«Ого, Russia!»

Мы – есть. Это – хорошо. Власть должна знать, что мы существуем

Мы – есть. Это – хорошо. Власть должна знать, что мы существуем

К 15 часам воскресенья – время сбора отправляющихся на «Контрольную прогулку» по Петербургу – люди заняли каждый квадратный метр Исаакиевской площади – место старта. Затем они вытянулись в колонну, ни начала, ни конца которой я так и не разглядела, даже забравшись на плечи молодого человека. Стройная толпа с прогулочной скоростью двигалась по центру культурной столицы (Большой Морской улице, Невскому проспекту, Михайловской улице) и росла в длину (прирастали даже иностранцы). Огромным кругом петербуржцы остановились на площади Искусств у памятника А.С. Пушкину. Такой же ровной колонной вернулись обратно – к Исаакию.

Сколько их было? Пыталась и не могла сосчитать.

Эксперты по массовым уличным акциям подытожили: 1,5 – 2 тысячи человек.

Но до привлечения «тяжелой артиллерии» (специалистов по пикетам и митингам) пристала с тем же вопросом (о численности прогулки) к ее участникам.

– Цифры – это для чиновников, для силовиков, – посоветовала мне не озадачиваться Лидия Ивановна (учительница, прогуливающаяся с дочкой – семиклассницей). – Им нужно понимать: опасаться, не опасаться, чего, насколько, ориентироваться, выбирать тактику, придумывать действия. А нам важнее: то, что мы – есть. Это – хорошо. То, что мы здесь – потрясающее чувство единения. И главное – власть должна знать, что мы существуем…

– Протест никуда не делся и не денется, потому что никуда не делись мы! – Рассуждал Валерий Александрович (предприниматель, 50 – 55 лет, в светло бежевом костюме, в галстуке). – Много нас? Мало? Всё это так условно. Сто процентов – кто-то вынужден был остаться на работе или дома, а между тем всеми мыслями – с нами. Протест не только здесь и сейчас на улице, он – в обществе. Этот процесс не надо упрощать, уменьшать и суживать. Он выражается в разных формах: мысль, слово, идея, дело, даже – прогулка. А если бы все в стране вышли на такую прогулку, все, кто «против», представить себе такой общероссийский флэш-моб – страшно!

В тот же день 20 мая и ровно в 15 часов в Петербурге от Смольного собора стартовал велопробег (общественная инициатива для привлечения внимания к необходимости развития велосипедной инфраструктуры – Н.П.). Около 15.30 на Невском проспекте спешащие велосипедисты и гуляющие пешеходы пересеклись в одной точке. Хотя колонны и двигались навстречу, на месте ее аплодисментами, свистом, одобрительными возгласами они поприветствовали друг друга. В те несколько минут, когда разнонаправленные потоки слились в один, Невский проспект (от Литейного проспекта до Большой Морской улицы) оказался заполнен ликующими людьми.

Петербургская толпа, конечно, уступала по размерам московской (идею писателя Бориса Акунина, блестяще воплощенную 13 мая в первой столице, подхватила и вторая). Но и тут потерять друг друга оказалось легко, а отыскать трудно. Вместе со всеми пройтись в выходной день по городу не поленились питерские музыканты, художники, актеры театров, ученые, общественные деятели. Дорогим и важным попутчиком стал режиссер Александр Сокуров.

– Я здесь, потому что мне хочется быть рядом с этими людьми, – пояснил «Новой» Александр Николаевич. – Это – прекрасные светлые люди. Возможно, лучшие из нас. Хорошо с ними. Прекрасное настроение. Всё очень по-человечески, а не политически.

– Сначала расстраивались из-за того, что к нам не присоединились Юрий Шевчук, Олег Басилашвили, Герман Садулаев, – признается одна из инициаторов «Контрольной прогулки» в Петербурге Ольга Курносова. – А потом поняли: зря горюем! Очень важно, что люди пришли не на имена, а сами по себе – по своим мотивам и причинам.

Многие выбрались в центр семьями, с маленькими детьми и даже с домашними животными – несли на руках собак и кошек. Четырехлетней Василисе мама рассказала: «Сегодня – праздник честных людей. Поэтому они надели белые ленточки и пошли гулять». Василиса, быстро и широко переставляя ножки, поспевала вслед за взрослыми, но не просила взять ее на руки. Еще и напевала: «Вместе весело шагать…»

Молодая девушка впереди меня звонила мужу:

– Я еще нескоро вернусь. Как Ванька? Спит? Дим, а ты за молоком не мог бы сгонять?

Зачем? Почему? Ради чего эти люди вышли на «Контрольную прогулку», бросив свои заботы и дела? Чем они дышат? Чего хотят? На что надеются? Во что верят? Я ловила объяснения в воздухе, ныряла в толпу и слушала, о чем говорили пешеходы:

Людмила:

– Это не политический протест – это нравственный протест. Это возмущение тем, что мы наблюдаем во власти много лет: ложь, воровство, безнравственность, хамство и узаконенное беззаконие. Минувшие выборы – последняя капля. Не выборы, а спецоперация по удержанию власти. Напрасно кто-то думает, что протест стихнет. Должно что-то измениться для этого…

Елена:

– Путин – глубоко несчастный человек. Ехать на собственную инаугурацию по абсолютно пустому зачищенному городу – личная трагедия человека, который не хочет или не может уйти, расстаться с властью или ему не дают его связи и обязательства. И сам он знает, что он нелегитимен. И те, кто его поздравляют с победой на выборах, об этом знают. И Путин себе лжет, и ему лгут, и все знают об этой лжи.

Олег:

– Самое страшное – в том, что это печально может закончиться для России, величие которое не эти люди создавали. И это уже преступление против истории.

Двое пожилых мужчин беседовали между собой (один – ленинградец, ребенок блокады, второй – ленинградец, иммигрировавший в 90-е годы в Америку).

Иммигрант:

– Я вас поддерживаю. Но мне вас жаль. Что вы можете сделать?

Блокадник:

– Уже делаем. Я всякий раз прихожу туда, где собираются люди. Я увеличиваю нас на самого себя.

Ни у кого из идущих в руках не было флагов, транспарантов, плакатов (даже формата А4), только – белые шарики и белые ленточки. Минуя остановку общественного транспорта на Большой Морской улице, гуляющие наткнулись на группу подростков. Мальчишки (14 – 15 лет) от неожиданности спросили:

– Вы все против Путина? Правда?

Кто-то кивнул им:

– Да.

– Ура! – Заскандировали те. – Ура!

На перекрестке Невского проспекта и Михайловской улицы к колонне пристали две инвалидные коляски с белыми шарами: выяснив смысл происходящего, составить компанию людям решили пенсионеры из Брюсселя. Привязали к поручням шарики…

На площади Искусств, вокруг памятника А.С. Пушкину люди водили хоровод и читали стихи поэта (из знаменитого обращения к Чаадаеву: «Товарищ, верь: взойдет она, звезда пленительного счастья», первую строфу десятой главы «Евгения Онегина», где Пушкин повествует о «слабом и лукавом властителе»). Вновь привлекали внимание прохожих, молодежи, иностранных туристов. Семейная пара из Великобритании долго, в деталях, расспрашивала соседку по хороводу (мою – слева, их – справа) о протесте в России: о его причинах и следствиях, о «прогулках», о «лагерях», о поведении полиции, о реакции властей. Дослушав, супруги выдохнули в голос:

– «Ого, Russia»!

Отдельно – о полиции, тоже изрядно наводнившей в выходной улицы Питера. Насчитала в центре города 20 мая несколько сотен серых мундиров, заметила три автозака у Мариинского дворца, не менее четырех – на Невском проспекте, три – у Михайловского театра. Еще на Исаакиевской площади услышала, как сотрудникам правоохранительных органов по рации передали (дословно): «Если кто-то наступит на газон – сразу задерживайте». Сотрудники предупреждали пешеходов о траве и охраняли ее, как зеницу ока, однако никого не повязали – за понимание спасибо. Люди старались двигаться аккуратно – только по тротуарам. Дорогу переходили лишь на зеленый свет. За один раз все перейти не успевали. Ждали нового сигнала светофора. На многолюдных тротуарах вдоль Невского проспекта стало невероятно тесно. Пешеходы невольно вываливались на проезжую часть – полицейские возвращали их на тротуар. Вежливо. Непривычно вежливо. По разным поводам серые мундиры спорили с людьми на площади Искусств, но и тут обошлись без применения силы.

В то же время двое сотрудников ГУВД Петербурга и Ленобласти все происходящее от площади у Мариинского дворца до площади у Михайловского театра фиксировали на видеокамеры. Снимали лица.

У одного из «операторов» в погонах я поинтересовалась:

– Зачем Вам это?

– Для истории.

– Личный интерес или служба?

– Стал бы я для себя! Конечно, служебное задание.

– Начальству зачем?

– Секрет.

– Понятно.

«Оператор» обиделся:

– Ничего Вам не понятно! Я такой же гражданин, как и Вы…

На площади Искусств блюстители порядка вдруг объявили гуляющим по громкоговорителю, что те «незаконно проводят митинг». Это стало новостью. Народ возмутился: «хоровод не митинг». Стихами и песнями заглушили предупреждения о наказании за «несанкционированное мероприятие». Полицейский отложил рупор:

– Митинг, не митинг – это как посмотреть…