В оппозиции

Нас всех осудят пожизненно

8 ИЮЛЯ 2013 г. ГЕОРГИЙ САТАРОВ

Если от главного здания страны на Лубянской площади вести на карте прямую линию на северо-восток, то через некоторое время она пересечет психбольницу им. Ганушкина, мазнет Мосгорсуд, тут же наткнется на Богородское кладбище, затем пересечет Лосиный остров и ринется дальше. Если упорствовать и двигаться прямиком, по бездорожью, то рано или поздно минем многочисленные остатки гулаговских лагерей, ждущих скорого возрождения, пока мы не упремся в холодные воды Хайпудырской губы. Вот такая география. И история. И современность, которая для нас, для меня, моей семьи, моих читателей, смею предполагать, последнее время сжалась в крохотный сюжетный пятачок, весь закрываемый одной темой: где, кого и за что судят. Обратите внимание: я не упомянул вопросительное слово «как», поскольку везде, ну, почти везде, судят одинаково: беззастенчиво противозаконно.
Из всего этого месива дел, ставших главным содержанием политической жизни в России, я пристальнее всего слежу за делом «узников Болотной». Тому несколько причин, но я назову главную, не только для меня, но и для всех граждан страны.
Два судилища над Ходорковским и Лебедевым имели «узко профессиональные» цели: припугнуть небольшой круг олигархов старой волны и прибрать к рукам жирные куски собственности. В качестве побочного эффекта страна получила новый стандарт репрессивного давления власти на бизнес вместе с гигантским взлетом личных богатств членов «вертикали власти». Последствия: десятки тысяч невиновных предпринимателей по тюрьмам страны, бегство капиталов и предприимчивых, талантливых людей, которые могли бы сделать страну богаче. И еще – беспрецедентный взлет зависимости нашей экономики и нашего бюджета от торговли минеральными ресурсами. Короче говоря, пропасть финансово-экономической катастрофы, в которую толкает нашу страну путинский режим, стала много глубже и неизмеримо опаснее, чем пятнадцать лет назад.

Суды над участниками майского шествия 6 мая 2012 года имеют совершенно новую природу. Обвиняемые в иных судебных процессах легко опознаются по конкретным действиям, которыми они навредили нынешней власти, с ее точки зрения, естественно. В данном случае все по-другому. Когда начиналась открытая часть процесса и судья опрашивала подсудимых, намереваясь получить подтверждение того, что им понятна суть обвинения, все как один ответили отрицательно. Судья не упустила случая порезвиться, осведомляясь об образовании подсудимых и об их знакомстве с русской лексикой. Но недоумение подсудимых было понятно, и было ясно выражено: они не увидели в обвинительных заключениях, какие именно их собственные действия им инкриминируются.
В это трудно поверить, но это так. Хотите убедиться сами? Это легко. Прочитайте на сайте www.6may.org ходатайство Николая Кавказского (юриста по образованию), посвященное именно этому: отсутствию в обвинении собственных действий обвиняемого. Почитайте: это баллада, юридическая, естественно. Для примера — вот один из коротких куплетов (а их там девять):
«В обвинении указано, что «в период времени с 16 час. до 20 час. 06.05.2012» неустановленные лица совершили «вышеуказанные действия», приведшие к «возникновению» массовых беспорядков. Значит, сами массовые беспорядки, если они были, могли начаться только после 20 часов. В обвинении не указывается ни время возникновения, ни время окончания массовых беспорядков. Но зато утверждается, что у меня «…не позднее 17 час. 06.05.2012 возник преступный умысел на участие в массовых беспорядках». При этом обвинение не утверждает, что я готовился к совершению массовых беспорядков заранее. Прошу разъяснить: как у меня не позднее 17 часов мог возникнуть умысел на участие в том, чего в это время ещё не было и к чему я не готовился заранее? И что я с этим умыслом делал?»
Обвинения против остальных узников 6 мая скроены таким же типовым образом. Легкие признаки отличий, например, в фамилиях обвиняемых, демонстрируют полное отсутствие фантазии и беспомощность бездарей, готовивших обвинительные заключения. В каждом из обвинений перечисляются более семидесяти потерпевших полицейских. Из них только восемь фигурируют в различных обвинениях, остальные стали жертвами «неустановленных лиц», но все они пристегиваются к обвинениям каждого узника, как и пять потерпевших юридических лиц. Называются фантастические суммы ущерба, подсчитанные с высокой точностью; в чем состоял ущерб — не указывается, видимо, этот факт так же не установлен следствием. В обвинениях не указывается, какие действия каждого из обвиняемых привели к этому ущербу. Единственное, что вменяется всем конкретно: внезапно и одновременно возникший у всех «преступный умысел». Короче говоря, все эти обвинения — пустая и бездарная юридическая лажа, которая у нормального юриста не может вызвать ничего, кроме недоумения и смеха.
Тут, впрочем, ничего нового. Столь же нелепы были обвинения против Ходорковского и Лебедева, по второму делу — уж совсем очевидно. В чем же тут дело? В докладе Комиссии «Круглого стола 12 декабря» по Общественному расследованию событий 6 мая 2012 года на Болотной площади установлено, что события на Болотной площади 6 мая стали результатом заранее спланированной провокации, предпринятой властями. Стратегическая цель сейчас очевидна: это было началом кампании по тотальному запугиванию общества. Это подтверждается всеми дальнейшими действиями власти, от хода следствия до вала держимордовских законов. Чтобы оправдать беззаконие 6 мая и все последующие действия, необходимо было убедить всех в том, что на Болотной были массовые беспорядки. Образ массовых беспорядков создавался и создается самой властью собственными массовыми беззакониями. На Болотной 6 мая была поставлена задача схватить как можно больше народу, причем хватали произвольно, всех, кто попадался на пути омоновцев. Тот же эффект должны производить и массовые уголовные процессы (ровно так действовал Сталин восемьдесят лет назад). На это же работает вранье с числом жертв и величиной ущерба. Короче говоря, миф о массовых беспорядках внедряется с помощью массового вранья. Тут тоже нет открытия. Те же восемьдесят лет назад этот подход придумал Геббельс — министр пропаганды Гитлера.
Но главное, все же, в другом. Дела против Ходорковского и Лебедева были движимы ненавистью и жадностью. Они стали поворотными в судьбе российского бизнеса. Нынешние дела, в первую очередь дело, о котором я пишу, движимы ненавистью и страхом. Их мишень — все общество, которое и является теперь главным источником страха у власти. Расправа над узниками Болотной задаст новый стандарт произвола в стране, точнее, обозначит новый период, когда никаких стандартов не будет. Если будут осуждены эти ребята и девочки, при полном отсутствии для этого правовых оснований, под угрозой окажется свобода и жизнь каждого в стране. Точно так же, как произвол в отношении предпринимателей мгновенно распространился с самой вершины бизнеса до мелких лавочников, точно так же потенциальной жертвой произвола в России станет любой ее гражданин. Каждый из нас теперь виноват самим фактом своего существования на территории своей страны, независимо от пола, возраста, образования и убеждений.
Для меня предельно ясно: защищая, в меру своих возможностей, узников Болотной, я защищаю себя, свою семью, своих друзей и знакомых и множество неизвестных мне людей. У меня нет сомнения: если мы его проиграем, то проиграем и страну.
Я прошу всех вас задуматься над моими словами и решить, что каждый из вас может сделать, чтобы нас всех, именно нас всех, не осудили в Мосгорсуде. Пожизненно.

P.S. Я буду еще писать об этом процессе.

Фото EPA / ИТАР-ТАСС