Оригинал материала
Мемория. Михаил Ульянов
20 ноября 1927 года родился актер Михаил Ульянов
Личное дело
Михаил Александрович Ульянов (1927—2007) родился в селе Бергамак Омской области. Его отец Александр Андреевич был председателем сельхозартели, мать Елизавета Михайловна — домохозяйкой.
Через некоторое время семья поселилась в городе Тара Омской области, где Ульянов провел свое детство и юность.
С началом войны отец ушел на фронт, в боях получил ранение в ногу, был награжден орденом Красной Звезды. Семья несколько раз навещала его в селе Черемушки под Омском.
В школе Ульянов не выделялся. В пятнадцать лет он впервые побывал на театральном представлении — Тару посетила труппа тобольского театра. Тогда же он заинтересовался профессией актера.
В войну в городе обосновался колхозно-совхозный театр Крайнего Севера. Его худрук Евгений Просветов организовал театральную студию, в которую стал ходить Ульянов.
К концу войны 17-летний школьник получил повестку в военкомат, однако призыв отменили.
Сам он вспоминал: «Есть жуткая статистика, что парни, родившиеся в СССР в период с 1922 по 1926 год, были уничтожены войной почти подчистую. А я родился в 1927-м. На мне и моих ровесниках закончилась война. Но она еще шла, когда я учился в десятом классе. И вот по повестке меня вызывают в военкомат для отправки в Омск... Но что-то в военной машине дало сбой. К нам вдруг вышел офицер и объявил: мол, езжайте-ка, ребята, по домам, ваш год решили пока не призывать. И вскоре я, поступив в театральную студию при Омском областном драматическом театре, получил бронь от призыва на воинскую службу».
Проучившись некоторое время в Омске, в 1946 году Ульянов приехал учиться театральному ремеслу в столице. Он хотел поступить в студию Алексея Дикого — о ней Ульянов слышал, когда Дикий вместе с труппой Вахтанговского театра был в эвакуации в Омске.
Оказалось, что студия закрылась еще до войны. Тогда Ульянов наугад попытался поступить в Щепкинское училище и в Школу-студию МХАТ.
«Провалившись всюду, я впал в панику. Аховое было положение — домой вернуться не мог, не взяли бы, а без театра себя уже не представлял», — вспоминал он то время.
Наконец, ему повезло: на Арбате будущий артист встретил знакомого из Омска, который рассказал ему о театральном училище имени Бориса Щукина при Вахтанговском театре.
Ульянов был зачислен в училище любимого театра, а по окончании курса в 1950 году вместе с еще тремя выпускниками его приняли в труппу театра имени Вахтангова.
В свой первый сезон молодой артист играл, в основном, в массовке и эпизодах. Первой большой ролью стал Сергей Киров в спектакле «Крепость на Волге». После премьеры в Москве спектакль показали в Ленинграде, которым Киров руководил в 1930-х.
Постепенно Ульянов стал получать и другие главные роли. Его амплуа носило название «молодой, современный социальный герой».
Однако, как актер сам отмечал, «из-за малоопытности и однообразия материала», он не получал радости от работы.
С приходом оттепели в 1958 году репертуар театра изменился. Тогда же Ульянов прекрасно исполнил сложнейшую роль Парфена Рогожина в «Идиоте».
В 1953 году артист дебютировал в кино: в картине «Они были первыми» сыграл вожака комсомольцев.
Примерно в это же время познакомился со звездой фильма «Небесный тихоход» Аллой Парфаньяк, на которой официально женился в 1959 году.
В 1960-х Ульянов стал уже известным киноартистом. Популярность ему принесла роль Егора Трубникова в картине «Председатель» (1963). За нее актер получил Ленинскую премию, размер которой в то время составлял семь тысяч рублей. Читатели «Советского экрана» выбрали Ульянова актером года.
Еще одной большой работой стали «Братья Карамазовы» — в этом фильме Ивана Пырьева он сыграл Дмитрия Карамазова. Из-за смерти режиссера картину заканчивали Ульянов и Кирилл Лавров. Она даже номинировалсь на «Оскар» как лучший фильм на иностранном языке.
После Ульянов сыграл маршала Жукова в киноэпопее Юрия Озерова «Освобождение».
В 1970-е одной из его главных киноработ стала роль генерала Чарноты в картине «Бег» по Булгакову. Как отмечал Ульянов, «колоритнейшая фигура белого генерала, который бродит по Парижу в одних кальсонах, а потом выигрывает целое состояние, требовала совсем нового подхода и новых актерских приспособлений».
1980-е помимо ролей в театре и кино подарили Ульянову новые возможности для творческого роста: в сентябре 1987 года, после ухода Евгения Симонова, он был назначен художественным руководителем театра имени Вахтангова.
Самыми пронзительными ролями Ульянова в 1990-х стали ветеран Иван Дьяков в «Сочинении ко Дню Победы» и пенсионер Иван Афонин в «Ворошиловском стрелке».
Последней крупной работой Ульянова в кино стала роль вора в законе в боевике «Антикиллер». Ульянов не скрывал, что перенял повадки дона Корлеоне из «Крестного отца»: «Почему бы, в самом деле, не сгустить краски и вместо российского вора в законе не сыграть американского мафиози? А вернее, не его, а просто в своей игре передать игру великого актера в подобной роли?».
26 марта 2007 года Михаил Ульянов скончался в Центральной клинической больнице в Москве — у него был рак и целый букет других заболеваний. Артиста похоронили с воинскими почестями на Новодевичьем кладбище.
Чем знаменит
В роли Рогожина ("Идиот", 1958) Театр Вахтангова Один из самых узнаваемых и самобытных советских и российских артистов, сыгравший огромное число ролей в театре и кино — от Ленина, Сталина и Жукова, до белогвардейского генерала («Бег»), незаурядного ветерана («Ворошиловский стрелок») и вора в законе («Антикиллер»). Долгое время — художественный руководитель театра имени Вахтангова.
О чем надо знать
Ульянов пробовал себя и в качестве режиссера: снял кинофильм «Самый последний день» (1972), а также поставил несколько спектаклей. Став худруком Вахтанговского театра, он так сформировал свою программу:
- в театр будут привлекаться крупные режиссеры и драматурги;
- будут ставиться только талантливые пьесы;
- сам художественный руководитель никогда не будет заниматься режиссурой;
- и не будет сокращать труппу.
Художественным руководителем театра Ульянов оставался до конца своих дней.
Кроме этого он написал пять книг о себе и своей профессии: «Моя профессия» (1975), «Работаю актером» (1987), «Возвращаясь к самому себе» (1996), «Приворотное зелье» (1999), «Реальность и мечта» (2007). Последняя вышла посмертно.
Прямая речь
О каникулах перед первым сезоном в театре имени Вахтангова: «Ах, эти далекие невозвратные каникулярные дни, когда ты приезжаешь отощавший и отвыкший от своих, входишь в такой уменьшившийся дом, наклоняешь голову, боясь удариться о притолоку, ставшую такой низкой, прижимаешься к счастливой и без конца хлопочущей маме, закуриваешь с отцом из привезенной тобой в подарок пачки дорогих папирос и ешь, ешь без конца. Долгожданное домашнее тепло. И ты счастлив и немножко горд, что приехал из самой Москвы, и рассказываешь о своей учебе, о жизни в столице, о ее ритме (это тогда-то!). И счастливые отец и мать готовы слушать без конца твои рассказы о не таких уж и понятных им студенческих проблемах».
О первой большой роли: «Меня вызвал директор театра и сказал, что необходимо подумать о гриме. «Киров должен быть как настоящий. Ты выходишь, а по залу прокатывается: «Похож!» А дальше уж само пойдет», — говорил он. Однако гример «Ленфильма» работать со мной отказался. Я действительно был совсем не похож на своего героя — тощий после голодного студенчества, шея мальчишеская, длинная. Но главное — лицо: лоб, скулы, подбородок ну никак не тянули на кировские. Тогда мы обратились к гримеру с телевидения, и тот согласился. Из пропитанных специальным клеем слоев ваты он нарастил мне «мясо»: скулы, щеки, лоб. В конечном счете, я был похож на бурундука из папье-маше: круглые щечки, запрятанные в них глазки. И вот мой выход на сцену. И вдруг все мои наклейки отходят от лица в разные стороны и встают в виде больших ушей. Я не провалился на месте, наверное, лишь благодаря своим сибирским нервам. За кулисами директор, говоря очень неинтеллигентные слова, сорвал с меня все эти бурундучины, отчего и мой следующий выход, судя по всему, произвел эффект: вместо полнощекого человека, покинувшего сцену несколько минут назад, изумленному залу явился, пусть такой же сильный духом, но с изможденным лицом юноша. Потом в ленинградской газете я прочитал рецензию, где говорилось, что Ульянову, по причине его молодости, еще не все удается в роли такого масштаба»
Об актерской работе («Работаю актером»): «Вообще начало работы над ролью похоже на разобранную машину неизвестной тебе марки. Что к чему — неясно. Понимаешь только, что это автомобиль, трактор или велосипед. А какой он, ты не знаешь. И начинается интересный, подчас мучительный, редко радостный процесс собирания этой машины, подгонки одной части к другой. Нередко части не подходят друг к другу, исключают друг друга, не имеют никакого отношения к целому. И опять ты рассыпаешь все, начинаешь снова, и так с каждой ролью. В этом творческое начало нашей профессии — каждый раз с нуля и по-новому».
Ода театру (там же): «Театр — это в наши дни редкое пристанище, где все естественное, натуральное, человеческое, где нет оглушающих усилителей, нет мертвого мерцания экрана, нет все заполнившей техники, а есть живые люди — актеры, естественные голоса, не увеличенные до устрашающих размеров глаза и человеческие страсти, которые кипят вот здесь, на сцене, и я их вижу, я их слышу, и я среди людей, какие они есть.
Люди стремятся к природе, это инстинкт самосохранения. Театр — это тоже природа, естество. И пока люди будут стремиться к природе, к естественному, до той поры театр будет существовать, не боясь ни телевидения, ни кино. Конечно, борьба есть борьба, и на одном правдивом отображении жизни театр не сможет существовать. Нужна глубина, философское осмысливание действительности, свой взгляд на окружающий мир, нужно бесстрашное проникновение в жгучие современные проблемы. Много чего нужно театру, чтобы выжить в этой борьбе.
Но у него есть нечто отличающее, нечто чудесное, только в театре существующее — зритель, который сидит вот здесь, в зале, и слышно его дыхание, и слышно биение его сердца, и видны его глаза. Зритель, который связан невидимыми, но прочными нитями с актерами, которых он то леденит безразличным отношением к происходящему на сцене, то обжигает жаром своего волнения. Зритель, без которого немыслим театр, немыслим театральный актер. Зритель — окончательный судья труда актера, кому тот несет все самое дорогое, самое нужное, самое тревожащее его».
5 фактов о Михаиле Ульянове
- В юности, пытаясь исправить свой высокий звонкий голос, Ульянов кричал во всю силу, да так, что сорвал его на всю жизнь.
- Будущая супруга артиста Алла Парфаньяк до знакомства с ним была замужем за актером Николаем Крючковым. Она ушла к Ульянову от Крючкова, забрав их сына. В браке с Ульяновым родилась дочь Елена. Актриса рассказывала: «Я верю в судьбу, и то, что мы вместе с Михаилом Александровичем, это было предназначено нам свыше. Я вообще, как только познакомилась с Мишей, сразу поняла, что он мой мужчина, и мы будем вместе». В 2009 году Парфаньяк скончалась от инсульта.
- В 2009 году дочь Михаила Ульянова создала благотворительный фонд «Народный артист СССР» для помощи прославленным актерам театра и кино.
- Имя артиста носит арктический танкер «Михаил Ульянов» и драматический театр в городе Тара, рядом с которым Ульянову установлен памятник.
- Также в Таре действует музей актера.
Материалы о Михаиле Ульянове:
Биография на портале «Чтобы помнили»
Михаил Ульянов «Работаю актером»