – грубая на ощупь и такая тяжёлая, будто сделана из бетона и предназначена для метания во врагов со стен осаждённой крепости.
Не представляю, как у бедных бразильцев проходят семейные разборки, потому что бить такую посуду, кажется и не доставляет никакого удовольствия – это тяжёлая физическая работа!
Горе сновиденного было столь велико, что я проснулся весь в слезах. Так как сны у меня по большей части вещие, то я внимательно отношусь к их причудам. Но, увы, всегда зашифрованное в них иносказание открывается слишком поздно – постфактум. Не долго думая, я отписал эту грёзу моей подруге, проницательной толковательнице сновидений, упустив одну, может не самую важную деталь, которую восстановил только сейчас – чашка с грязью была моя!
Моя фея успокоила объяснением, что я, всего лишь, был переполнен жидкостью. Вспомнив, сколько чая и разбавленного красного вина выпил накануне, решил – что с это не может быть неправдой.
Через несколько дней показалось, что у меня распухли все лимфатические железы на уровне шеи. Бросившись к большому зеркалу, с облегчением обнаружил, что ничего подобного не видно, и нехорошее ощущение, сопровождавшее меня весь оставшийся день, охарактеризовал юмористически, будто мне на шею надели автомобильную покрышку! Был убеждён, что это ужасно смешно, но, сколько ни оглядывался по сторонам – никто не смеялся. По-русски местные понимают плохо, а покрышка была видна только в моём дымящемся воображении, куда в обычные дни мало кто заглядывает.
И ещё такое знамение случилось накануне…. В магазине мне кто-то наступил кроссовкой на мою неприкрытую во вьетнамке ногу. И ноготь на большом пальце тут же треснул, как магическое зеркало, хотя до этого в подобных приключениях лишь гнулся и капризничал. Всё шло к тому, что с кем-то поссорюсь. И этот кто-то оказался собственным здоровьем.
Тут и носу моему наскучило спокойное пребывание на своём месте, и он стал расти, как у Буратино от вранья, большим фурункулом…. Хотя я, по своему обыкновению, оставался скорее сторонником «русской правды».
В толстовской версии Пиноккио, интимная подробность о лжи, как-то уж слишком завуалирована. Зато Гоголевский «Нос» именно с этим своим архетипом совершенно отделился от хозяина и отправился на поиски собственных приключений.
Только подавил этого самозванца сульфур-йодом, как у меня стало что-то болеть и тикать в правом боку. Но и здесь не насторожился и не одумался. Так как это самая здоровая сторона моего тела, то и решил отнестись стоически – поболит и пройдёт!
Днём я ещё ездил по делам и вернулся домой во второй половине дня, чтобы перекусить и посмотреть игру чемпионата мира по футболу. Поесть я ещё успел, а вот игру уже видел сквозь марево накатившей боли, с которой отчаянно начал бороться всеми доступными средствами.
Наконец, окончательно проиграв единоборство, позвонил сыну и попросил его приехать, сказав, что он может не торопиться. Но неожиданно резко стал слабеть, успел добрести до входной двери и оставил её открытой, чтобы сын мог войти.
Когда он приехал, я метался по постели, и что-то задушено орал, но уже встать не мог.
С порога мой первенец определил, что у меня острый холецистит, так как лицо моё было густо намазано жёлтой охрой, как у какого-нибудь индейца перед охотой в гигантских подсолнухах.

Слава Богу! Острый холецистит – один из моих коньков! Много раз разные люди рассказывали мне, как они теряли сознание от внезапного приступа, но не разу мне не приходилось испытывать это удовольствие самому.

Меня страшно интересуют всякие интимные подробности из жизни других людей, только человек я видимо такой, что не очень располагаю к подобным откровениям. Но одной тайной ещё в мои студенческие годы, когда я вдохновенно выносил утки и носил судна, со мной всё-таки поделились.
Хирурги очень любят отрезать этот несчастный орган (желчный пузырь) по первому требованию, но ни разу мне не довелось встретить человека, которой после классической и наилегчайшей операции, как считалось в хирургии, чувствовал бы себя хорошо, через какое-то сколько-нибудь отдалённое время!

И ещё меня постиг глубокий личный опыт сильно сказавшейся на моём умственном развитии.
Я присутствовал на первом учебном вскрытии, так называемой «секции», протекавшей в моём родном институте Склифосовского, буднично и по-деловому.
Вскрывали бабушку 94 лет, только что преставившуюся, и врач-потрошитель привычно доставал пришедшие в ненужность органы, объясняя протоколу причины такого конфуза, а заодно и комментируя для нас всякие любопытные подробности.
На это шоу пришли также и несколько эскулапов из отделения, где бабушка и окончила своё земное существование. Поначалу пройдясь по органам сердечной и дыхательной систем, которыми человек обычно наиболее глубоко привязан к жизни, прозектор сообщил, что бабуля умерла от очередной врачебной ошибки, но затруднился определить от какой – третьей или четвёртой.
– А так, жила бы бабушка!
После чего коллеги удовлетворённо покачав головой, откланялись, а мы продолжили экскурсию по лабиринтам чужого заброшенного тела. Патологоанатом, оказавшийся ещё и выдающимся педагогом, а заодно и первосвященником в библейском храме, воздел над правым плечом орган, чтобы мы, столпившиеся вокруг секционного стола, могли его внимательно обозреть:
– А вот, и желчный пузырь – посмотрим, посмотрим!
Мне показалось, что он держит старинный кожаный кошелёк, какие можно увидеть в фильмах про заморских купцов и пиратов. И когда скальпель полоснул тонкую выделанную кожу, оттуда посыпались – пиастры, пиастры, пиастры!..
Т.е., вы сами понимаете – камни!
– Вот, это да!!!
Воскликнул наш кормчий, погрузившись в изучение судового журнала – «истории болезни», чтобы через несколько минут задумчиво произнести:
– А ведь, в истории болезни ни одной жалобы на желчный пузырь!
Из этой лекции я вынес один из главных опытов своей жизни – камни в желчном пузыре и операция по его удалению, два разных, давно разделившихся в эволюции вида!

Итак, мой сын нацелился на несчастный мой правый бок рукой и стал делать пассы, которые в подобных случаях приносили большое облегчение и снимали критическую остроту.
И действительно, стало несколько легче. Это заключалось в том, что у меня появились силы включиться в процесс по собственному спасению, и даже слегка поруководить. Так как мои дети, вполне унаследовав мои способности, не сделали лечение своей профессией, в новых ситуациях они хуже ориентируются. И им часто требуется мой портативный навигатор.
Я тоже не всегда справляюсь с новой болезнью, но у меня внутри полно самонаводящихся устройств, которые часто выручают в затруднительных положениях. А здесь по слабости ума, случившегося от недомогания, ничего, кроме того, что больное место надо замораживать вспомнить не мог. Это помогало, но несильно.
Ребёнок не оставлял своих попыток, каждый раз вздрагивая, когда я испускал душераздирающие крики, видимо стесняясь, ожидающей в соседней комнате девушки. Я и сам стеснялся, но удержаться не получалось.
Наконец, сил прибавилось настолько, что я смог подняться и облокотиться на письменный стол. Тогда я попросил Женю массировать мне зоны на спине вдоль позвоночника. Всё-таки, спина – это для меня открытая книга! Через несколько таких подходов боль снизилась до терпимой. И я остался один обдумывать своё положение. Думалось легко, ярко, образно. Жаль только, что записать не было никакой возможности.
Когда при остром холецистите снимается хирургическая острота, надо постараться ваш тайный кошелёк привести в порядок, коль он ещё не прохудился. И средство такое есть – сухая магнезия! Этот горький порошок, правильно разведённый и выпитый перед едой, незаметно и быстро, в течение, от силы, недели вернёт в норму не только приспособление по хранению желчных камней, но в случае какого-нибудь гепатита, и саму уважаемую печень!
И в бразильской аптеке это лекарство нашлось, но уже не в порошке, а ароматной, со вкусом мяты пастилке.
На утро мой отпрыск опять меня навестил, привёз пастилок, и убедившись, что я, всё-таки, болею, предложил полечить ещё.
Тут я вспомнил, что в подобных случаях важно проводить манипуляции на значительном отдалении от пациента. И это сразу дало эффект, стало значительно легче! Я радостно проковылял сыну навстречу, но он скептически посмотрев на то, как я это делаю, только и сказал:
– Не проходит!

Вообще-то, я не лечу никогда экстрасенсорными средствами острые инфекции, типа гриппа, и детям не даю – хуже будет! Но ангину, если это локальное поражение в горле, очень даже хорошо. Вот, и свой случай, я тоже считал локальным, и сам удивлялся, почему не проходит?..
– Понимаешь – стал объяснять я чаду – у меня такое ощущение, что меня долго били дымовой трубой в живот. А теперь трубу убрали, но дым всё ещё идёт!
Мы решили, что займём окопные позиции, и будем выжидать, так как хуже мне не становится, а такую боль я вполне могу терпеть…
На третьи сутки выжидания, я решился что-нибудь поесть, с пятой попытки добрался до кухни и сварил бульон.

В голове прояснилось, и начал размышлять в таком направлении.
У меня есть физиологическое свойство – уже много лет не могу принимать некоего патрицианского положения, т.е., возлежать на левом боку, опираясь на левую же руку. По причинам моей давнишней болезни, у меня сразу же возникают неостановимые судороги. Да, Бог с ним, я вообще не люблю есть лёжа, но это, к сожалению, самая удобная поза, чтобы читать в постели, потому что книжку хочется держать правой рукой. И тут я обнаружил, что мой «холецистит» так меня натренировал, что я уже который день выполняю это упражнение, без всяких негативных последствий.

Фантастическая картина открылась моему воображению. Я очень бы хотел натренировать пресс, но все упражнения обычно на сгибание позвоночника, что для меня не вполне реально. А тут, что-то сдавило словно гигантская анаконда, и раз – вмиг избавился от большого бытового неудобства.
Где бы найти такую змеюку для совместных тренировок? Я так размечтался, что совсем впал в эйфорию, забыв про боль и tº. В этой своей грёзе, отдаваясь взаимным объятьям гигантскому водяному чудовищу, меня посетило новое откровение – почему tº застыла на одном месте? Сколько я не мерею, будто её гвоздиком прибили? При соматической болезни, всё бы наверняка ходило ходуном и пульсировало волнами, а здесь такое угрюмое постоянство!
И всплыло словосочетание – «Костоломная лихорадка». Да это же она и есть! Ни какой не холецистит! Я попал в Дисней парк – «Денге», где водятся гигантские анаконды!
Как только смог доползти до компьютера, глазам своим не поверил – у меня же классическая форма!

Когда я только поступал на свою родную подстанцию «скорой помощи», там произошёл неприятный инцидент. Как рассказывали мне бывалые коллеги, «старший фельдшер» изнасиловал очередную поступившую на работу фельдшерицу. Делал он это видимо постоянно, отчего занятие это превратилось у него в такую милую привычку. Но здесь, происшествие не удалось замять в рамках производственного процесса, и дело дошло до суда. Тогда высокие покровители этого человека в течение нескольких дней отправили его на работу по специальности куда-то в Африку.
Дело по тем временам, считалось необычайно выгодным, почти капстрана. Многие годами безуспешно добивались подобных назначений.
Но меня эта история так напугала, что я решил на всякий случай, никого не насиловать. Дело в том, что я очень уважаю тропическую медицину, и считал долгое время её такой же священной коровой, как и педиатрию.
В московском метро мне иногда попадались негры, и почти все они в ответ радостно сверкали позолоченными белками. Это приводило меня в ужас. Если у них такого натурального цвета склеры, куда же я денусь со своей диагностикой. А если мои худшие ожидания верны, и они все больны, что же они в таком количестве делают в общественном транспорте?!

Мой любимый доктор Швейцер решив променять исполнение Баха в европейских соборах на проповедь Христа умирающим аборигенам в тропических джунглях, всё-таки, после окончания медицинского факультета ещё специально учился в парижском институте тропической медицины….

Интернет меня ошеломил информационной осведомлённостью. Но для того чтобы понять, что там написано, предстояло пройти какую-никакую тренировку…. А у меня прямо в кровати был спецкурс.
Когда-то, кода я изучал инфекционные болезни, то очень горевал, что они излагаются так, что становятся одной невыразительной кучей. Поэтому мечтал написать ассоциативный учебник, чтобы человек прочитав коротенький рассказик: «Чума», на всю жизнь наполнялся яркими неизгладимыми впечатлениями.
А теперь, читая Интернет, понял, что не совсем точно представлял себе задачу. Потому что важно не только, как написано, но и что из всей полифонии клинической картины выбрано…. Благо теперь у меня богатый личный иллюстративный материал.

Итак,

«Добро пожаловать в сказочный и чарующий мир тропической медицины!»

Начнём сначала.
То, что комар укусил именно меня указывал мой вещий сон, в котором грязь в чашке была именно в моей! То, что я нёс чашки для всех – говорит о том, что либо я с ними, либо они со мной поделились драгоценным вирусом. Но у них была болезнь протекала в смазанной формой, а мы с Денге просто созданы друг для друга!
Хотя, как же смазанной? всюду на фотографиях-иллюстрациях красовалась специфическая сыпь на внутренней стороне локтя, будто по нему хлестнули крапивой. А моя дочь, как раз за некоторое время до этого показывала мне такую, и я ей ещё сказал:
–Укусил кто-то…
А сам подумал – откуда здесь российская крапива?
Кстати, крапива здесь есть, называется – «уртига», но от её ожога такой величины можно и не выжить.
Я не мог по пульсу определить tº – ни Карлосу, ни себе. Оказывается, брадикардия опять же примета Денге!
С самого первого дня болей, лёжа в кроватке, сучил ножками, вот откуда название Костоломная! Но это, как раз, совершенно неверно, потому что почти любая токсическая инфекция может давать артралгические боли. Вспомните состояние при гриппе с tº– 40º.
Симптом, который мне особенно понравился – анорексия. Т.е., отказ от приёма пищи. Бывает она разная…. Моя любимая такая:
– Почему верблюд не ест вату?
– Не хочет!
Но если ваши любимые органы пищеварения, находятся в тисках жгучей боли…, то вы просто не рискуете подбрасывать туда дровишек – и это, совсем другой случай!
А походка, так фраппировавшая моего сына, которой я словно пытался переплюнуть Чарли Чаплина… – характернейшее тоже явление, понимаете! И объяснение про дымоход оказалось совсем не шуточным. Сразу вспомнилась картина Иеронима Босха, где у человека в животе завелось целое общежитие, а он очень грустно следит за происходящим… – какое тонкое клиническое наблюдение! За это мы и любим голландскую школу – за жизненный реализм!
И tº гвоздиком была прибита, потому что её ещё при рождении так запрограммировали.
Итак, вместо наших воробушек и синичек, типа – ОРЗ или ОРВ, мы имеем расфуфыренного во все мыслимые оттенки фатоватого попугая «Денге»!

– Почему же не падает tº? Где мой любимый антигриппозный чай? –
Я пью, а она держится!
Как я расстроился!

Всё, что ни есть в России великого и прекрасного, заключено для меня в этом сборе!
Это и есть настоящая былинная сила и скромность. Это истинная соборность!
Простые, незаметные травы и деревца, составляющие самую кровь русского пейзажа, выходят против могучих иностранных захватчиков, облачённых в дорогие одежды и перья, и широко разрекламированных в мировой печати. А у одного из этих самозванцев, так вскружилась голова, что он, пуще того, нацепил на себя перья свиньи. Как он с неё бедной их настриг? Судить не берусь. Об этом расскажет пресса. Наверное, это был молодой необъезженный кабанчик!
И что же? Нет их! А травному сбору хоть бы что!
Нас пугают:
– Миллиарды ваших врагов стоят у порога!
А полю нет дела до счёта. Зашли в траву тьмы и растаяли, и даже памяти никакой не осталось, чтобы вызвать какую-либо мутацию – устойчивости к чаю. Потому что это не лекарство – это сбор!
Разделяет, ослабляет и выводит гулять по канализации. Всё зависит только от количества, да от человека, который этот чай подвозит, как боевые патроны. Потому что в одиночку перепить токсическую инфекцию трудно.
Вот и я, волею судеб оставшись один на один с Денге, не сделал того, что делаю всегда рефлекторно.
Как только кто-нибудь из моих близких тяжело заболевает инфекцией, перехожу на «осадное положение», и сразу достаю из закромов, помимо сбора, ещё и чашку, похожую на петровский «кубок большого орла» в миниатюре. И первые две такие порции потерпевший обычно выпивает из моих рук, после чего постельное бельё приходится менять, а больной, уже в другом настроении переходит к поддерживающим дозам.
Поэтому, когда я собрался с силами и выпил-таки выработанную дозу, tº рухнула, как подкошенная.
Но у травного этого сбора есть и недостаток – это его благородство! С ним можно выходить только на очень опасного врага, когда tº больше 38º. Чем и воспользовалась моя новая подруга, она целый день шифровалась втихую, а ночью, во время сна, когда я не мог утопить её в русском поле, набрасывалась и подскакивала.
Какая изощрённая тактика для неизбалованных образованием джунглей!
Болезнь оказалась очень пунктуальной дамой. В местах, где даже самолёты летают не по расписанию, а по собственному усмотрению, она двигалась с точностью курьерского поезда в какой-нибудь Северной Рейн - Вестфалии, напоминая анекдот времён первой мировой войны.
В оную некий путешественник вынужден был проехаться по России, а потом и по Германии. В России поезда опаздывали на сутки и более, и когда путешественник поинтересовался о причинах, повлекших такое нарушение движения, ему ответили коротко и жёстко – Война!
Пересекши границу, этот человек обнаружил изменения в расписании поездов и по другую сторону фронта. Там были проставлены не только минуты, но и секунды. И на его удивлённый вопрос, зачем нужна такая точность, последовал не менее раздражённый ответ – Война!

Симптомы уходили и приходили точно в срок, и через 7 дней Денге, как это и положено, отпустил моё бренное тело, не оставив даже обещанной в рецептуре депрессии.
Видимо в болезнях есть огромная цивилизующая сила. Как иначе заставить суетного человека остановиться, задуматься и вспомнить о Вечном. Но с годами подвиг терпения даётся всё тяжелей. Начинаешь сожалеть, о потерянных днях, о не сделанной работе…. И вспоминаешь о далёкой экзотической стране, которая по полгода занесена снегами….
*****
Боже, Ты настежь!
В сердце, как крест!
Веришь, как застишь….
Смерть – благовест.

Не продаётся!
Сердцу легко.
Вечное льётся
Звёзд молоко.

Ты меня выйми! –
Жизнь – из ложесн!
Вымени, в имени
Скипетр жезл.

Ты меня вымой! –
Жизнь на века!
Боже, отныне мне
Участь легка.
04.01.2008.
*****
Между ног твоих видимый мир
Стал невидимым тусклым свеченьем,
И напуганный предназначеньем
Солнца свет обратился в надир.

Я померк в тебе радость моя!
Горизонт закатился за веко,
Через руки, сердца и края
Льётся семя и вечности млеко.

Я померк в тебе – смертный венец
Растворился, как Скиния в небе,
Пир Мессии настал, наконец,
И не слышно молитвы о хлебе.

Ты, как Будда, воссела на трон
Над зимою из терний метели,
И ступнями касаешься крон,
Там внизу растревоженной ели.

Там из моря восстала тоска,
Там ласкается смерть к Провиденью,
Бьёт оскал между скал, против скал,
Бьёт о скалы и вторит биенью.
30.01.2008.
*****
21.07.2010. Сао Луис Ма. Бразилия © ЕСИ

http://www.algabriona.ru/
[email protected]

Еще Евгений Ицкович

• "Скорая" – №3 Прана
• «Скорая» – лирический роман на производственную тему
• Выработка собственного стиля
• Голос "Сретенье"
• Бухгалтерская историософия
• Немота "Сретенье"
• Душа и тело "Сретенье"
• Несчастный случай или, как я стал поэтом
• Несчастный случай или как я стал художником. Парография вместо биографии
• История создания одной книги
• История создания одного стихотворения
• Райская невесомость. Очерк новой философии искусства
• "Сретенье" СОБОРНОСТЬ
• Изучение языков в преклонном возрасте
• История создания одного рецепта
• Между нами девочками или о том, как становятся отцами. «Скорая» – лирический роман на производственную тему
• Дедушка и медицина
• В пречувствии ампира. Литературный манифест
• Век наш железный
• Цветаева и Пастернак. "Сретенье"
• Динозавр, как культурный герой
• Красный гроб на колёсиках. О свином гриппе. Птичку жалко!
• Русская идея. Статья Евгения Ицковича, директора Русского культурного центра г. Сан-Луис (Бразилия)
• Рак – это заболевание стволовых клеток?