Не надо ля-ля

Как проблемы Джастина Бибера помогли выявить ахиллесову пяту Твиттера

Автор: Настя Праздничная

Дженна Вортам из The New York Times на примере новости об аресте Джастина Бибера разобрала то, во что превратилось общение в Твиттере: вместо обмена важными новостями все пытаются изобразить из себя самых умных и острых на язык мастеров слова, мешая разобраться в том, что действительно важно. TJournal публикует перевод её статьи.

Джастин Бибер после задержания за вождение в нетрезвом виде, сопротивление аресту и управление автомобилем без действующего водительского удостоверения

В какой-то момент Твиттер и все остальные социальные медиа стали концентрироваться не на том, чтобы быть средством обмена новостями, а захотели быть новостями.

Возьмём, к примеру, Джастина Бибера.

Когда новость об аресте прежде невинной Канадской поп-звезды, погружённой в глубокие переживания, начала ходить по сети, реакция в Твиттере не заставила себя ждать, причём отклик варьировался от шуток до цоканья языком.

Но чаще всего высказывания сводились примерно к следующему: «Почему это вообще считают новостями?!»

Самый логичный ответ — это и правда не новость, по крайней мере, далеко не самое важное событие в тот конкретный день. Но Твиттер уже перестал охватывать самые важные вещи, он перестал быть исключительно о существенном и актуальном, причём давно. Твиттер, судя по всему, достиг поворотного момента, той фазы, когда его пользователи прекратили попытки делать сервис максимально полезным для остальных. Вместо этого они лишь пытаются отличаться друг от друга. Всё это стало больше похоже не на спуск по течению, во время которого хватаешь всё, что можешь, а на создание самого роскошного плота, чтобы плыть на нём, собирая по пути читателей и почести.

Как же это произошло?

Немного теории: психология толпы в динамике может работать в Твиттере немного иначе, нежели в других социальных сетях и системах. Будучи давним пользователем сервиса и имея ощутимую аудиторию, я полагаю, что число подписчиков зачастую нерелевантно. То, что действительно имеет значение — это то, как много людей тебя замечают, посредством ретвитов, добавления в избранное или «святого грааля»: ретвита от кого-нибудь невероятно известного, вроде звезды. Такое одобрение означает, что твоё сообщение важно, интересно и достойно; к тому же, это достаточный социальный стимул писать ещё. Во множестве случаев результатом становится состязание в борьбе за то, чтобы стать самым популярным, самым часто цитируемым — человеком, который сумел отразить самое яркое событие дня самым удачным образом.

В итоге, актуальность берёт верх над важностью, и таким образом один не самый важный новостной повод может за день охватить большую часть пользовательского сообщества. Помимо ареста Мистера Бибера, ещё некоторые недавние события просто заполонили собой Твиттер.

Тюрьма округа Майами-Дэйд, снимки Мистера Бибера (Associated Press).

Такое ощущение, что мы все стараемся быть кем-то вроде дерзких гостей вечерних программ, или участниками реалити-шоу, или малышами в тиаре, играя в жизнь посредством быстрых комментариев, картинок или ответов, которые помогают выделиться из толпы. Мы продались той мысли, что если будем достаточно хороши, это даст нам счастливый билет, гарантируя минуту славы в подборке новостей на BuzzFeed или в The Huffington Post, а ещё лучше — работу автором. Но чаще всего это превращается в коллективное стояние на импровизированной трибуне и толкание друг друга локтями в ожидании возможности проявить себя, снискав славу самого остроумного автора или комментатора. Довольно часто это порождает веселье. Но не реже это порождает и утомление.

Было бы неправильным сказать, что сервис перестал быть информативным или актуальным: я всё ещё большую часть дня провожу в Твиттере, выбирая лучшие ссылки, идеи, шутки и всё в этом духе, чтобы проверить и поделиться ими потом, но сервис стал менее информативным, нежели раньше.

Я всё чаще делаю свой выбор в пользу небольших групп, где ставки ниже, и люди честнее, и им нет нужды всенепременно отстаивать свою точку зрения, они свободнее в своих шутках и экспериментах, доверяют друг другу и открыты к живому общению.

Было время, когда Твиттер был чем-то вроде новостного провода, когда сообщения приходили со всего света, о местах и вещах, переживаниях и людях, и я всё ещё хочу, чтобы Твиттер таким и оставался. Он всё ещё может быть таким — особенно во время масштабных новостных событий, которые развиваются в режиме реального времени. В такие моменты Твиттер сияет во всём блеске нового медийного пространства, где все мы общаемся и жадно поглощаем каждое новое сообщение от тех, кто находится на месте событий, от ведущих новостей, от жуликоватых свидетелей, от противоречивых комментаторов. Но всеобщее оживление, царящее в такие моменты, приучило нас рассматривать малейшие новостные поводы как достойные рассмотрения, препарирования и исследования до смерти. Мы носимся вокруг, паря в ожидании подходящего момента, чтобы добавить к дискуссии умную мысль, даже тогда, когда вовсе не стоило много говорить.

Твиттер словно покрывается налётом, его тормозит вес своих собственных пользователей, он становится громоздким, всё менее увлекательным, и всё более утомляющим. Возможно, именно поэтому менее публичные способы общения — приложения для обмена сообщениями вроде Snapchat, GroupMe, Instagram Direct и даже старомодная электронная почта с Google Groups — начинают играть всё большую роль в наиболее значимых для меня разговорах в сети.

Может, эта новоявленная усталость связана с относительно простым дизайном Твиттера? Может, он просто не способен отразить сложное хитросплетение бесед, происходящих в нём одновременно? Возможно. Твиттер продемонстрировал желание помочь своим пользователям сориентироваться в потоке информации, чтобы найти то, что им лучше всего подходит. Компания экспериментирует с аккаунтами, выделяя твиты или аккаунты, которые недавно стали читать пользователи из вашего окружения. В новой версии мобильного приложения Твиттер уведомляет вас и в том случае, если люди, которых вы читаете, начинают обсуждать какую-нибудь тему, вроде телепередачи или спортивного события — это информативно и полезно. Но на сегодняшний день, по крайней мере, у Твиттера зреют другие цели — например, превращение сервиса в перспективную платформу для электронной коммерции и другие идеи, направленные на то, чтобы сделать сервис прибыльным.

Но даже если бы компания решилась предложить своему сообществу нечто большее, чем просто каталог твитов, и кнопки блокировки или отписки, чтобы помочь пользователям отслеживать беседы, едва ли бы этого оказалось достаточно. Мы, пользователи, авторы и читатели — вся наша маниакальная энергия, направленная на то, чтобы внести в беседу идею, которую заметят, и добиться признания — вот где истинная проблема. И она увеличивается в размерах из-за нашей неуёмной потребности во внимании и признании через лайки, добавление в избранное, ответы и взаимодействие. Эта петля обратной связи, которую невозможно разомкнуть — по крайней мере, сейчас.

Этот материал является переводом оригинальной статьи Дженны Вортам «Valley of the Blahs: How Justin Bieber’s Troubles Exposed Twitter’s Achilles’ Heel» в The New York Times.

#Статья #Twitter #социальные_сети #Джастин_Бибер #переводы #The_New_York_Times #Дженна_Вортам