Когда летают крокодилы

Все-таки нельзя не восхищаться гибкостью наших телевизионщиков. Всю неделю московские комментаторы до визга, срывая голоса от возмущения, доказывали, что выборы в Ираке — фикция, затеянная американскими оккупантами, что иракцы игнорируют этот спектакль, а сами интервенты оказались не в состоянии прекратить волну террористических актов. Но вот вчера наше все возьми да заяви: «Сам факт проведения выборов — это большое событие, может быть, это даже историческое событие для самого иракского народа. Потому что это, безусловно, шаг на пути к демократизации страны. Первый опыт участия иракцев за многие-многие десятилетия в процессах подобного рода… Россия приветствует это событие».

И тут же наши обозреватели мгновенно выполнили команду «кругом» и стали рассуждать про «первые трудные шаги демократии на древней земле Ирака». А поскольку монтировалось это с заранее снятыми в Ираке сюжетами, где акцент делался как раз на бойкоте выборов в отдельных городах и на террактах, все выглядело чистой паранойей. Одним словом, если товарищ майор сказал, что крокодилы летают, — значит летают, но «низенько, низенько».

И ведь не первый раз российский президент так вот обходится с преданными ему без лести журналистами. Точно так же протекало освещение «оранжевой революции» на Украине — сначала хорошо организованная истерика, а потом необходимость сделать вслед за президентом резкий поворот.

Очень хочется спросить, за какие грехи глава государства так демонстративно унижает людей, которые изо всех сил стараются ему услужить? Одно объяснение состоит в том, что пропагандистская истерика планируется заранее, как часть серьезной внешнеполитической операции. Сначала поднимаем ставки, разогреваем в обществе ненависть к Западу. А потом на фоне всеобщего перевозбуждения российский президент изрекает нечто разумное и примирительное. И сразу всем в мире видно, что только он, Путин В.В., в состоянии держать под контролем эту дикую страну, испытывающую неимоверные страдания от комплекса имперской неполноценности. Мол, был бы российский властитель чуть менее разумным и ответственным, так он в ответ на иракские выборы мог и ядерным силам повышенную боевую готовность ввести. Так что стоит ли всякий раз напоминать ему про мелочи вроде Чечни и ЮКОСа. Одним словом, вся операция строится по старому анекдоту «Ап — все в дерьме, и тут выхожу я в белом фраке».

Такая версия выглядела бы рациональной, если бы в результате замаранными оставались только услужливые аналитики. Но Путин не может не понимать, что здесь он рискует потерять то, чем дорожит гораздо больше, чем дружбой «друга Джорджа», — свой рейтинг. В конце концов, раскочегаренное журналистами население может и обидеться на президента, который все время идет на уступки Западу. Так что, скорее всего никакой спланированной, заранее продуманной внешней политики у России нет. А есть комплексы и фобии одного-единственного человека — президента России. И при любом кризисе эти комплексы и фобии сначала вылезают наружу, а потом страшным усилием воли Путин, прекращает собственную истерику, возвращает себя на почву реальности.

Что до журналистов, поставивших себя на службу Кремлю, то их судьба незавидна. Сейчас на них просто никто не обращает внимания. Их никто ни о чем не информирует. И при всяком кризисе они мучительно пытаются угадать, какое освещение событий понравится верховной власти.

Нечто похожее происходило с командованием Военно-морского флота в августе 2000, в первые дни после катастрофы «Курска». Путин тогда поинтересовался, нужно ли принимать иностранную помощь для проведения спасательной операции. Адмиралы мучительно пытались угадать, какой ответ понравится президенту. А Путин ждал совета. Теперь, зная, что окружен холуями, уже не ждет.