Итоги года. За далью даль

Мерлин поправил на себе побитую молью мантию… и произнес:

— Вы заметили, сэры, какие стоят погоды?

— Предсказанные, — сказал Роман.

Братья Стругацкие «Понедельник начинается в субботу»

А погоды, дорогие сэры, и впрямь стоят предсказанные. Не все, безусловно, но большинство. Вот краткий перечень погод именно предсказанных. Результаты президентских выборов в России. Кто б, ей-богу, сомневался. Железным голосом предъявленные намерения содействовать соблюдению закона. И несоблюдение оного. Неразрешенные марши несогласных. Подумаешь, бином Ньютона! Инфляция. Эка удивили! Уничтожение граждан, случайно оказывающихся на пути власть предержащих. Ну и что? Бесконечные дорожные заторы по случаю высочайших маршрутов. Делов-то! Отказ во въезде в Россию гражданки Морарь… Алексанян, Ходорковский, Бахмина… Ничего такого, чего бы от них нельзя было ожидать. Основная масса населения вообще считает, что последние перечисленные имена — не их проблемы. Но дело в том, что на обращение 90 с лишним тысяч человек власть не считает нужным ответить, и это, тем не менее, проблема всей страны. Корпорация окуклилась и стала нечувствительна ко всяческим попыткам ее побеспокоить. Стены крепкие. Машины быстрые. ОМОН злобный. Законы об экстремизме знатные… Погоды предсказанные…

Несколько выбилась из этих предсказанных погод война с Грузией. То есть, по многим оценкам, готовилась она и впрямь заранее, и ее тоже можно отнести к вышеописанной категории, но, откровенно говоря, надеялись, что военные действия не случатся. Случились. И реакция народная выработана правильная. В конце ноября я была на конференции в Калининграде, посвященной памяти событий Хрустальной ночи. Выступал на этой конференции один из министров Калининградской области, который сказал дословно следующее: «Трагические события Второй мировой войны, составившие Холокост, можно сегодня сопоставить с поведением Грузии в отношении граждан Южной Осетии…». Конец цитаты. Комментарии не требуются…Назначение Сталина величайшим менеджером эпохи тоже как-то относилось к категории «нет, до такого не дойдут». По-моему, потомкам репрессированных уже пора подавать на авторов учебника в суд. Иск должен быть о защите чести и достоинства погибших и замученных близких. Правда, в богатом ассортименте мещанских и басманных судов рассчитывать можно только на законность Страшного Суда.

В результате щедрого полива грязью эпохи девяностых страна однозначно убедилась в необходимости поворота назад. Вопрос — до какой степени повернуть назад: сразу в тридцатые или все же начать с относительного вегетарианства семидесятых? Но для выработки безусловного рефлекса подчинения и страха необходимо кучу народу уничтожить, в том числе и тех, кто сегодня им успешно подмахивает. А эти еще пока пригодятся. Да и чего раньше времени огород городить, когда понадобится, то и уничтожат. Все механизмы известны. В семидесятые годы у власти тоже была своя ахиллесова пята. Не любила советская власть, когда о ней что-то нехорошее начинали громко в мире говорить. Боялась международного резонанса. Сегодня мы ничего не боимся. Сами кому хочешь, что хочешь покажем. И улыбнемся.

Вот, пожалуй, есть один момент, который не устает удивлять. Это такой кодекс поведения шпаны. Вполне допускаю, что сами по себе несогласные раздражают власть. Но методы борьбы с ними — обливание помоями в прямом смысле слова (Максим Резник), попытка похищения ребенка (Эдуард Лимонов), избиение (Марина Литвинович и многие другие), подстроенная автомобильная авария (Гарри Каспаров), присоединение к одиночному пикету (Виктор Шендерович и многие другие)… Как вы понимаете, виноватыми оказываются сами пострадавшие. С каждым из них работают специально обученные люди. А может быть, вы знаете, как называются такие люди? И почему они всегда безымянны, и ни один из них никогда не был задержан? Создается впечатление, что наша сильная и всенародно поддержанная власть не гнушается делать дворовую «смазь» врагам руками своих провокаторов или даже своих штатных сотрудников. В течение прошедшего года эту «смазь» публично выполняли премьер-министр, заместитель Председателя Правительства Российской Федерации, президент, множество мелких чиновников, огромное количество безымянных милицейских работников. Вы мне не верите? А вот многие из вас опять раздраженно проводят рукой по лицу, вспоминая неприятную процедуру. И смешно требовать, чтобы государство уважало своего гражданина. Как бы поприличнее сказать… Любая структура государства сегодня в известной степени заточена под соблюдение интересов далеко не всех групп населения. Любая структура, повторю, любого государства. Но при этом во многих странах отслеживается тенденция не унизить сверх необходимого. В тех случаях, когда российский гражданин сталкивается с российским же государством, вполне можно говорить о потребности — унизить гражданина.

Еще один грустный итог года — окончательное уничтожение партий демократического толка. И, будете смеяться, но попытка создать ручную партию этого толка выглядит все той же унизительной, описанной выше акцией грозы двора. Я все понимаю, но чем дальше, тем больше признаю невозможность никакого сотрудничества с повзрослевшей, разбогатевшей и заматеревшей шпаной.

Когда человек, вооруженный депутатским мандатом, публично говорит, что на месте президента собственной страны он бы уничтожил президента соседней, он куда больше подпадает под действие закона об экстремизме, чем все несогласные вместе взятые…

Прокуратура, ау!!!Шепотом прожили год, ничего не добились. Более того, сейчас велика опасность усиления недовольства, социологические опросы это подтверждают. В какое ухо шептать будем?

Если вернуться к собственным впечатлениям годичной давности, получается, что и возможность шепота строго дозируется. Сто восемьдесят седьмой раз задаю вопрос, на который ни разу не получила ответа. Если «дикие», неприрученные оппозиционеры так малочисленны и не имеют никакой поддержки, то какого черта воевать с ними всеми методами, из которых ни один не опишешь, не испачкавшись? Я понимаю, в мире кризис, сегодня стране, как никогда, нужна сильная рука… Нужна сильная рука, чтобы недовольство граждан пресекать, чтобы теплое место под солнцем сохранить, чтобы никто на царя горы не посмел хвост поднять…

Грустно.

Каждый год из последних восьми, подводя итоги, думаешь, что дальше уже некуда. А оказывается, дали открываются попросту безбрежные!