Хромая утка хочет стать Фениксом

Никогда за последние 15 лет, с момента создания России как независимого государства, ее отношения с Западом не были столь скверными, как сейчас. Руководители США и западноевропейских государств уже не стесняясь говорят о невиданной концентрации власти в Кремле, о стремительном движении России в направлении авторитаризма.

Ничем закончились переговоры госсекретаря США Кондолизы Райс в Москве. Стороны не пришли к согласию ни по одному вопросу — ни относительно планов США по развертыванию противоракетной обороны в Европе, ни по поводу намерения Путина объявить "мораторий" на выполнение Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), ни по будущему статусу Косово. Столь же бессмысленным обещает быть и предстоящий саммит Россия — ЕС. Уже заявлено, что не время начинать переговоры по будущему соглашению между Россией и Европейским союзом. Все встречи грозят вылиться в обмен претензиями относительно переноса Бронзового солдата в Таллине и шабаша, устроенного путинскими хунвейбинами у стен посольства Эстонии. Неслучайно Хавьер Солана, представитель Еврокомиссии по иностранным делам, предпочел не участвовать в самарских посиделках.

И одновременно, как это ни парадоксально, происходящее свидетельствует о триумфе путинской внешней политики. Политики, единственная цель которой — создание благоприятных условий отнюдь не для успешного экономического развития России (как записано в Концепции внешней политики), а для сохранения существующего режима. В этом Путин преуспел. Он ловко использовал политиканство Вашингтона и Европейского союза, навязав в качестве первоочередных проблемы, которые имеют к безопасности России, к ее успешному развитию более чем отдаленное отношение. Но поскольку, исходя из собственных политических расчетов, США не могут отказаться от развертывания заведомо никчемной системы ПРО, а Евросоюз обречен искать выход из косовского тупика, в который сам себя загнал, Путин оказался в выигрыше.

На самом деле его вовсе не интересуют ни ПРО, ни ДОВСЕ, ни Косово. Его интересует лишь возможность сохранить существующий режим после 2008-го. Ему нужна уверенность, что Запад без особой критики примет тот вариант сохранения путинской власти, который изобретут в Кремле. И именно сейчас он делает первые успешные шаги в этом направлении.

Единственным реальным результатом переговоров Кондолизы Райс стал обмен обещаниями "снизить уровень риторики". Для Путина это означает отказ от бессмысленных, легко опровергаемых обвинений в адрес Америки, вроде того, что с помощью ПРО американцы пытаются нарушить стратегический баланс и обеспечить собственную неуязвимость от российских ракет. А вот Белый дом берет обязательство (по крайней мере, Путин на это явно рассчитывает), что США откажутся от критики милых особенностей отечественной "суверенной демократии". Дабы "снизить уровень риторики", Вашингтон должен молчать, когда все российское телевидение работает исключительно на путинских "преемников", когда с политической оппозицией расправляются полицейскими методами.

Если Путин — "хромая утка", если он не собирается оставаться у власти после 2008-го, то все это не имеет для него ровно никакого смысла. Представим, что Запад действительно "снижает риторику" и закрывает глаза на то, как осуществлялась передача власти. Но в таком случае у Вашингтона и Брюсселя возникают обязательства только перед новым хозяином России, а отнюдь не перед Путиным В.В. Последний же автоматически превращается в козла отпущения. Именно на него "друг Джордж" и "друг Жак" будут указывать, объясняя, почему Россия выбрала авторитарный путь. С приятностью пить пиво в Мюнхене и шампанское в Париже, читая по всему миру лекции, у Путина уже вряд ли получится. Как только он уйдет из власти, для всего мира он станет отставным подполковником КГБ, который вернул Россию к авторитаризму. Думаю, он отлично отдает себе в этом отчет. Стало быть, максимально обостряя под надуманными предлогами отношения с Западом, дабы заставить его не обращать внимания на особенности российской "демократии", Путин намерен остаться во главе страны. Наша гордая хромая утка намерена стать Фениксом.