Выйти из башни на площадь

Как на определение «великий русский поэт» самая устойчивая ассоциация — Пушкин, точно так же, когда речь заходит об ответственности ученого перед обществом, в сознании неминуемо возникает фамилия «Сахаров».

Ровно 20 лет назад политическая составляющая деятельности академика Сахарова достигла апогея. Под давлением научной общественности он был делегирован Академией наук на первый Съезд депутатов СССР, с трибуны которого смог обратиться ко всей стране.

Драматическую историю выдвижения Сахарова, в которой рядовые научные работники по всей стране проявили столько единодушия и настойчивости, напоминает в этом номере профессор Алексей Ельяшевич.

После избрания в Верховный Совет Андрей Дмитриевич прожил совсем немного, но успел сказать все, что надо. Благодаря в том числе и ему страна уже стала другой. «Процесс пошел» и через пару с небольшим лет привел к революции.

Все эти несколько бурных лет ученые были на передовой. И физики, лирики сочли необходимым покинуть на время свои «башни из слоновой кости» и выйти на площадь «в тот назначенный час». А когда пришла победа — разошлись по домам, разъехались по миру, оставив политику людям совсем другого сорта. И получилось то, что получилось.

Впрочем, та кратковременная мобилизация, конечно же, не была напрасной: даже если и возвращаются старые времена, то уже в их карикатурном и вряд ли долгосрочном варианте.

Как бы то ни было, на нынешнем этапе лозунг «ученые за общественные перемены» имеет скорее ретроспективный оттенок. Именно под таким девизом в Сахаровском центре прошел на днях круглый стол, приуроченный к 75-летию со дня рождения еще одного заметного ученого-правозащитника — Кронида Любарского. Своими мыслями все на ту же тему «Ученый и общество» поделились Сергей Ковалёв, Дмитрий Зимин, Юрий Рыжов, Виктор Шейнис и другие люди, известные своей активной общественной деятельностью не только в переломные моменты истории, но и в самые унылые времена.

Доведется ли нам говорить на тему «Ученые за перемены» в контексте перспективы?

Чутье подсказывает — да. Причем спустя уже вполне обозримое время.