Адам Сэмпсон: Бездомность в Великобритании

Адам Сэмпсон

Британия находится на четвертом месте среди богатейших стран мира, она процветает в экономическом плане и обладает развитой, прогрессивной системой социального обеспечения. Однако, несмотря на такую репутацию, если пройти по любому британскому городу ночью, вы с большой степенью вероятности встретитесь с наиболее очевидными жертвами бездомности: молодые мужчины и женщины, свернувшиеся на картонных коробках, дрожащие от холода, - свидетельство зияющих прорех в безопасности государства.

У подавляющего большинства британцев относительно высокий уровень жизни, и бездомность для них не ежедневная забота. Но для некоторых более уязвимых групп нашего общества – людей, вышедших из тюрьмы, личностей с психическими отклонениями, молодых людей, вышедших из-под государственной опеки, родителей-одиночек и пожилых людей – риск стать бездомными намного выше. Для них между наличием жилья и бездомностью пролегает очень зыбкая граница, не говоря уже о значительном количестве людей, которые постоянно колеблются относительно этого порога бездомности.

Возьмём Стефани, которая была вынуждена покинуть свой дом в возрасте 22 лет. Годами она страдала от домашнего насилия и в конце концов решила, что ночь на улице предпочтительнее жестоких побоев. Но вскоре, после того как местная власть отказала в помощи, она обнаружила, что ей не к кому обратиться: «Я вышла. Я очень хотела причинить себе вред, я не переставая плакала и я не знала, что делать. Мне нужно было хоть с кем-нибудь поговорить, но никого не было».

На следующую ночь Стефани получила место в ночлежке. «Но они сказали, что могут дать мне ночлег только на одну ночь. Этот было ужасное, очень грязное, наводящее тоску место. Еще я не увидела там ни одной женщины. Я спала в пальто и туфлях».

Стефани – одна из множества бездомных людей, чей опыт обращения в ночлежку оказался отрицательным, и некоторых это активно подталкивает к тому, чтобы жить на улице. В недавнем опросе, проведенном Shelter, 57% респондентов упомянули проблемы с другими жильцами в ночлежках, включая употребление наркотиков, алкоголя, насилие, кражи и запугивание. Однако, учитывая, что 70% говорят, что они в какой-то момент вообще не могли найти места в ночлежке, недостаток спальных мест продолжает оставаться основной причиной того, что люди оказываются на улице. Наряду с необходимостью большего количества ночлежных мест, эта нехватка частично усугубляется «удерживанием кроватей» в ночлежках за бывшими бродягами, поскольку им недостаточного предоставляется жилье.

Поселение в ночлежке, конечно, помогает людям уйти с улиц, но не решает проблему, потому что для большинства людей бездомность – это продукт большого ряда других сложных взаимосвязанных проблем. Для Дина (32 года), который 10 лет был героиновым наркоманом, «наркотики были большей проблемой, чем бездомность. Я не воспринимал бездомность как проблему». В итоге, выйдя из тюрьмы, он из-за своей зависимости 2 года жил на улице, борясь за постоянное место жительства. Наконец он нашел место в ночлежке, где смог взяться за первопричину своих проблем путём прохождения программы детоксикации, и с тех пор он уже 6 месяцев не употребляет наркотики. В опросе, проведенном “Shelter”, 23% людей указали алкоголь и наркотики как основную причину бездомности.

10 лет назад, когда Тони Блэр только пришел к власти, было дано обещание снизить число бродяг по крайней мере на две трети, чтобы в конечном счёте «приблизить их число к нулю, насколько это возможно». С тех пор удалось добиться некоторых реальных успехов, и тысячам людей помогли выбраться с улицы. Но для Дина, Стефани, и тысяч других бездомных или уязвимых людей всё еще требуется сделать гораздо больше, чтобы дать им возможность выйти из замкнутого круга бездомности.

Нужно срочно предоставить больше спальных мест в ночлежках и приютах, включая те, в которых люди могут получить доступ к важнейшим программам лечения от алкогольной и наркотической зависимости. Правительство должно также предоставить более низкие цены на жилье социального найма, чтобы дать людям шанс выбраться из ночлежек и найти доступное, постоянное, безопасное пристанище. Помимо увеличения обеспечения жильем социального найма, правительство должно также увеличить доступную этим людям поддержку, чтобы помочь им обосноваться в постоянном жилье, подстраховать их с арендными сроками, найти работу, управлять своими доходами и развить в них уверенность в себе.

Хотя уличная бездомность – клеймо, порочащее британское общество в XXI веке, это в сущности просто одна из форм гораздо более широкой и сложной проблемы бездомности, которая зачастую остается незамеченной. В отличие от того, как многие воспринимают бездомность, это понятие применимо к любому человеку, у которого нет дома, а не только к тем, у кого нет крыши над головой. На сегодняшний день в Британии около 90 000 хозяйств ютятся во временном жилье, и многие из них – семьи с детьми. Они могут месяцами и даже годами дожидаться, чтобы местные власти выделили им жилье, в помещениях зачастую плохого качества и не подходящих для этого.

Трейси со своим партнером Найджелом жили в съемном помещении, но после того, как они пожаловались на грибок, распространяющийся по стенам, от которого болели их сыновья, хозяин их выселил. Они не могли позволить себе снова снять жилье частным образом, потому что пара не зарабатывала достаточно денег, чтобы оплачивать дорогостоящую аренду в их районе. Идти им больше было некуда, и местные власти поселили семью в соседнем районе, во временном жилье, далеком, к сожалению, от совершенства. Семейству приходится час добираться до школы, где Трэйси работает в столовой. Она говорит: «Дети должны вставать в 6, потом еще полчаса идти пешком, потом полчаса ехать на автобусе. Я не хотела, чтобы они перешли в другую школу, потому что они там уже привыкли и у них много друзей. Кроме того, в управлении мне сказали, что я буду жить во временном жилье самое большее 18 месяцев. Прошло почти 3 года».

Главная причина этой очереди за жилплощадью - хроническая нехватка жилья социального найма в Соединенном Королевстве. Исторически оно строилось центральным правительством и было направлено на решение вопроса недорогого жилья благодаря субсидированной аренде. Начиная с 1980 г. 2,5 млн. этих домов были распроданы, но замены им последующими правительствами не было построено. Нигде воздействие такой политики не было острее, чем в Лондоне, где тысячи семей живут в самой гуще британского жилищного кризиса. Здесь давление на остатки биржи жилья социального найма усугубилось заоблачными ценами на недвижимость, выталкивая домовладение и даже частный съем за пределы возможностей многих людей. Это усилило дифференциацию в Лондоне, просто не оставив многим обычным семьям и тем, кто покупает жилье впервые, возможности найти что-либо по доступной цене.

В то время как многие люди не имеют доступа к рынку недвижимости, непродуманные методы банковского кредитования предполагают, что люди на нижней границе потребительских возможностей стремятся (и имеют возможность) поднапрячься и зацепиться одной ногой за эту лестницу недвижимости. Всего пять лет назад большинство ипотечных кредиторов отвергли бы ипотечные заявления, которые запрашивали сумму, более чем втрое превышающую зарплату человека. Но позже, вплоть до недавнего времени кредиторы с готовностью выдавали суммы до семи раз превышающие зарплату заемщика. Теперь, когда вступило в силу ограничение кредитования, всё большее число собственников оказывается в стесненном положении из-за роста ипотечных расходов, процентов, а также цен на бензин и еду, из-за чего многие обычные семьи живут под угрозой изъятия жилья за неплатеж и дальнейшей бездомности. Только в этом году 37 740 семей столкнулись с судебными исками, инициированными их ипотечными кредиторами, и это на 20% выше, чем ровно год назад, что указывает, что число бездомных может дать всплеск в будущем году.

Итак, куда ни посмотришь – на семью, снимающую жилплощадь, на семью, столкнувшуюся с изъятием за неплатёж, или на молодого человека, вышедшего из-под государственной опеки и борющегося за приличное жилье, картина в сегодняшней Британии оказывается весьма плачевной. Если смотреть на проблему изолированно, только в ее современном контексте, можно не заметить значительных успехов в борьбе с бездомностью, особенно за последние 40 лет.

В 1966 г. фильм «Кэти, вернись домой» показал душераздирающую картину разрушения семейной жизни из-за утраты дома. Фильм, который посмотрели по BBC 12 млн. человек, открыл народу глаза на бездомность и плохие жилищные условия и помог организовать “Shelter”. За последние четыре десятилетия “Shelter” неустанно проводил кампании, чтобы осветить положение бездомных людей, заставить правительство признать их нужды, расширить их права и бороться за устойчивые политические изменения, чтобы окончательно устранить бездомность и жилищный кризис.

Это привело к нескольким важным шагам, например, к гибкому закону об арендной плате и революционному закону о бездомности (2002 г.), который налагает на местные власти юридическую обязанность дать жилье представителям многих уязвимых групп населения. Недавно “Shelter” поспособствовал введению схемы защиты залога за съем жилья, обеспечившей нанимателям большую безопасность. И всё же, несмотря на этот прогресс, почему Британии всё еще не удается предотвратить утрату жилья и попадание в порочный круг бездомности? Одна из основных причин в том, что подходящего по цене жилья социального найма попросту не хватает. В результате у людей с низкими доходами, которые не могут себе позволить купить или снять жилье частным образом, возможностей найти приличное жилье всё меньше.

В ответ на этот кризис “Shelter” начал в 2005 г. кампанию «Больше домов – сейчас же», призывая правительство строить по 20 000 новых единиц жилья социального найма ежегодно, чтобы компенсировать всё возрастающий недостаток жилья. Увеличение количества домов не встречает повсеместной поддержки: постройка каждого нового дома в Британии сталкивается с серьезным сопротивлением в лице экологических организаций, людей с синдромом «Только не рядом со мной!» и тех, кто считает причиной жилищного кризиса иммиграцию. Но уже через несколько дней, после того как Гордон Браун в прошлом году пришел к власти, он пообещал поднять щекотливый жилищный вопрос и заверил, что построит 3 млн. единиц жилья – с акцентом на ценовой доступности – к 2020 г.

Хотя было бы неверно приписывать “Shelter” все заслуги в деле повышения заинтересованности правительства в новой домостроительной эпохе, это была, пожалуй, одна из крупнейших побед за всю историю “Shelter”. Но сейчас не время расслабляться и наслаждаться успехом. Если мы добьёмся обещанного количества построек и если, скажем, треть из них составит жилье социального найма, это станет колоссальным достижением. Сейчас мы должны тесно сотрудничать с местными властями, жилищно-строительными компаниями и местными сообществами, чтобы выработать план того, как мы, правительство и индустрия собираемся это осуществить.

Нужно понять, что постройка этих новых домов не решит проблему бездомности и даже не положит конец нехватке жилья в Британии. Но в стране, где у кого-то есть жилье, а у кого-то нет, это будет важным шагом в сторону ликвидации этого расширяющегося разрыва.

Автор – исполнительный директор британской некоммерческой организации Shelter («Укрытие»), занимающейся борьбой с бездомностью