В оппозиции

Итоги недели: Про чиновничью интуицию…

23 ФЕВРАЛЯ 2012 г. АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

История с голодовкой незарегистрированных кандидатов в Горсовет в маленьком северокавказском городке, фактически пригороде Пятигорска, — если проецировать ситуацию на другие регионы России — показалась мне наиболее значимой с точки зрения поведения в этом конфликте правоохранительных органов. Не только местные менты отказались применять силу к голодающим в Лермонтове (что, в общем, понятно: городок маленький, сосед соседа метелить, разумеется, не хочет), но и прибывший из Пятигорска ОМОН не стал принимать чью-либо сторону и ограничил свои действия формальным поддержанием порядка. Понятно, что это означает? Никто из полицейских начальников даже областного масштаба не захотел брать на себя ответственность за последствия силовой акции против мирно протестующих людей. Голодающие в здании горадминистрации бывшие депутаты, видимо, не сознательно, а интуитивно выбрали такую форму протеста, которая сегодня, судя по всему, уже не может быть прервана привычными силовыми методами.

Я сказал «привычными», вовсе не исключая сценария, при котором на базе какого-нибудь регионального ОМОНа будет создан летучий карательный отряд, в чьи обязанности вменят быстро и эффективно разрешать подобного рода конфликты. Я вполне могу допустить мысль, что в чью-нибудь каракулевую генеральскую голову такая бодрая идея придет. Но тут сразу возникает несколько вопросов: как быть, если практика активного воспрепятствования произволу вышестоящих властей (в данном случае фактически — рейдерскому захвату города) примет более или менее массовый общероссийский характер? Боюсь, центр не напасется летучих отрядов. И второе — кто сможет гарантировать лояльность местных правоохранительных органов в отношении заезжих карателей? А если местные менты целыми отделами начнут переходить на сторону «восставшего народа» и, главное — брать его под свою защиту?

Но, похоже, тезис Владимира Войновича, что «путинской эре пришел конец», в регионах приняли (и осознали его правомерность и неизбежность) даже быстрее, чем в столицах. Потому что, как мы видим, сверлящая многие чиновничьи мозги противная мыслишка «А черт его знает теперь, как и чем в итоге все обернется», пришедшая на смену твердокаменной вере в незыблемость и нерушимость путинской вертикали, уже влияет на поведение представителей власти, прежде всего на местах. Может быть, это происходит, потому что там они больше на виду. В Москве, похоже, тема персональной ответственности не слишком пока беспокоит чиновников разного уровня.

Взять, к примеру, столичного вице-мэра Николая Горбенко, которого отрядили вести переговоры с представителями митингующих о времени, формате и месте очередной протестной акции. В данный момент — о поданной в минувший понедельник заявке на проведение 5 марта вечером десятитысячного митинга на Лубянской площади. Так вот, пока г-н Горбенко демонстрирует непробиваемое упорство и наотрез отказывается «согласовать» (так это действие названо в законе) Лубянскую либо другую крупную площадь в центре столице. А в ближайшее время ему предстоит еще и рассмотреть заявку на марш и митинг уже 10 марта. И тоже в центре Москвы, а не в Бирюлево-товарной, не в южном Бутове и даже не в Лужниках.

Теперь давайте представим себе ситуацию, при которой в этот раз власти и Оргкомитет не пришли к соглашению… Тут еще надо понимать, что позиция (иногда кажущаяся чересчур радикальной) Оргкомитета обусловлена вовсе не его персональным составом или давлением со стороны тех или иных политических групп. Просто Оргкомитет существует и пользуется необходимым для принятия ключевых решений авторитетом ровно до той поры, пока он адекватно отражает интересы и чаяния большинства московских «протестантов», уже научившихся находить друг друга на бескрайних просторах рунета. И не только находить, но и вырабатывать согласованную повестку дня и даже принимать решения по тем или иным вопросам. Первое же расхождение Оргкомитета с протестным московским мейнстримом обернется для него немедленным крахом — он просто перестанет быть кому-либо интересен и люди найдут другой способ самоорганизоваться.

Так вот, повторяю, представим себе ситуацию, при которой в этот раз московские власти и «рассерженные горожане» не договорились. И все пошло своим чередом, и случилось то, что должно случиться. То есть Владимиру Путину успешно нарисовали 61,7 процента голосов (или 58,9) и объявили его победу в первом туре, а взбешенная и разъяренная этой неслыханной наглостью Москва пятого вечером (и десятого днем) вышла на улицу. Я даже не хочу прогнозировать, сколько народу захочет сказать Владимиру Путину, что столица не готова «согласовать» его очередной президентский срок. Но мы же все понимаем, что речь идет о десятках тысяч людей. А может быть, о сотнях тысяч. Повторяю, мы говорим о несанкционированных протестных действиях, которые, скорее всего, фрагментарно развернутся по всему центру города. Конечно, не обойдется без провокаций со стороны провластных молодежных группировок — сурковские мальчонки на кого-нибудь нападут, чего-нибудь перевернут, подожгут какие-нибудь машины, закидают омоновские цепи бутылками. Полиция, естественно, ответит. В самых разных частях города завяжутся потасовки с непредсказуемым результатом…

Теперь у меня вопрос к вице-мэру Москвы г-ну Горбенко. Г-н Горбенко отдает себе отчет в том, что я сейчас нарисовал не сцену из фильма-катастрофы, а вполне реалистичную картину событий, которые могут случиться в Москве уже через какие-нибудь десять дней — две недели? В том случае если он, вице-мэр Москвы Николай Горбенко, откажется предоставить москвичам для проведения митинга площадь в центре города 5 марта и маршрут для шествия и площадь для митинга 10 марта.

Так вот, любезный г-н Горбенко, прислушайтесь к собственной чиновничьей интуиции. Ведь она Вам точно подсказывает, что лучше стоять с опущенной головой перед мэром Собяниным («А как я мог им отказать? На основании какого закона?» — ну, выгонит, так выгонит), чем потом, уже очень скоро, оказаться ответственным, не приведи Господь, за какие-нибудь непоправимые последствия столкновений в Москве. Что еще особенно неприятно в этой ответственности, г-н Горбенко, так это то, что она — уголовная… И будете Вы потом рассказывать каким-нибудь беспристрастным и суровым судьям, что самостоятельно никаких решений не принимали, а только транслировали чужие, что вы — просто мелкий клерк… А по ту сторону стола будут сидеть люди, смотреть на Вас исподлобья и недобро кивать головой. Оно вам надо, г-н Горбенко?

Так что берите пример со своих региональных коллег, любезный г-н Горбенко, и «согласуйте» москвичам и 5-е, и 10 марта. Глядишь, Вам и зачтется…