О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Рассылка
О нас
Исследователям
Коллекция
Проект "Kronika"
О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Дата
17.07.2019
Автор
Иван Жилин
Источник
Новая Газета
Сохранённая копия
Internet Archive
Оригинал материала

На краю

Уральский поселок Роза уходит под землю. Жители требуют переселения

Поселок Роза. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

На прошлой неделе в редакцию «Новой» пришло сразу пять писем от жителей поселка Роза Челябинской области. Люди писали, что в последнее время они ощущают толчки, из-за которых по стенам домов идут трещины, а в поселке проваливается асфальт.

Проблема Розы — давняя и хорошо известная. Поселок стоит прямо на краю ныне закрытого Коркинского разреза, самого глубокого угольного карьера в Евразии. И уже много лет сползает в его чашу.

В 2012 году Владимир Путин лично поручил расселить окраину Розы, примыкающую к разрезу. Тогда были переселены несколько тысяч человек.

Прошло семь лет, и жители Розы вновь бьют тревогу, опасаясь за свое имущество и жизни.

Поселок в трещину

— 7, 8 и 9 июля нас трясло. Посуда дрожала и окна. Один раз сильно тряхнуло — у знакомых даже гарнитур на кухне упал. Мы забеспокоились, но в СМИ писать не стали: все же толчки здесь существуют столько же, сколько карьер. А 11 июля после толчков у кулинарии рухнул асфальт. Огромная яма — метров шесть длиной, метра четыре в ширину, и в глубину больше человеческого роста. Вот тогда-то мы начали жаловаться: все же поселок стоит на шахтах. Улицы, дома, а под ними — пустоты. А если завтра провалится чей-то дом?

Анна Соколова. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

С жительницей Розы Аиной Соколовой мы идем по главной улице поселка — 50 лет Октября. С правой стороны стоят двухэтажные дома советской постройки. В трещинах и с облупленной облицовкой. Трещины, впрочем, чаще несвежие: их в Розе не заделывают годами. С левой стороны — поле, в котором виднеются руины, оставшиеся от домов, расселенных после поручения Владимира Путина. Жители правой стороны неприкрыто завидуют бывшим жителям левой — те теперь находятся далеко от карьера: их переселили в Копейск. У оставшихся земля уходит из-под ног.

Заходим в один из бараков.

Пенсионерка Надежда Кордова живет на первом этаже и ждет, когда на нее свалится второй.

— Наши дома и так ветхие — шлакоблок послевоенной постройки. А эти толчки их добивают: у меня вот потолок начал сыпаться, — Надежда показывает идущие по потолку трещины. — Мы куда уже только не обращались: и в нашу администрацию, и к депутатам Госдумы. Нам говорят: вот-вот вас переселят. И дальше обещаний дело не идет. Сейчас написали в прокуратуру, ждем ответа.

Рухнувшие перекрытия в одном из домов. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

В другом двухэтажном доме потолок уже рухнул. Не выдержали перекрытия между крышей и вторым этажом. Деревянные балки обрушились прямо в квартиру. Правда, хозяева из нее съехали за несколько месяцев до ЧП.

— Дом наш еще в мае этого года признали аварийным. Полный износ несущих конструкций. Но когда переселят — непонятно. Денег-то нет, — говорит живущая по соседству с обрушившейся квартирой женщина, представившаяся Кариной. — И пока нас не переселяют, мы уходим под землю: у меня под ванной образовалась огромная дыра. Ее замеряли. Сказали, что КамАЗ со щебнем нужен, чтоб засыпать. Да и обратите внимание: у нас окна первых этажей почти вровень с землей идут — а раньше-то они высоко были.

Валентина Кара-База проработала горным мастером в шахте 13 лет. Как и другие жители, она подтверждает, что Розу периодически потряхивает, а в последние дни — особенно интенсивно.

Валентина Кара-База. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

— Это связано с тем, что при закрытии карьера не было произведено грамотной консервации шахт. Их можно было бы законсервировать глиной, но вместо этого их просто бросили. Естественно, там стал скапливаться метан. А бурый уголь — прекрасно самовоспламеняется. И когда это происходит в наполненной метаном шахте, случается взрыв. Если взрыв достаточно сильный — происходит обвал земли. Вот как и случилось у нас под кулинарией. Потому что поселок-то стоит на довольно тонком слое земли, под которым — незаконсервированные шахты.

Яму под кулинарией к моменту моего приезда в Розу уже заделали. Правда, от нее в асфальте уже начали расходиться новые трещины.

Не переселенные

Перехожу на левую, оставленную жителями, сторону улицы и направляюсь к карьеру. Однако на полдороге к нему неожиданно обнаруживаю жилой дом.

Наиль Ишмуратов с супругой Любовью живут на улице Локомотивной, в 200 метрах от чаши карьера.

Наиль Ишмуратов у Коркинского разреза. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

— В 2012 году, когда Путин поручил переселить Розу, наш дом попал в программу. Но возникла проблема — у нас на этот дом были оформлены не все документы. В администрации сказали: идите и оформляйте, потом переедете. С документами мы провозились два года: пришлось даже судиться. И когда полный пакет был на руках, мы пришли в администрацию и получили ответ: переселение окончено, съехать уже не получится, — говорит Наиль Ишмуратов.

Мужчина удивляется:

как программу переселения могли свернуть, не отселив всех жителей? Ведь были же выделены деньги — 5 млрд рублей. Куда они делись?

Ишмуратов начал писать жалобы Владимиру Путину, но до президента они так и не дошли. Попасть на прямую линию мужчине также не удалось.

С Наилем мы идем к карьеру. В чаше видны два некрупных пожара.

— Я на шахте проработал двадцать лет. Конечно, толчки связаны с плохой консервацией шахт, возгоранием угля и взрывами метана. Только смысла консервировать шахту теперь уже нет — слишком активно уголь горит. Розу нужно переселять. Хотя бы километр от карьера. Так ведь сначала и обещали сделать. А потом переселили полкилометра и успокоились.

Найти подтверждения тому, что первоначально планировалось переселить километровую зону, мне не удалось. Однако об этом говорит не только Ишмуратов, но и другие жители поселка.

Заделанная яма у кулинарии. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

«Взрывов нет»

В день моего приезда в Розу толчков не ощущается. Один из собеседников в правительственных кругах Челябинской области поясняет, что происходившее в поселке с 7 по 11 июля могло быть связано не с взрывами в шахтах, а с проходившими в регионе военными учениями. Но это — неофициально. Официальная позиция такова: толчков не было вовсе.

С главой Розы Андреем Власовым мы встречаемся в его кабинете в здании поселковой администрации.

— В 2012 году были установлены маячки, по которым специализированная организация отслеживала, есть ли толчки на самом деле, или нет. Никаких толчков зафиксировано не было. Что касается провала у кулинарии, после которого жители забили тревогу, то на этом месте в советское время находилась выгребная яма. В 80–90-х годах ее заделали бетонными плитами. Сейчас этот бетон раскрошился, и случился обвал. Должен сказать, что это, увы, не единственная бывшая выгребная яма в поселке, которая была заделана таким образом.

Глава Розы Андрей Власов. Фото: Иван Жилин / «Новая газета»

По словам Власова, он понимает, почему жители Розы бьют тревогу: многие живут в ветхих домах, при этом на их переселение денег сейчас нет.

— Люди видели, как после поручения Владимира Путина съезжали из таких же ветхих домов их соседи. И, естественно, они тоже хотят переехать в нормальное крепкое жилье. Но к сожалению, у нас по всей стране переселение из ветхого жилья идет медленнее, чем хотелось бы.

Власов говорит, что сегодня в Коркинском разрезе работает «Русская медная компания», которая занимается тушением угольных пожаров.

— И тушат они очень успешно. Еще три года назад карьер горел так, что весь поселок был в смоге, а сейчас посмотрите — никакого смога нет. И я уверен, что если бы какие-то взрывы и толчки происходили, то РМК предприняла бы меры к их устранению.

В самой РМК «Новой газете» также заявили, что взрывов в шахтах Розы не происходит.

«Распространенное общественниками сообщение содержит недостоверную информацию и вводит граждан в заблуждение. Предприятие не ведет взрывные работы на Коркинском разрезе, а совместно с МЧС занимается тушением зон самонагреваний, — говорится в ответе главы департамента РМК по связям с общественностью Дмитрия Федечкина. — За первый квартал 2019 года в Коркинском разрезе зоны самонагревания сократились на 30%. <…> Проект ликвидации отработанной выработки угольного разреза «Коркинский» в 2018 году прошел общественное обсуждение и получил положительное заключение государственной экологической экспертизы <…> Проект ликвидации разреза рассчитан до 2042 года».