В обществе

Хор имени В.В. Путина

11 МАРТА 2014 г. ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

Признаюсь, я не люблю хор. О вкусах не спорят, и я уважаю выбор людей, предпочитающих групповое пение. Тем более что есть сферы и ситуации, в которых хор функционален и органичен. Например, военный хор служит для поднятия боевого духа. Церковный хор — для прославления бога. Или, например, праздничное застолье, в котором хоровое пение служит заменителем общения при отсутствии общих тем для разговора, а также позволяет переварить съеденное и, создавая интервалы между тостами, хоть немного уменьшить объем выпитого.

Но в некоторых сферах хор, то есть коллективное исполнение одной и той же песни под одинаковую музыку, неприемлем. К числу таких сфер относятся, например, наука и журналистика.

Как бы вы оценили функциональность научной конференции, в которой сотня ученых на два голоса исполняет песню с одним куплетом, например «Дважды два — четыре!». Вот представьте, теноры-доценты затягивают: «Дважды два — четы-и-и-ре!» Потом вступают басы-академики: «Дважды два — четыре, ох, четыре!» Потом снова теноры. И опять — академики. При хорошей аранжировке и талантливом дирижере это может выглядеть вполне пристойно, но назвать такую конференцию научной смогут немногие.

В журналистике хоровое пение также означает выход за пределы профессии, что и происходило с советской прессой. Но поскольку сегодня Россия все больше проникается агрессивно-военным экстазом в связи с аншлюсом Крыма и религиозным экстазом в связи с культом Путина, то для выражения этих двух экстатических состояний единственной адекватной формой становится хор. Хор, который все больше захватывает журналистику и в целом сферу публичности. Коллективные письма «в поддержку» и коллективные письма «в осуждение». Митинги «за» и митинги «против». Хоры наступают и становятся все децибельнее.

Русский мир не место для дискуссий. Он вообще не место
В первые месяцы информационной войны с Украиной телевизионные войска Путина использовали формат имитационной дискуссии, когда приглашенный специальный жертвенный либерал показательно затаптывался дежурным провластным имперцем при активной поддержке ведущего и ликовании зала. Эталоном такой эрзац-дискуссии была программа Соловьева «Поединок», которая уже несколько недель снята с эфира.

Вместо нее по эфиру беспривязно к какому-либо дню недели гуляет «Воскресный вечер» с Владимиром Соловьевым, который («Воскресный вечер», а не Владимир Соловьев), как медведь-шатун, может внезапно напасть на телезрителя когда угодно, кроме, пожалуй, воскресенья. Форматы, в которых пусть формально, но все-таки присутствовала дискуссия, диалог, были вытеснены форматом хора.

В «Воскресном вечере», который Соловьев назначил на пятницу 7 марта, было два солиста, один из которых, исполнив свою партию, задал хору необходимый ритм, а второй, будучи вообще не хоровым человеком, зачем-то пришел на эту сцену и тем самым создал иллюзию, что в этом хоре могут участвовать самые умные и достойные люди. Первым солистом был Дмитрий Песков, вторым — Михаил Жванецкий.

Песков говорил долго и сказал много важных вещей. На вопрос Соловьева, есть ли наши войска в КрымЕ (Соловьев почему-то упорно склонял несчастный полуостров так, как будто он был женского рода, я даже сначала не понял, что же это за «Крыма» такая), Песков решительно поддержал своего работодателя и заявил, что никаких наших войск там нет. При этом глаза у Пескова были совершенно круглыми от честности.

Потом он сказал несколько удивительных вещей, которые надо просто цитировать, поскольку понять их совершенно невозможно. Первое: «То, что происходит на востоке Украины и в Крыму, не имеет никакого отношения к России». Конец цитаты. «Никакого отношения», видимо, означает, что парламент Крыма не инициировал присоединение полуострова к России, а по городам России не проходят народные сходы бюджетников в поддержку этого процесса. То есть Песков по сути опроверг все то, что путинские телевизионные войска показывали последние несколько дней.

Потом Песков отметил, что рейтинг Путина зашкаливает и ввел в политический и математический оборот выражение «нанопятая колонна». Поскольку приставка «нано» означает одну миллиардную исходной единицы, то российская пятая колонна насчитывает намного меньше одного человека, и было совершенно непонятно, зачем на такое микроскопическое образование тратить время и слова.

Но потом Песков сказал очень важную вещь. Он, на самом деле, сформулировал новую геополитическую топологию. Судите сами. Цитирую: «Сможет ли Россия остаться безучастной, если где-то ущемляются права русских? Россия — это страна, на которой зиждется Русский мир. Путин — гарант Русского мира». Конец цитаты. В древности люди думали, что земля покоится на трех слонах, которые в свою очередь стоят на спине черепахи. Песков знает, что огромный Русский мир опирается на Россию, а всю эту громоздкую конструкцию, Россию плюс Русский мир, держит на своих плечах один человек — Путин.

Поскольку Песков по должности обязан говорить то, что думает Путин, значит, вся вот эта фантасмагория поселилась в голове нашего президента. В голове человека, у которого в руках ядерная кнопка. И от этого становится не по себе.

Есть еще одно следствие той конструкции путинского мира, которую описал Песков. Защита прав граждан своей страны, в том числе и за ее пределами, это нормально. Защищать интересы людей выборочно по этническому, языковому, конфессиональному или культурному признаку — это нацизм. Так делал Гитлер, строя свой арийский мир и новый мировой порядок. Введение войск в Украину для защиты русского и русскоязычного населения есть вполне нацистская практика.

Что такое этот самый «Русский мир», и как Путин может быть его гарантом? Британский социолог Бенедикт Андерсон определял нации как «воображаемые сообщества». То есть у людей в головах есть представление о тех, кто им близок по языку, культуре, кровному родству и общей истории. Вот эта общность, которая живет в головах, и есть нация, в отличие от «политической нации», которая живет в границах государства и закреплена гражданством.

«Русский мир» — это воображаемая конструкция, живущая в головах людей, говорящих на русском языке, считающих русскую культуру своей культурой и воспринимающих русскую историю как историю своих предков, фактически как свою пред-биографию. Русский мир больше России: он насчитывает около 200 миллионов человек на планете, которые назвали русский язык родным (2009 год), Россия — чуть больше 140 миллионов. К тому же размеры Русского мира съеживаются на глазах как шагреневая кожа.

И здесь многое зависит от того, кого считать гарантом Русского мира. Если мы исходим из того, что таковыми гарантами являются Толстой, Достоевский, Чехов и Набоков, то у Русского мира есть шанс сменить цикл скукоживания на цикл расширения. Если таким гарантом мы будем считать Путина и сам Путин будет так думать, то вскоре Русский мир станет равным России, а потом уменьшится до размеров части России, то есть будет меньше своей государственной основы. Политика и риторика нынешних российских политиков делает этот вариант развития Русского мира наиболее реалистичным. Если эфир на русском языке заполняется Жириновским, Песковым и, например, Мамонтовым, то число желающих на этом языке изъясняться в исторически короткие сроки устремится к нулю.

Путинский хор покраснел. Не от стыда, а от гордости
На пятничный «Воскресный вечер» соловьевские хористы пришли в праздничном настроении и в праздничных одеждах. У них был внеочередной день Победы и в студии царила обстановка триумфа и легкой грусти по утраченному Советскому Союзу и Красной Армии.

Жириновский в красном костюме и красной бабочке объяснил, что Крымская война (1853 – 1856) была началом Первой мировой (1914 – 1918), а эта самая Первая мировая была войной всего мира с Россией. Поскольку регламент хора не предусматривает вопросов хористам, то никто не спросил Жириновского, часто ли в мировой истории встречаются войны, внутри которых бывает мир, длящийся почти 60 лет, и как получилось, что в рамках одной и той же войны Англия и Франция сначала воевали против России, а во втором акте военной баталии стали ее союзниками.

Но это было еще не самое яркое выступление. Зюганов как о чем-то общеизвестном сказал, что НАТО — это фашисты. И также буднично добавил: «Фашисты стали палить в печах русских, евреев и всех остальных славян». Конец цитаты. Я был потрясен, поскольку несколько лет назад проводил большое социологическое исследование еврейского народа в России и в этой связи проштудировал гору литературы по иудаике, но нигде не встречал утверждения, что евреи — это славяне. Полагаю, что за это открытие, а также за систематизацию и обнародование фактов массового уничтожения натовскими фашистами «русских, евреев и всех остальных славян» Геннадия Андреевича ждет мировая научная слава. Тут главное срочно изложить все это на бумаге и издать под своим именем, иначе лавры могут украсть.

Но подлинным героем «Воскресного вечера» стал политолог, историк и политик Вячеслав Никонов. Я впервые вижу, чтобы при наличии в студии Жириновского, чьи-то выступления были более яркими (в данном контексте слово «яркий» — синоним слова «безумный»). Сначала Никонов, отвечая на вопрос Соловьева, является ли уникальной ситуация с переходом Крыма из одной страны в другую, мгновенно ответил, что это рутинная мировая практика, основанная на праве наций на самоопределение. И тут же выстроил ряд, в который органично, по его, Никонова, мнению, встраивается ситуация с Крымом: объединение Германии, раздел Чехословакии и Югославии.

И опять формат хорового пения исключил ряд очевидных вопросов к историку Никонову. В чем, например, он, Никонов, видит сходство между ситуацией с Крымом, когда часть страны (Крым) против воли страны в целом (Украины) при участии войск другой страны (России) собирается войти в состав этой другой страны, в чем сходство этой ситуации с разделом Чехословакии, совершенным при обоюдном желании и законодательном волеизъявлении обеих частей разделяющейся страны? В чем сходство крымской ситуации с объединением двух Германий, которое также произошло при обоюдном желании граждан обеих стран объединиться? В чем сходство с разделом Югославии, в которой полномасштабную гражданскую войну удалось остановить лишь вводом войск ООН? При отсутствии вопросов и попустительстве дирижера хорист Никонов продолжал и дальше фальшивить. Его триумф был в самом конце первой части пятничного «Воскресного вечера».

Когда в завершение первой части вечера Соловьев дал слово Никонову, то по установившейся в студии тишине я понял, что сейчас что-то произойдет. Всегда тихий и номенклатурно-сдержанный историк и политолог Никонов вдруг надулся, стал красным, немного изогнулся коньком-горбунком и заорал на всю студию: «Как сказал мой дед, наше дело правое! Враг будет разбит!! Победа будет за нами!!!» Жириновский, который явно завидовал триумфу Никонова, бросил ехидную реплику: «Ну вот. Наконец-то. А то все стыдился деда своего, Молотова». На что Никонов гордо парировал: «Никогда не стыдился. Всегда гордился».

Внук за деда, понятное дело, не отвечает. Но тут ведь дело в общественной атмосфере, в настроениях, которые Никонов всегда улавливал весьма чутко. В 1990-1991, работая в Администрации президента, любил подчеркнуть, что входил в «команду Горбачева». Затем в 1996-м был одним из руководителей Общероссийского движения в поддержку Ельцина. Сейчас входит в круг путинских идеологов, возглавляет тот самый фонд «Русский мир». На моей памяти Никонов впервые так публично вытащил из семейного шкафа скелет своего знаменитого деда и предъявил его для такого широкого обозрения, да еще с такой нескрываемой гордостью.

Внучку есть чем гордиться. Вячеслав Михайлович Молотов — один из главных организаторов сталинских репрессий, абсолютный лидер по числу подписанных им лично расстрельных списков. На его счету их 372, у Сталина всего 357, не говоря уже об остальных членах сталинского Политбюро, совокупный палаческий показатель которых был меньше, чем у двух главных расстрельщиков, из которых Молотов, повторюсь, был первым. На резолюциях Молотова всегда была приписка, сделанная его рукой: «Заменить 10 лет на расстрел».

К подвигам деда, которыми гордится нынешний руководитель фонда «Русский мир», надо отнести ключевую роль, которую Вячеслав Молотов сыграл в организации Голодомора на Украине в 1931-1933 годах, а также прямую вину в организации Катынского расстрела.

Недавно российское телевидение показало фильм «Чикатило на Майдане», для чего, желая очернить Майдан, привезли в Киев сына серийного маньяка Чикатило. В самом начале фильма было сказано, что сын маньяка живет в вечном страхе, что кто-то узнает, чей он сын, прячется, меняет адреса, гримируется, ходит пригибаясь и скрывает лицо. На совести Чикатило в тысячи раз меньше трупов, чем на совести Молотова. Прятать лицо и скрываться Вячеславу Никонову совсем необязательно. Но как-то поменьше выпячивать свое родство с дедом-людоедом и не приводить его публично в качестве исторического примера для подражания было бы разумно. Увы, для выступлений соловьевского хора такие напутствия смысла не имеют, и миллионы телезрителей получили очередную дозу 100-процентного сталинизма прямо в мозг.

Жванецкий, вляпавшийся в Соловьева
В третьей части «Воскресного вечера» хор экспертов отвечал на вопрос о санкциях, которые Запад может устроить России за захват Крыма. Хор выстуцпал слаженно, никто не выбивался. Все говорили о том, что санкции — это наш шанс развить собственное производство, а «США и Европа рубят сук, на котором сидят». Это цитата из депутата ГД Звагельского. Этот депутат вообще источник многих мудрых идей, и я удивлен, что он не входит в основной состав телеэкспертов наряду с Жириновским и Марковым. Депутат Звагельский, например, сказал, что, «если нам перекроют импортное продовольствие, мы тут же поднимем сельское хозяйство». Конец цитаты. В продолжение этой идеи можно было бы предложить закрыть границы, прекратить всякую внешнюю торговлю и ликвидировать Интернет. Вот тогда у нас поднимется сразу все.

«Россия сосредотачивается». Эти слова дипломата Горчакова, сказанные им после Крымской войны, сегодня стали любимым словосочетанием экспертов и политиков наряду с «Русским миром», гарантом которого является Путин. Еще один шедевр экономической мысли продемонстрировал депутат Калашников из международного комитета Госдумы. Его тоже радует грядущая изоляция России, поскольку «мы тогда будем лучше развивать свои силы». Это было банально, поскольку данную мысль разными словами излагали практически все. Но голос Калашникова не потерялся в хоре, когда он решительно заявил: «Если нам закроют европейский рынок газа, мы газифицируем Сибирь». Я думал, что это будет лучшее экономическое решение вечера. Я ошибся.

Лучшим экономистом «Воскресного вечера» оказался политолог и член ОП РФ Дмитрий Орлов, который заявил: «Санкции — это очень хорошо. При курсе 35 рублей за доллар бюджет становится бездефицитным и все социальные обязательства будут выполнены». Конец цитаты. Вот уж действительно, «умри, лучше не скажешь». Правда, кто-то из экспертов промямлил, что зарплаты будут усыхать вместе с рублем, а цены расти вместе с долларом и евро, но это завистливое шипение мало кто услышал. Так что экономический рецепт вечера по праву принадлежит политологу Орлову.

Однако главное событие «Воскресного вечера» состоялось во второй части и было посвящено юбилею Жванецкого. Видеть ММЖ в передаче Соловьева было тяжело, и, думаю, не только мне. Нет, Михаил Михайлович не сказал ничего стыдного и пошлого. Наоборот, в ответ на пошлейший вопрос Соловьева «Тяжело ли любить Родину?» ответил асимметрично и тонко: «Тяжело любить две Родины», и тут же объяснил, что у него и Одесса навсегда и Питер навсегда.

Но эти две-три фразы Жванецкого не сделали «Воскресный вечер» Соловьева менее отвратительным и вредным для страны действом. Алмаз в навозной куче не делает навоз лучше. Сам алмаз объективно хуже не становится и не теряет свои свойства. Им по-прежнему можно резать стекло. Но многие из тех, кто видел этот алмаз в данной субстанции, не захотят его вставлять в оправу и носить на теле.

Михаил Михайлович Жванецкий — один из главных учителей нескольких поколений советских людей. Он научил нас разговаривать на русском языке. И видеть, как нашего учителя с его согласия использует для придания себе масштабности и блеска упомянутая субстанция, было неловко. А главное, не оставлял вопрос: зачем? Видел же и знал, КУДА и к КОМУ идет, в КАКОЙ компании оказывается…

Дерьмо в траве
Понимаю, что обилие неаппетитных метафор делает чтение данного памфлета занятием не самым приятным. В оправдание свое могу сказать, что те, кто видит объект моих наблюдений в живую и знаком с источниками, мне, как правило, сочувствуют и удивляются сдержанности моих текстов.

Выражение, поставленное в подзаголовок, я впервые услышал более полувека назад от немолодого и желчного друга нашей семьи, который приходил в наш дом поиграть в шахматы и обсудить текущий момент. «Дерьмо в траве намного хуже, чем просто дерьмо, потому, что в него легче вляпаться». Исходя из этой логики, я полагаю, что Александр Минкин хуже, чем, например, Дмитрий Киселев или Аркадий Мамонтов, поскольку субстанция последних вполне открыта для наблюдения, а то, что представляет содержание некоторых текстов Минкина, скрыто яркой и густой травой его литературных метафор, обилием верных высказываний, остро критичных по отношению к власти, да еще и изложенных хорошим русским языком.

В колонке, опубликованной в «МК» под заголовком: «Крым, ты чей?»(Кровь уроков истории), Минкин с размахом бичует пороки западных политиков. Он задает вопрос: «Кто решает судьбу планеты — народы или политики?» И тут же приводит ряд политиков, которым явно нельзя доверять планету: Гитлер, Буш-младший, Янукович, Медведев. Заметим, что Путина в этом ряду нет. Ему, видимо, Минкин судьбу планеты доверить готов. Далее Минкин делает экспресс-обзор выступлений ведущих политиков Запада и приходит в ужас: «Все думают о деньгах и о ж… А где же душа?!» — спрашивает Минкин. И делает неизбежный вывод: «Люди, которые думают только: а) о деньгах, и б) о ж… вообще не имеют права руководить народами». Конец цитаты.

Я готов согласиться с Минкиным в том, что люди, думающие о такой ерунде, как деньги и ж…, недостойны руководить народами. И мне бы тоже хотелось, чтобы ими руководили только те, кто думает и говорит исключительно о душе. Немного смущает, что о душе, о духовном, о морали и патриотизме много говорят в основном тоталитарные диктаторы. При этом тоталитарные диктаторы никогда не говорят ни о деньгах, ни о ж… Вы когда-нибудь слышали, чтобы о чем-нибудь подобном говорили Сталин, Гитлер, Ким Чен Ир? А Кастро или Чавес? Да и Путин не уделял особого внимания этим двум табуированным Минкиным темам. Зато о душе, духовности и патриотизме сколько угодно.

Но это все была густая трава, за которой спрятана главная субстанция, то главное содержание, ради которого писалась статья. «Если Крым хочет вернуться в Россию после 20 с небольшим лет очень условной разлуки, то он имеет на это право», пишет Минкин. А все, кто такой поворот событий называют аншлюсом, применяют двойные стандарты. Для превентивной дискредитации всех «этих» и были сказаны все слова про пристрастие к деньгам и ж… западных политиков, чьи мнения на этом основании должны быть признаны морально ничтожными.

«Говорят:''Народ Украины – против!''А кто это? Сколько их?»—вопрошает Минкин. Опросам общественного мнения Минкин не доверяет, поэтому вопрос «Сколько их?» неизбежно повисает в воздухе, иначе можно было бы ответить, что, по февральскому опросу, лишь 12,5% граждан Украины хотят присоединения к России.

И, наконец, квинтэссенция минкинского текста, в котором автор цитирует самого себя прошлого и соглашается с самим собой: «Крым? Да. Это та цена, ради которой мы переживем любые ваши (наши) подлости. За возвращение Крыма я бы всех украинских уголовников произвел в генералы». Можно представить себе размер индульгенции, которую Минкин готов выдать Путину за «возвращение Крыма». Думаю, она, эта индульгенция, накроет всю Россию, и еще останется, чтобы накрыть все постсоветское пространство.

К хору имени В.В. Путина присоединяются все новые исполнители. Такова логика военно-патриотической истерии. Тем более что участие в военном хоре — дело довольно безопасное и, как правило, очень прибыльное.



Фотография ИТАР-ТАСС / ЕРА / HOW HWEE YOUNG