Сам себе преемник

Будет третий срок или нет? Как известно, это – основной вопрос русской политической философии. Причем признаком (доказательством) глубокого невроза (или более тяжкого нервного заболевания) нашей политической системы является то, что этот вопрос никто из ответственных российских политиков не смеет задавать вслух. Кстати, теперь уже и российские журналисты (речь идет, понятно, о серьезных журналистах – ТВ, главные информагентства и т.д.) обходят эту тему как нечто священное или неприличное, в общем – неполиткорректное.

Говорят об этом лишь «свободные отморозки» внутри России (всякие там оппозиционно-интернетские СМИ) да западные журналисты. И – сам Путин.

Несколько раз в обтекаемой форме (а несколько раз и вполне определенно) он повторял: Конституцию нарушать не будем, третьего срока не будет. Хотя, частенько добавлял он, жалко, мог бы и еще поработать.

Когда президенту чего-то «жалко», у верноподданных чиновников слезы на глаза наворачиваются. Те, кто помужественнее, просто зубами скрипят. Скрипят - но не перечат. «Как же эту боль мне перетерпеть…»

Ну-с, хорошо…

Однако среди оппозиционных журналистов бытует твердое мнение, что Путин ХОЧЕТ уйти. «Давно, лукавый раб, замыслил я побег» - неясно только, куда именно.

Эта тонкая психологическая версия (Путин – нормальный буржуа, интересуется роскошью, деньгами, но не властью и ответственностью) восходит, в частности, к Станиславу Белковскому – бывшему главному разоблачителю Ходорковского и защитнику Путина, ныне ярому обличителю Путина (и как уверяют – соавтору многих новейших текстов Ходорковского).

Может быть, может быть… Я с Путиным (в отличие, видимо, от Белковского?) незнаком, судить о его личных качествах и желаниях не берусь. Однако пофантазировать не возбраняется никому. Не станем гадать на кремлевской гуще, обратимся к общеизвестным фактам.

Правители России делятся на две категории. Одних (большинство) выносили из Кремля вперед ногами, других выволакивали за шиворот (Хрущев, Горбачев). Исключением, кажется, является «доброволец Ельцин», но на самом деле его случай – просто комбинация этих двух факторов… не доведенных до крайней степени. К 31 декабря 1999 года физическое здоровье Б.Н. было немногим лучше политического, а политическое было таково, что при одном подозрении, что он хочет остаться на третий срок, народ, кажется, действительно снес бы Кремль к чертовой матери! Ельцин ушел не от хорошей жизни – просто не ждал, когда его «уйдут».

А вот Путин если уйдет, то точно – от хорошей жизни. Это действительно был бы беспрецедентный «шаг из Кремля» ВОПРЕКИ ЖЕЛАНИЮ БОЛЬШИНСТВА.

Но дело не только в том, что «Путин молод и здоров» - и популярен.

Уходить именно сегодня – особенно неприятно. Только начал входить во вкус!

Во вкус – чего? Уж не лести ли?

Да нет, для этого у него было добрых 7 лет…

Но только в последнюю пару лет - как мне кажется – Путин начал действительно входить во вкус управления ковром-самолетом и скатертью-самобранкой.

На глазах меняющийся последний год тон российской политики в отношениях с Западом – что это?

Думаю, не в последнюю очередь, это показатель того, как меняется самоощущение Путина. Может быть, к этому осторожному, недоверчивому человеку наконец-то пришла вера в то, что нефтехалява – всерьез и надолго? По крайней мере, именно об этом «безусловном факте» (а вовсе не о «необходимости реформ») все громче и громче говорят все официальные эксперты, экономисты, политологи и т.д.

Очень может быть, что они ОСНОВЫВАЮТСЯ на неких реальных подсчетах (хотя ни экономика, ни геополитика точными науками не являются и все их формулы писаны на песке). Но, в любом случае, ГОВОРЯТ они только то (или в основном то), что нравится начальству – вот это единственный точный закон в их науке.

И вот в этот момент, в момент пришедшей наконец-то ВЕРЫ В СВОЕ ВСЕМОГУЩЕСТВО, надо… уходить! Почему? Потому что «что-то там насочиняли Шейнис с Шахраем»?! (Это я о Конституции, если кто забыл ее авторов.)

Но если все вышесказанное – не более чем «дедукция, Ватсон, дедукция», то давайте обратимся не к предположениям, а к текстам речей Путина.

Меньше года назад на его пресс-конференции меня поразил ответ на вопрос про Газпром. Все были уверены (многие и сейчас уверены), что уж если куда-то и уходить, то в Газпром и только в Газпром. И вдруг, на прямой вопрос, Путин отвечает, что он никогда не занимался коммерцией и не видит себя в этом качестве! Странно… А в каком же качестве он себя видит? Премьера при другом президенте?! А может, лидера «Единой России»?! Или… Впрочем, хватит, а то обвинят в оскорблении главы государства – к чему я совершенно не склонен.

Но, может быть, это был ответ опытного разведчика, ответ конспиратора?

Возможно.

Теперь к посланию Путина.

Он рисует перед народом (может быть, и перед самим собой тоже?) весьма своеобразную картину. Итак, страна а) вымирает, б) беззащитна перед внешним врагом. Оба эти, взаимодополняющие друг друга, сигналы должны включить безусловный рефлекс «самоспасения нации». Конечно, в иной ситуации все это могло бы звучать, пожалуй, и как упрек власти – вот, мол, вы столько лет и все такое. Но, во-первых, подобные казуистические ходы чужды нашему населению. А во-вторых (и это главное), спасение (и спаситель) приходит тут же, вместе с указанием опасности: президент сразу дает указания, как именно нацию спасти. Притом указания очень сладкие: нация спасается… путем раздачи денег населению!

Согласитесь, довольно странная позиция для того, кто собирается уходить. Да, собственно говоря, в ситуации, когда «нация гибнет», можно ли даже помышлять об уходе человека, который ее (нацию) ОБЯЗАН И МОЖЕТ СПАСТИ?

Уж если и уходить, то не раньше завершения операции спасения, а если ее график не совпадет с формальными сроками выборов, то что, собственно, важнее: календарь – или выживание нации?!

Именно так это и поняли прозорливые умы, например, Виталий Третьяков. Бывший редактор «НГ», помня свой девиз «Без гнева и пристрастья», так и написал, что выступление президента «блестящее во всех отношениях» (вспомнил аналогичное определение, которое Гоголь давал одной даме?), великое, такое-сякое, еще какое-то. Причем за право сказать «Вы – гений!» он готов бестрепетно взойти даже и на костер. Как он пишет: знаю, что найдутся такие, что и засмеют… Зря волнуется Виталий Товиевич – не найдутся. Нет их больше - таких (ну там по подворотням брешут, так ведь «дворовый пес всегда, глядишь,/ несется вслед за нами./ А лает он – то значит лишь,/ что едем мы верхами». Журналисты-патриоты мчатся верхами на своих «Мерседесах», кто же спорит…).

Кстати, вскоре после этого включаю я ТВ, а там, по госканалу РТР, Третьяков, политолог Ципко и главный редактор «Эксперта» Фадеев в передаче «Национальный интерес» обсуждают действительно интересную тему с одним – к сожалению, пока малоизвестным мне – человеком.

Тема такая – о возможности восстановления МОНАРХИИ… ну да, чего распрыгались? Итак - о возможности восстановления монархии в России. И эдак все гуманно, либерально даже – мол, только когда общество дозреет (кто, кстати, определит степень зрелости и каким прибором?), тогда и восстановим. Идеи этого неведомого монархиста очень понравились Третьякову и Ципко, а вот Фадеев позволил себе что-то сказать о «свободе» - и, знаете, никто его, конечно, не оборвал (воспитанные же люди!), но прозвучало как-то неприлично. Просто даже странно. Взрослый, солидный человек и – на тебе! М-да-а…

Все равно как на СNN обсуждали бы серьезную тему, одну из самых, как известно, актуальных в сегодняшних США – о разумности восстановления рабства негров, вел бы передачу, положим, Ларри Кинг, солидно бурчали бы редактор «Вашингтон Пост» и какой-нибудь профессор Принстона, и вдруг третий участник что-то там ляпнул бы о «свободе». Позор да и только!

Оно, конечно, с момента появления в России республики страна ходит как неприкаянная, как неподоенная, можно сказать… Соответственно монархия, ее возможность и спасительность – любимейшая тема в свободной России. Помнится, увлекался этим и «царь Борис», и Александр III (Михалков-Романов), и даже каким-то боком Е.А. Киселев. Так что, с одной стороны, ничего нового в этом «монархизме» нет. А с другой, что-то новое в этом, все-таки есть…

Нет-нет, монархии у нас не будет – могу спорить. Но зачем же ФОРМАЛЬНАЯ монархия?! Не ради этого же все и делается, в самом-то деле… Важен МОНАРХИЧЕСКИЙ ДУХ! А вот с ним, согласитесь, все в порядке – и далеко не только у политологов…

А возвращаясь к исходной теме, закончу так.

Один мой знакомый поделился живыми наблюдениями о встрече Путина с коллективом ВГТРК вскоре после послания. На ней, как известно, президент рассказывал о том, что много думает о своем преемнике. Так вот, мой знакомый прокомментировал это так: «Судя по его лицу, в конце концов он поймет, что лучшего преемника Путина, чем Путин, быть не может». Помолчал и вдруг добавил: «И это совершенно правильно». А говорили мы с ним – вдвоем…