Книга, дающая пищу уму

Карл Левитин — известный научный журналист, много сотрудничавший с журналом «Знание -сила», работавший также в журнале «Природа» и возглавлявший московское представительство Nature.

Представляемое издание вышло уже после смерти автора. Книга состоит из двух частей.

Во второй ее половине издатели представили отрывки из нескольких книг Левитина. Главной же является первая половина — девять глав о научной журналистике, объединенных общим громоздким (не авторским) заголовком, послужившим заглавием и для всей книги.

В основу текста легли лекции, которые Карл Ефимович читал в Сан-Диего, а затем в Москве.

Заголовок — парафразом названия лекций:

«Азбука научной журналистики как составная часть знаний и умений любого ученого».

Книга содержит ряд интересных сильных и довольно спорных утверждений, сопровождаемых подробной аргументацией. Авторская позиция во многом может быть выражена фразой, данной курсивом в первой главе: Популяризация достижений науки… — это первая и наиболее важная задача любого ученого. С ней, как и со многими другими конкретными утверждениями, хочется спорить. Очень жаль, что нельзя поспорить с самим автором — это было бы крайне интересно, в чем может убедиться каждый, кто прочтет книгу.

По сути Левитин исходит из мысли о том, что пока достижения науки не стали достоянием всего общества, задача ученого не решена. На мой взгляд, это крайность. С другой стороны, такой подход, безусловно, дает популяризатору сильнейшую мотивацию.

Свою позицию Левитин иллюстрирует интересным графиком. По вертикали располагается ось «Тьма — Свет». Чем выше мы продвигаемся по этой оси, тем объяснение (теории, эксперимента и т. п.) понятнее, доступнее. Горизонтальную ось назовем «Зло — Добро». Двигаясь вправо, мы имеем всё более достоверные, надежные, правильные утверждения. Соответственно, огрубляя, ученые (в своей основной ипостаси) — это люди, дающие правильную, достоверную, но непонятную информацию. В области же «Добра и Света» находятся научные журналисты, которые могут верные утверждения представить общедоступно. В области «Тьмы и Зла» находятся лжеученые и всякие обобщенные петрики, ну а в странной области «Зла и Света» -журналисты, пропагандирующие этих самых обитателей области «Тьмы и Зла».

Интересно, что, с точки зрения Левитина, научные журналисты еще и синтезируют новые знания. Это также очень спорное утверждение, по крайней мере если под знанием понимать именно то, что понимается в естественных науках или математике. Я бы, скорее, использовал такую аналогию. Есть композиторы, и есть музыканты. В принципе оценить величие музыкального произведения специалист может и по партитуре. И в принципе после написания партитуры некоторая задача уже решена. Музыкант же не вписывает в партитуру новые знаки. Он лишь исполняет, но делает это не механически. Тут же можно сказать, что вовсе не каждый композитор обязан быть хорошим исполнителем. Это не его задача. С другой стороны, конечно, это прекрасно, если композитор еще и хороший исполнитель (или дирижер) и трудится на два фронта.

Другая аналогия может быть такой. Каждый врач не обязан уметь и почку пересадить, и операцию на мозге провести, и понятно-популярно рассказать про всё это по телевизору. А вот медицина в целом должна обеспечивать и то, и другое, и третье. То же самое можно сказать и о науке. Требования к системе науки в целом нельзя распространять на любого ее представителя. Не думаю, что «первая и наиболее важная» задача Григория Перельмана — заниматься популяризацией (но это было занятием не менее славного его однофамильца — Якова Перельмана). Это тем более верно в нашей стране, где для ученых популяризация по большей части — лишь трата времени (в том смысле, что на их собственных исследованиях в разумные сроки все эти усилия никак не скажутся).

Несмотря на название, книга, по моему мнению, предназначена не для ученых, а прежде всего для будущих журналистов. Эти люди могут прийти в журналистику и из науки, но занятия наукой они при этом скорее всего оставят. Кстати, именно такой путь проделал и сам Карл Левитин. Для ученых, остающихся учеными, книгу стоило бы писать иначе, как мне кажется, с других позиций. Но это не значит, что издание обречено на узкую аудиторию! Заставляя не соглашаться, спорить, текст захватывает любого, имеющего отношение как к науке, так и к научной популяризации (включая преподавание). И это не учебник, не догма, может быть, даже и не руководство к действию. А просто книга, заставляющая задуматься.

Сергей Попов