МОК в горле

Спортсмены, которые боролись против диктатуры и войны, теперь работают грузчиками. А на Олимпиаду поедут лояльные. Ирина Кравцова — о драме выбора между совестью и мечтой

Глава первая, в которой

Белорусские спортсмены идут «на бал к Сатане»

«Вы такого коньяка в жизни не пробовали! Он столетний и жутко дорогой», — Александр Лукашенко протягивал рюмки атлетам, и они с благодарностью принимали из его рук напиток.

На каждом столике стояли черная икра, шампанское Moёt и дорогая водка. Гости чувствовали себя расслабленно: танцевали и записывали видео для своих соцсетей. Лукашенко подходил к столикам и, галантно протягивая руку, приглашал спортсменок на медленные танцы. Переминаясь с ноги на ногу, травил им на ухо байки, девушки вежливо хихикали. Гулянка продолжалась до самого утра.

…В тот вечер в декабре 2019 года спортсмены вместе с президентом праздновали открытие пафосного и скандального ресторана «Лебяжий» в Минске. Скандальным он успел стать еще до открытия: хоккеист из президентского хоккейного клуба Павел Белый построил его прямо на территории заказника — с позволения Лукашенко, нарушив нормы природоохранного законодательства.

Для многих атлетов это был не первый прием, куда глава государства пригласил их. Впрочем, никто из них тогда не задумывался ни о политическом климате в стране, ни о том, какой Лукашенко президент. Ситуация резко изменилась меньше чем через год, в августе 2020-го. После президентских выборов в стране начались массовые народные протесты, а вслед за ними — репрессии. Тогда спортсменам всё же пришлось выйти из своего пузыря — и выбрать сторону.

В день выборов, 9 августа 2020 года, 36-летний самбист, чемпион мира и Европы Степан Попов тренировался на спортивных сборах. Полгода назад он был среди гостей на той самой вечеринке в ресторане «Лебяжий». Хотя в то время еще не понимал, что «это был бал у Сатаны». По правде говоря, всю жизнь Попов был таким же спортсменом, как и все остальные в его стране: в том смысле, что не вникал в политику, думал только о соревнованиях и достижениях. Общался со спортсменами, «приближенными к его величеству». Вежливо посещал приемы, вроде того, в ресторане «Лебяжий».

В день выборов в Беларуси отключили интернет. «А когда через три дня мы вошли в сеть, то увидели, что в стране в это время происходило страшное насилие, — рассказывает сегодня Попов. — Людей били, в них стреляли! Тогда я впервые заинтересовался альтернативной точкой зрения, начал искать какие-то источники, кроме государственных.

И чем больше погружался в это, тем сильнее у меня волосы вставали дыбом от того, что вообще происходило в стране все эти годы».

«Заходя в перерывах между тренировками в интернет, я видел, как военные в масках избивают людей на протестных маршах. Смотрел — и не находил сил отвернуться, идти тренироваться дальше так, будто не видел этого», — говорит Попов.

Присоединиться к протестующим было страшно. «Но смелость приходит постепенно, — говорит самбист. — Если сначала я боялся написать фамилию Лукашенко в соцсетях, то потом увидел, как один спортсмен написал: “Лукашенко — не мой президент!”, другой: “Я не голосовал за него!”; третий… Тогда я тоже начал открыто говорить, что не буду мириться с этим людоедским режимом, и стал выходить на марши».

В конце августа 2020 года Попова вызвали в тренерскую. Он взбежал на второй этаж —в кабинете тренера его ждали замминистра спорта Михаил Портной и сотрудники КГБ в штатском. Впереди них, «набычившись», стоял самбист-тяжеловес из той же сборной, в которой состоял Попов, и с кем он много лет «делил ковер». Это был 41-летний Юрий Рыбак. Так же, как и Попов, он — чемпион Европы и мира по самбо. Когда в стране началась заваруха, он быстро сориентировался— и тоже выбрал сторону.

«Там и не пахло никакой спортивной встречей. Гопота: стояли все в гражданской одежде. Никто не поздоровался, не представился. Они заперли меня в комнате, требовали, чтобы я прекратил ходить на марши. Намеками угрожали, напоминая о том, что у меня есть жена и маленькие дочери… У меня в то время был травмирован голеностоп и наклеен кинезиотейп (эластичный пластырь. — Прим. ред.). Замминистра Портной с ухмылкой спросил: “Что, нога болит? Так у тебя скоро не только нога заболит”. Вначале он говорил, что его попросили быть со мной максимально деликатным. Поэтому в его понимании это еще было мягко. А в конце, когда он разозлился, что им не удалось меня запугать, сказал, что вообще-то “обычно сначала бьет, а потом разговаривает с людьми”».

Попов вышел из кабинета и «отплюнулся». Вскоре ему стали приходить с незнакомых номеров смски с угрозами изнасилованием. Тем не менее, самбист подписал письмо спортсменов за честные выборы и против насилия. Всего за несколько месяцев его подписали около двух тысяч белорусских спортсменов, тренеров, массажистов и других людей из этой сферы.

После того как Попов открыто высказался против насилия силовиков в соцсетях, тренер стал к нему «тихонечко» подходить и просить: «Блин, может, ты это — удали? Может, не надо?». Я сказал: «Я не буду ничего удалять. Что вы такое несете?» Тренер не дурак, он всё понимал, просто не хотел потерять свои “плюшки”».

Глава вторая, в которой

Спортсмены ради перемен готовы потерять всё

В 2011 году, во время выступлений на чемпионате мира по легкой атлетике в Париже, 25-летний белорус Андрей Кравченко плакал.

Он приехал туда с травмированным ахилловым сухожилием. В финальном соревновании — забеге на тысячу метров — Кравченко опередил своего соперника и стал чемпионом. Трибуны взорвались в радостном вопле. На том чемпионате Кравченко был единственным белорусом, кто завоевал для своей страны медаль, да еще и золотую. Болельщики бросили ему с трибун флаг, и атлет «на чистом адреналине», уже без футболки пробежал с ним круг почета. Потом поднял белорусский флаг над головой и, широко улыбаясь, позировал перед телекамерами всего мира.

«Меня тогда переполняло чувство эйфории от того, что я самый быстрый, самый выносливый, самый прыгучий в Европе. Французы потом писали мне: “Андрей, ты воин и боец”.

Незабываемые моменты», — вспоминает атлет.

Летом 2020 года 34-летний спортсмен восстанавливался после очередной операции на ахилловом сухожилии и планировал вскоре приступить к тренировкам, чтобы снова поехать на Олимпиаду.

«Когда я узнал о том, что все соперники Лукашенко — в тюрьме, людей избивают на улицах и насилуют в спецприемниках, я понял, что должен бороться вместе с ними. Хотя и отчетливо осознавал, что в тоталитарной стране выразить протест против властей — значит попрощаться с карьерой. Тогда ради перемен я был готов потерять всё — и я всё потерял. Очень скоро в Беларуси я лишился реально всего, чего добился и что накопил. Меня поставили перед выбором: если хочешь остаться в сборной, откажись от своей подписи в письме за честные выборы. Я не согласился, и меня уволили, выгнали из национальной команды и из Республиканского центра олимпийской подготовки (далее — РЦОП)… Не в смелости было дело, — говорит Андрей. — А просто в совести. Тренер учил меня: борьба должна быть честной».

В ноябре 2020 года его арестовали на десять суток за участие в марше. «Меня задержали на стоянке прямо в центре Минска и достали из машины, — вспоминал он в своем инстаграме. — Помню удар в висок, боль от стяжек на руках, 14 часов лицом к стене в РУВД и поездку в Жодино. Для родных я тогда просто пропал. Четыре дня мой адвокат не знал, где я и что со мной. За время пребывания в Жодино я не получил ни одной передачи.

Я помню каждый день, который провел там. Помню камеру, помню постоянно включенный свет. Как мы ползали на карачках, спали на полу».

Спортсмен говорил, что сам он, когда его отправили в спецприемник в Жодино, «даже пропустил первый день рождения своей дочери и вернулся с коронавирусом. Но хотя бы вернулся… Сотни же белорусов получили реальные сроки, а 357 из них признаны политзаключенными. Меня пугает, что аресты превратились в обыденность. А за решеткой прямо сейчас сидят реальные люди. Это их реальные жизни. Поломанные жизни их семей. Никто не вернет им этого времени. Его никогда нельзя будет наверстать».

В апреле 2021 года, всё еще находясь в Минске, Кравченко выставил на аукцион ту самую свою золотую медаль, которую выиграл на чемпионате Европы в 2011 году, и устроил десятидневную голодовку, чтобы привлечь внимание к политическим репрессиям в Беларуси. «Я знаю, как тяжело сейчас семьям политзаключенных, — объяснял он в инстаграме. — Я выставил на аукцион свою медаль, чтобы помочь им. Я завоевал ее, выступая с серьезной травмой. Тогда было больно. Но во сто крат больнее сейчас».

За первые восемь дней Кравченко потерял 11 килограммов веса. После из-за плохого самочувствия завершил голодовку. Власти на его жест никак не отреагировали.

Глава третья, в которой

Всё дошло до точки невозврата

— Мам, я была на марше, — призналась матери вечером на кухне 19-летняя белорусская лучница Карина Казловская.

— Ну и дура, — ответила мать, прекратила накрывать на стол и ушла в ванную. Потом, чуть остыв, она вернулась, обняла дочь и сказала: «Ты молодец».

С тех пор Карина выходила на марши почти каждый вечер. Она всегда выключала телефон, чтобы ее не могли отследить. «Всем было страшно и мне было, но я рассуждала так: я же спортсменка — у меня быстрые ноги, я смогу убежать, — говорит она. — Я понимала, что есть громадный шанс, что я лишусь карьеры, а в стране ничего не изменится, но была крошечная надежда, что, может быть, всё-таки что-то поменяется».

Через год, в 2021-м, Казловская прошла отбор на Кубок Мира и заняла там первое место из своей команды. Это была козырная карта: «Хоть директор РЦОП и не хотел, чтобы меня брали на Олимпиаду в Токио, потому что знал о моей позиции, выгнать первого номера из команды ему было очень трудно», — говорит лучница.

На Играх в Токио команда Казловской заняла четвертое место, уступив бронзу сборной Германии. Этот результат был лучшим в этом виде спорта за всю историю Беларуси. В аэропорту Карину встретили радостные родители с цветами, а больше публики особо и не было. Только директор РЦОП, присутствовавший там же по долгу службы, «процедил поздравление сквозь зубы».

Еще через год, в мае 2022 года, Карина Казловская написала в своем аккаунте в инстаграме: «Уволена. Мне 21, и на сегодняшний день моя белорусская карьера для меня закончена».

Вот этот пост:

«Моя спортивная карьера началась в 12 лет. Я не тешила себя амбициями, что спорт станет моей жизнью. Не думала, что стану частью национальной сборной и смогу поехать на Олимпийские игры. Для меня это было чем-то далеким, нереальным. Мой спортивный результат развивался постепенно, месяц за месяцем, год за годом. В 16 я выполнила мастера спорта и поняла, что стрельба из лука — для меня нечто большее, чем хобби. Я стала членом национальной сборной, завоевала медали, была в 30 лучших в мировом рейтинге, становилась рекордсменкой страны более пяти раз, финалисткой на Олимпийских играх. Но для Беларуси это абсолютно ничего не значит. С 2020 года я была в постоянном стрессе. Из-за выборов, политических репрессий, которые продолжаются в стране до сих пор, и войны в Украине. Ради спорта я терпела унижение, угрозы и запугивания. Всё дошло до точки невозврата, и я уехала из страны».

Карина говорит мне, что пока писала этот пост, плакала: «Потому что чувствовала: жизнь полностью меняется». Опасаясь внимания спецслужб, она уезжала из Беларуси тайком, даже не попрощавшись с друзьями и родственниками.

Глава четвертая, в которой

Другие спортсмены сказали «Ребята, я с вами, но мне надо зарплату»

В то время как одни белорусские спортсмены, рискуя карьерой и свободой, подписали письмо за честные выборы и против насилия — другие их коллеги, напротив, подписали провластное письмо, которое в ноябре 2020 года запустили в пику оппозиционному.

Создатели этого провластного письма объявили себя «голосом настоящего спортивного сообщества».

Но кто именно его составлял, по сей день неизвестно. В нём они призвали «вспомнить, что спорт всегда был и остается вне политики!»

«Наш долг — не выступать с политическими призывами, а побеждать на спортивных аренах. <…> Мы хотим защитить нашу мечту — стать призерами и чемпионами Олимпийских игр, чемпионатов мира и Европы! Для нас это — вся наша жизнь!» — говорилось в письме. Его подписали как совсем молодые спортсмены, так и чемпионы и участники Олимпийских игр, а еще их тренеры.

Попов вспоминает, что многие спортсмены из его сборной отказывались подписывать письмо за честные выборы. Говорили: «Я спортсмен, я не буду подписывать никакие письма, я буду тренироваться, меня не трогайте!» Но провластное письмо подписали. Товарищи Попова, по его словам, говорили ему и другим спортсменам, которые выступали против режима: «Ребята, я с вами, но мне надо зарплату. Мне никто не заработает эти 700 рублей. Меня предупредили, что если я не подпишу провластное письмо, меня уволят, — и я подписал. Но, блин, я с вами, я против всего этого».

«В действительности беспредел, который тогда творился, никто из них не поддерживал, — говорит Степан Попов. — Более-менее порядочные старались отмолчаться и не выступать — ни за, ни против; другие — поддержали Лукашенко».

Лучница Карина Казловская вспоминает, что коллеги ее «втихаря поддерживали, но публично — боялись». Почти все атлеты из ее сборной подписали провластное письмо. «Не по своему желанию, — говорит она. — Просто тем, кто ослушается, пообещали большие проблемы». В Могилеве у спортсменов, которые поначалу отказывались подписать письмо, даже забирали луки и не давали тренироваться.

Тогда же, по словам Попова, нашлись «более-менее посредственные спортсмены», которые решили: это отличный шанс использовать ситуацию с выгодой для себя. «Быстренько убрать за оппозиционную активность конкурента — клеветой, доносами, поклепами — и занять его место». К примеру, товарищ Попова самбист Юрий Рыбак «стал палачом, чтобы с помощью этой лояльности к властям, проявленной в нужный момент, в будущем получить всё то, что нормальным способом не добыл бы». Сам Рыбак не ответил на мою просьбу прокомментировать эти слова.

Как рассказывают спортсмены, Рыбак вместе со спецслужбистами ездил ко многим атлетам, выступавшим против насилия, и, конечно, подписал провластное письмо. Своих коллег, которые выступили против действующей власти, он назвал «предателями». «За последний [2020] год Беларусь стала только сильнее. Протесты показали, кто есть кто», — говорил он в одном интервью. Поведение коллег вызвало у него недоумение: «В тебя что-то вложили, как же можно после этого что-то требовать, быть недовольным?». В 2021 году Рыбак получил должность главного тренера Национальной сборной Беларуси по самбо.

Глава пятая, в которой

Спортсмены становятся курьерами и грузчиками

Почти всем спортсменам, которые открыто высказались против режима, пришлось уехать из Беларуси. По словам белорусской пловчихи, чемпионки мира и Европы, серебряной медалистки Олимпиады-2012 Александры Герасимени, «большинство из них не смогли продолжить свою спортивную карьеру». Почти никто не имел другого образования, кроме спортивного: «Поэтому на новом месте некоторые устроились тренерами или массажистами, кто-то пошел в грузчики, курьеры и таксисты».

Степана Попова уволили из федерации самбо в декабре 2020 года. Его лишили президентской стипендии, на него давили, и он был вынужден вместе с семьей уехать из Беларуси и сменить профессию. Сейчас Попов живет в Польше, работает тренером по грэпплингу и самообороне, а еще учится программированию. Говорит, что подолгу сидеть за компьютером ему не по душе, но он всё же вынужден это делать, поскольку это — один из доступных ему способов заработать на жизнь.

Легкоатлет Андрей Кравченко не хотел уезжать из своей страны. «Но понял, что оставаться в Беларуси для меня опасно, — говорит он.

— Я хочу наблюдать за тем, как растет мой ребенок, и целовать жену, а не сидеть в тюрьме».

До конца лета 2021 года он продолжал бороться с режимом, а потом тоже уехал из страны.

Они с женой, 34-летней легкоатлеткой Яной Максимовой, и дочерью получили политическое убежище в Германии и живут там в маленьком городке. «Международные спортивные организации никакой поддержки не оказали. Я должен был кормить семью, поэтому мне пришлось отказаться от планов продолжать карьеру, — говорит Кравченко. — Яна не готова попрощаться с мечтой и надеется принять участие в Олимпиаде 2024 года. Правда, у нее тоже не получается на новом месте решить вопрос с документами. Всё зависит от международных федераций, а мы куда только ни писали — никто не отвечает».

В 2022 году положение белорусских спортсменов за границей стало еще более неопределенным. Когда в 2022 году Россия вторглась на территорию Украины, Беларусь выступила в этом конфликте соагрессором. Поэтому сразу после начала войны МОК запретил всем белорусским и российским спортсменам участвовать в международных соревнованиях.

«После того как Беларусь забанили, для нас наступил совсем мрак, — говорит Андрей Кравченко. — Никто ни в чём не хочет разбираться — забанили и забанили. Белорус, значит, всё, не выступаешь: неважно, что ты ходил на марши, сидел в тюрьме».

Сейчас супруги сконцентрировались на изучении немецкого языка. «Язык тяжелый, и без него здесь сложно», — говорит Кравченко. Пока его жена Яна Максимова тренируется, он ведет общефизическую подготовку в детских группах легкоатлетов и фехтовальщиков. На занятиях с детьми Кравченко вынужден «миксовать» английский и немецкий языки, потому что немецкий пока знает совсем слабо. «На тренировки ко мне ходит ученица, которая владеет английским. Через нее я пытаюсь донести свои мысли немецким детям», — говорит он.

Герасименя говорит, что и в прежние-то времена смена спортивного гражданства не была легкой процедурой: «Родная федерация спортсмена должна была этому переходу способствовать, между федерациями заключалось соглашение». Но в форс-мажорных условиях без поддержки МОК для белорусских спортсменов — и особенно «не звездных» — эта задача оказалась неподъемной. «Мало кто захочет взять простого спортсмена, даже если он в своей стране имел неплохие результаты, был молодым и перспективным, — говорит она. — Потому что как оценить его перспективность?

Если бы его федерация за него ратовала, то это одно. Но если просто спортсмен напишет письмо в спортивную федерацию другой страны, то ему просто никто не ответит».

Даже если атлету удастся сменить спортивное гражданство, то он должен отбыть карантин — период времени, в течение которого не может выступать. В разных видах спорта этот период длится от года до четырех. В легкой атлетике, например, — три года. На это время спортсмена должен взять под свое крыло спортивный клуб, который будет покрывать его расходы.

«Чтобы тренироваться, нужно много денег, — говорит Андрей Кравченко. — Мы здесь начинаем жизнь с нуля, поэтому нам с Яной сложно вкладывать в нее средства, не зная точно, разрешат ли ей еще когда-нибудь выступать. Она сейчас каждый день усердно тренируется, несмотря на полный игнор со стороны и того же МОК, и других организаций. Задор у нее уже не тот. Она расстроена, что так происходит. Но за всё надо платить».

Лучница Карина Казловская — одна из совсем немногих белорусских спортсменов, у кого получилось в новой стране продолжить свою спортивную карьеру. В мае 2022 года она переехала в Польшу. Карине в ускоренном порядке дали польское ПМЖ. В этом ей содействовала Всемирная федерация стрельбы из лука. Для того чтобы получить ее помощь, Карина подписала анкету о том, что она «против войны, которую Россия ведет в Украине; не является русским агентом и не получает финансирование из Беларуси и России». Казловская «отсидела год спортивного карантина», он закончился в феврале 2023 года, и с тех пор уже успела принять участие в Кубке мира по стрельбе из лука в составе сборной команды Польши.

Глава шестая, в которой

Об амбициях речи уже не идет

«Сейчас я тренируюсь просто ради того, чтобы получать зарплату. О реализации амбиций речь уже не идет», — говорит 24-летняя спортсменка из Беларуси, которая согласилась анонимно поговорить со мной. В 2020 году она «выдержала нейтралитет», чтобы и дальше строить в стране свою спортивную карьеру. Девушка мечтала принять участие в Олимпиаде и вместе с тренером возлагала большие надежды на Игры 2024 года.

Теперь перед выходом на работу она чистит телефон: переписки, историю браузера, звонки.

Спортсменка говорит, что в 2020 году, когда ее коллеги выходили на протесты, она рассуждала: «Всех жалко, но я не обязана жертвовать своей карьерой ради этого. Жизнь одна».

«Я пахала с пяти лет. Когда тренер сказал, что из меня выйдет толк, моя мама даже уволилась с работы, чтобы помогать мне», — рассказывает девушка. «При этом, когда началась совсем бойня и беспредел, я даже хотела подписать письмо спортсменов за честные выборы, но потом передумала. Рассудила: “Ну почему я должна собственную жизнь класть на алтарь этой борьбы? К тому же, поменяет ли что-то моя подпись? Не факт. А вот мама точно расстроится, если меня выгонят и весь ее труд пойдет насмарку”».

Сейчас она живет надеждой, что «всё наладится, придумается какое-то решение, и нас допустят». Мы говорим в феврале 2023 года, когда МОК еще не решил окончательно, что делать с белорусскими спортсменами. Спортсменка признает, что тренироваться стало «морально тяжелее». «Когда вокруг всё хорошо, ты можешь сконцентрироваться на себе, думать только о своих результатах, но другое дело — когда тренируешься наудачу. Бегаешь, как мышка в колесе. Без перспектив, без понятной цели. Эффективность этих тренировок — сомнительная».

«Жизнь здесь очень изменилась. В спортивных кругах цветут пышным цветом доносы. Любой может просто позавидовать и написать куда нужно, что ты не в восторге от картофельного короля. Ты всё время в напряжении. Потому что быть лояльным власти здесь стало гораздо важнее, чем быть профессиональным. Иногда я что-то обсуждаю с девчонками, говорю, в какой мы оказались заднице, а потом прихожу домой и злюсь на себя: “А промолчать не могла? Где гарантия, что завтра на тебя не донесут?” Конечно, я задумывалась о том, чтобы уехать, но я смотрю на опыт наших ребят и вижу: многие, кто выступил здесь с протестом, остались за рубежом неприкаянными. МОК не помогает даже им: тем, кто так отчаянно боролся с диктатурой. Они остались одни. То, к чему они шли всю жизнь, выброшено в корзину. Да, с чистой совестью, но вряд ли это стоит загубленной жизни».

«Что они получили в обмен на свою совесть? Ничего, — рассуждает Степан Попов про тех коллег, что остались в стране. — Беларусь образца 2022 — начала 2023 года оказалась изолированной от цивилизованного мира. Всем закрыли рты. Если раньше они молчали, потому что держались за свои зарплаты, то сейчас в стране цветет такая махровая диктатура, что быть рабами — уже не их выбор, это просто единственный способ существовать там».

При этом получили «прям большие плюшки», по его словам, только самые приближенные к Лукашенко. «Сказать, чтобы кто-то прям что-то урвал? Да ничего. Где-то кто-то, еще до войны, съездил на чемпионат Европы или мира вместо того, кого репрессировали. Тренеры же тогда перестали брать на соревнования тех, кто высказывался против режима, — вместо них везли более слабых, но молчаливых. Тем, кто еще и высказывался за действующую власть, за это доплачивали. Но это всё — крохи с барского стола».

Глава седьмая, в которой

Отказ соревноваться с российскими спортсменами навредит украинцам

В январе 2023 года МОК предположил, что всё же сможет вернуть на соревнования россиян и белорусов, которые не поддержали войну в Украине.

Следом подключились эксперты в области прав человека из ООН. Они призвали МОК «принять решение в этом направлении и пойти дальше — обеспечить недискриминацию любого спортсмена по признаку его национальности». Спецдокладчики ООН сказали, что, по их мнению, ни одному атлету «не стоит принимать чью-либо сторону в конфликте».

В марте 2023 года МОК рекомендовал международным спортивным федерациям допустить к соревнованиям под нейтральным флагом российских и белорусских спортсменов, которые выступают в индивидуальных видах спорта, не поддерживают войну и не связаны с армией и силовыми органами.

Для участия под нейтральным флагом, как разъяснил МОК, атлеты даже не должны открыто осуждать войну — международную общественность удовлетворит, если они хотя бы не поддержат ее: не будут высказываться за нее в своих соцсетях и интервью, участвовать в провоенных митингах, носить и публиковать Z-символику.

При этом пока что МОК сохранил запрет для российских и белорусских спортсменов на участие в командных видах спорта. С чем связана эта избирательность, в МОК не объяснили.

В Украине это решение МОК, мягко говоря, не встретило понимания. «Россия завоевала 71 медаль на Олимпиаде в Токио в 2021 году. 45 из них выиграли спортсмены, которые являются членами Центрального спортивного клуба российской армии. Армии, которая творит бесчинства, убивает, насилует и грабит. Вот кого невежественный МОК хочет поставить под белым флагом, позволяя соревноваться», — написал в Twitter министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба.

Зеленский пригласил главу МОК Томаса Баха в Бахмут, чтобы тот «увидел собственными глазами, что нейтральности не существует», когда идет война. Бах ответил, что летом 2022 года уже был в Украине и приезжать снова не планирует.

12 апреля Министерство молодежи и спорта Украины выпустило приказ, запрещающий украинским национальным сборным командам участвовать в международных соревнованиях, если в них также участвуют спортсмены из России или Беларуси. Власти Украины заявили, что за неисполнение этих требований спортивные федерации лишат статуса национальных.

В украинском Минспорта заверили, что украинские атлеты якобы отнеслись к этому с пониманием. Заместитель министра молодежи и спорта Украины Матвей Бедный сказал, что «пока не слышал ни от одного украинского спортсмена о том, что он хочет выйти на одну площадку с россиянином или белорусом».

«Сейчас очень распространена спекуляция, что таким образом [объявляя бойкот] мы освобождаем пространство для россиян, самоликвидируемся с международной площадки и информационного пространства, а россияне занимают наше место. Это совсем не так, — полагает Матвей Бедный. — То, что спортсмены не примут участия, не означает, что наша делегация туда не поедет. Они заявят протест, проведут акции во время этих мероприятий, будут фиксировать нарушения даже тех условных критериев, которые придумал МОК. Докажут, что эти критерии нейтральности несостоятельные. Они не могут защитить мир от агрессии. И таким образом мы свою борьбу выведем на новый уровень».

В МОК на это ответили, что правительства не вправе решать, каким спортсменам принимать участие, а каким нет. Несмотря на реакцию Украины, в комитете ответили, что, если власти Украины запретят своим спортсменам участвовать в одних соревнованиях с россиянами и белорусами, то это решение «навредит только украинскому сообществу спортсменов и национальным спортивным федерациям, и никак не повлияет на войну в Украине».

Примечательно, что, несмотря на рекомендацию МОК не допускать спортсменов из России и Белоруссии на международные соревнования в 2022-м, весь тот год украинские спортсмены соревновались с нейтральными атлетами из этих стран.

Это происходило, когда об этом между собой отдельно договаривались некоторые международные спортивные федерации. Правда, периодически спортсмены попадали в неловкие ситуации.

В январе 2023 года россиянин Александр Головин и украинец Руслан Малиновский обнялись после матча «Монако» и «Марселя» в Лиге 1. Малиновскому потом пришлось за это оправдываться:

«Я понимаю, что лучше бы я обошел его стороной, но так случилось, что он подошел ко мне и поздоровался. После игры все футболисты пожимают друг другу руку, и я чисто машинально это сделал. В индивидуальном виде спорта я даже не вышел бы играть против российского спортсмена, поскольку я полностью поддерживаю отстранение россиян от международных соревнований».

Глава восьмая, в которой

«Они промолчали и поехали, а вы высказались, придурки, и не можете поехать!»

«Сейчас МОК пытается ввести лазейку, чтобы пропустить белорусских и российских спортсменов на Олимпиаду, но спортсмены, которые остались в Беларуси, всё равно будут представлять режим, даже если поедут под нейтральным флагом, — считает Александра Герасименя. — Поэтому их допуск на международные соревнования — морально недопустим. За тех, кто боролся, защищая будущее страны, и потом уехал, стоило бы ратовать. Но только за них».

Сама Герасименя в 2020 году выходила на протесты, была одной из тех, кто создал письмо за честные выборы, и в том же 2020-м была вынуждена уехать из страны.

В декабре 2022 года ее заочно приговорили к 12 годам лишения свободы по статье о призывах к санкциям, и «иным действиям, направленным на причинение вреда нацбезопасности Беларуси».

Она объясняет: «Спортсменов воспринимают как совершенство. На них хотят быть похожими. Конечно: спорт — это же про честность, отвагу, волю, смелость. Но если человек в спорте демонстрирует эти качества, а в жизни — нет, то, мне кажется, он блефует. Стоит ли он того, чтобы отстаивать его права?»

В 2022 году около 500 белорусских спортсменов, большинство из которых к тому моменту уже уехали из страны, подписали антивоенную декларацию. В ней они высказались «за незамедлительное прекращение агрессии, развязанной Российской Федерацией против Украины с использованием территории Республики Беларусь». Это те же спортсмены, кто боролся с режимом в предыдущие годы. Они сделали даже больше, чем МОК впоследствии попросил от их коллег, которые остались на родине. И тем не менее Герасименя говорит, что «пока под большим вопросом, позволят ли им новые условия МОК продолжить карьеру: этих атлетов всё так же не пускают на отборочные соревнования, да и критериев этого допуска до сих пор нет».

Белорусские спортсмены, которые были вынуждены уехать из страны, говорят, что хотели бы выступить на Олимпиаде от «команды беженцев». Такой прецедент в истории уже был. На Играх в Бразилии в 2016 году под олимпийским флагом выступила команда беженцев. В ее состав вошли десять спортсменов из Южного Судана, Сирии, Демократической Республики Конго и Эфиопии.

«Мы хотим, чтобы хотя бы несколько белорусов, которые высказались, поехали на соревнования. Без флага, но это были бы именно те, кто достоин, — говорит Степан Попов. — А если сейчас поедут белорусы, которые молчали, когда их народ мочили, если допустят россиян, которые молчат, когда идет война, — это будет плевок нам в лицо: всем смелым и честным спортсменам.

Уверен, что власть запишет это себе в заслугу и будет этим козырять. Еще и лозунг сделают: «Молчание — золото!». Мол: «Вот видите, они молчали и они поехали, а вы высказались, придурки, — и вы не можете поехать».

«МОК никак не помогает спортсменам, которые боролись с режимом, но так рьяно печется о белорусах и россиянах, которые ничего не делают, — негодует Андрей Кравченко. — Я уже вообще перестал понимать, в чём смысл».

«Смысл в том, — объясняет спортивный журналист Алексей Дурново, — что МОК — не очень-то благородная организация. Он сильно завязан на деньги. Конечно, МОК не хотел бы, чтобы Путин и Лукашенко использовали допуск своих олимпийцев на международную арену как возможность сказать миру: “Видите, мир проглотил то, что мы творим”. Но по финансовым причинам МОКу очень нужно, чтобы российские спортсмены выступали на олимпиадах. Россия щедро спонсирует многие спортивные федерации, признанные МОК. Конечно, от этих денег МОК не хотел бы отказываться. Поэтому и делают эти послабления».

Президент Франции Эмманюэль Макрон тоже высказывается за то, чтобы российских и белорусских спортсменов пустили на Олимпиаду 2024 года. «Олимпиада пройдет в Париже, и, конечно, ему как ее хозяину хочется, чтобы к этому времени всё кончилось, и он бы принял первую олимпиаду после кризиса — олимпиаду, символизирующую свободу, окончание войны и новую жизнь, — считает Дурново. — И опять же, для страны-хозяйки — это тоже деньги. Известно, что россияне любят ездить на олимпиады. На гостях заработает местный бизнес. А что заработает бизнес, то станет налогами. Вся эта история не про заботу о людях и гуманность — а просто про расчет».

***

13 апреля 2023 года Международный союз триатлона уже разрешил белорусам и россиянам выступать под нейтральным флагом. При этом в организации уточнили, что «подтверждают свою солидарность с Украиной перед лицом длительной войны с Россией», и пообещали разработать процедуру, с помощью которой будут проверять, придерживаются спортсмены нейтральных политических взглядов или нет. Федерация триатлона Украины призвала исключить федерацию России из-за российской агрессии. Ко всему прочему, президентом Федерации триатлона в России является дочь министра обороны России Сергея Шойгу Ксения, а большинство российских триатлонистов официально числятся в рядах российской армии. МОК, впрочем, это не смутило.

Следом за триатлонистами Международная федерация дзюдо тоже сообщила, что допустит до международных соревнований спортсменов из России и Белоруссии в нейтральном статусе. В ответ сборная Украины по дзюдо объявила.

Глава девятая, заключительная, в которой

Российские спортивные чиновники обходят всех на повороте и забирают Олимпиаду сами у себя

Российские спортивные функционеры и некоторые атлеты расценили инициативу МОК по их частичному возвращению на международную арену как признание того, что мир не сможет провести Олимпийские игры без них. Впрочем, они заявили, что не согласятся на условия, которые им поставили. Олимпийская чемпионка, а ныне депутат Госдумы Светлана Журова обеспокоилась: «Такими предложениями они хотят заставить общество засомневаться: “А что не так с этим спортсменом? Он что, не патриот? Если его МОК допустил, значит, есть информация, что он не поддерживает СВО. Будет серьезный раскол в обществе”».

Вице-премьер Дмитрий Чернышенко сказал, что России не нужна Олимпиада, ради выступления на которой российским спортсменам «придется предать родину». «МОК выдвигает унизительный ультиматум нашим спортсменам: если хотите участвовать в Олимпиаде, вам нужно, по сути, предать родину, осудить ее, и тогда мы вас пустим, но под нейтральным флагом и без гимна. Разве нам нужна такая Олимпиада? Мы такую Олимпиаду не хотим», — решил за всех он.

Среди российских атлетов лишь некоторые робко высказались, что не готовы смириться с тем, что их многолетний труд был напрасным, и вообще-то готовы согласиться на любые условия ради участия в международных соревнованиях.

Большинство спортсменов, которые остались в России, молча продолжили тренироваться, надеясь на то, что проблема как-нибудь решится сама. Об этом несколько спортсменов рассказали мне анонимно.

Некоторые из тех, кто уже успел проявить себя, тихо уезжают из России, надеясь продолжить карьеру на новом месте. Хотя в нынешних условиях сделать это крайне сложно.

Российский спортивный журналист Виктор Кравченко говорит, что «до 24 февраля сильных российских спортсменов ждали в зарубежных клубах с распростертыми объятиями. «Теперь, — говорит он, — россиян, как и белорусов, никто не ждет. Для клубов они стали токсичным активом. Ни у кого нет уверенности, что кто-нибудь из этих спортсменов не выйдет в майке с изображением Путина. Да и болельщики, в случае командных видов спорта, могут не принять решение клуба взять их».

«Спортсмены находятся в заложниках этой ситуации, — считает футболистка испанского “Эспаньола” Надежда Карпова — одна из немногих спортсменок с российским паспортом, кто открыто выступает против войны. — И уехать они никуда не уедут, еще вопрос — кто их отпустит. И осудить войну не могут — их посадят. И поддержать ее многие не хотят. Просто остаются в этой клетке».