Борис Джонсон одержал историческую победу на парламентских выборах. Кажется, «Брекзит» все-таки случится (а Шотландия потребует независимости)

Консервативная партия победила на выборах в Великобритании с лучшим результатом за 30 лет. К моменту выхода этого текста были подсчитаны почти все голоса и стало известно о распределении 649 парламентских кресел из 650. При явке чуть больше 67% за партию премьер-министра Бориса Джонсона проголосовали почти 44% избирателей, за лейбористов — чуть больше 32%, за либерал-демократов — примерно 11,5%. Это означает, что консерваторы получают не менее 363 парламентских кресел (почти на 50 больше, чем по итогам выборов 2017 года), лейбористы — 203 (на 40 меньше), либерал-демократы — 11 (на одно меньше). Последний раз у тори было больше мест в парламенте в 1987 году при «железной леди» Маргарет Тэтчер. В отличие от предыдущего созыва, нынешний парламент не будет «подвешенным», консерваторы получают уверенное большинство.

Рискованная стратегия Бориса Джонсона оказалась триумфальной. Он стал премьер-министром Великобритании в июле, объявив, что во что бы то ни стало выведет страну из Евросоюза к 31 октября — к тому времени его предшественница Тереза Мэй уже дважды просила у ЕС отсрочки, не сумев получить одобрение парламента на свой вариант соглашения о «Брекзите». Первые месяцы пребывания Джонсона на посту были отмечены многочисленными скандалами: он грозил выходом вообще без сделки; откладывал заседания парламента, чтобы он не помешал его планам; получил судебный иск в связи с этим и проиграл его; сумел добиться нового соглашения с Евросоюзом, но, как и Мэй, не смог провести его через Палату общин; говорил, что «скорее, будет лежать мертвым в канаве, чем просить новой отсрочки» — и попросил ее.

Несмотря на все это, Джонсон в глазах британских избирателей оказался тем политиком, который способен покончить с неопределенностью, вызванной затянувшимся обсуждением условий «Брекзита». В то же время ему не пришлось отвечать за экономический шок, которого, вероятно, не удалось бы избежать, если бы действительно дело дошло до выхода без сделки. Консерваторам также помогло решение «Партии Брекзита» во главе с Найджелом Фараджем снять часть своих кандидатов в их пользу. В результате «брекзитеры», которые еще летом, по опросам, почти не уступали «большим» партиям, не получили ни одного места в парламенте.

Лейбористы показали худший результат с 1935 года. Против них проголосовали даже в тех регионах, которые традиционно формировали лейбористский «красный пояс» на севере Англии. Единственным центром их поддержки оказался Лондон, а также прилегающие территории.Лидер партии Джереми Корбин уже пообещал уйти в отставку, но заявил, что сначала хочет вместе с однопартийцами проанализировать поражение. Однако многие лейбористы не хотят ждать и требуют его немедленного ухода. По их мнению, Корбин повинен в поражении, поскольку сделал ставку на слишком радикальную, почти социалистическую платформу, предполагавшую масштабное вмешательство государства в экономику, а также не смог четко определиться с позицией по отношению к «Брекзиту».

Теперь почти нет сомнений в том, что «Брекзит» состоится 1 февраля 2020 года (самое позднее). В этот день истекает очередная отсрочка, предоставленная ЕС Великобритании. «Брекзит» может случиться даже раньше — как только парламент одобрит соглашение, достигнутое Джонсоном. Однако формальный выход из Евросоюза поначалу не изменит почти ничего в отношениях Великобритании с европейскими странами. Только две вещи он будет значить точно — второй референдум не состоится, а британское правительство не сможет отозвать просьбу о выходе из ЕС (теоретически у него оставалась такая возможность).

Согласно достигнутой договоренности, до конца 2020 года продлится переходный период, когда все прежние нормы, регулирующие торгово-экономические отношения между сторонами, останутся в силе. До окончания этого периода Великобритания и ЕС должны договориться о том, какие правила будут действовать в дальнейшем. Многие эксперты считают, что времени на самом деле очень мало с учетом того, что по многим вопросам не удалось договориться и за три с половиной года, прошедших после референдума.

Если соглашения заключить не удастся, это будет фактически означать выход без сделки, которого опасались противники «жесткого Брекзита». Правда, до 30 июня 2020 года Джонсон может попросить о продлении переходного периода — на год или два, но он уже обещал не делать этого. При этом, благодаря стабильному большинству в парламенте, у Джонсона будет более сильная переговорная позиция — в частности, его действия не смогут блокировать сторонники еще более жесткого «Брекзита».

Но уже сейчас у Джонсона появилась новая проблема — Шотландия. В отличие от большей части остальной Великобритании, здесь консерваторы не только не усилили свои позиции, а, наоборот, потеряли почти полтора десятка парламентских кресел. Победу в регионе одержала Шотландская национальная партия, которая активно выступает против «Брекзита» и готова вновь поставить на голосование вопрос о независимости (на первом референдуме, состоявшемся в 2014 году, 55% участников голосования высказались против).

Кроме того, неясно, что будет происходить в Северной Ирландии: там победу одержала Демократическая юнионистская партия, выступающая за сохранение в составе Великобритании и против сделки, заключенной Джонсоном, поскольку она фактически оставляет регион в экономической юрисдикции ЕС. Более того, в парламент вернулась североирландская Социал-демократическая и лейбористская партия, которая, наоборот, поддерживает воссоединение с остальной Ирландией. Это только усиливает раскол в регионе, где во второй половине XX века несколько десятилетий шла городская партизанская война между католиками и протестантами.

Дмитрий Карцев