О моральном праве остаться

В кулуарах только что прошедшего Петербургского международного экономического форума министр образования и науки России Андрей Фурсенко высказался в том плане, что у него нет моральных прав оставить свой пост по собственному желанию, а его критики, в основном, преисполнены нелюбовью к реформам.

«Любой чиновник в любую минуту должен быть готов к уходу с госслужбы. Но логика чиновника — раз взялся за какое-то дело, то должен выполнять. Я морального права не имею сказать, что мне поднадоело и я пойду. Есть задачи, которые поставлены, и если президент РФ примет решение, что надо как-то переструктурировать, это значит, что как любой чиновник я этот пост покину. А до этого времени я работаю. Здоровье позволяет», — такое заявление сделал Фурсенко агентству РИА «Новости».

При этом министр удивительно прозорливо заметил — его критикуют, прежде всего, за проводимые в образовании реформы. «Может быть, образование — единственное место, где в настоящее время идет реальная реформа, как бы мы не нелюбили это слово. Тема максимально чувствительная, ведь у нас нет тем более чувствительных, чем наши дети», — добавил Андрей Фурсенко.

Пожалуй, спорить здесь не с чем, кроме заявления о нелюбви к слову «реформа». Ведь еще совсем недавно министр образования философски разглагольствовал на тему, как жить в эпоху перемен, и утверждал, что это далеко не самое плохое время для жизни. А тут такая реформофобия: «Я сам терпеть не могу эти реформы. Сам не люблю ничего менять». И тут же вдогонку: «Но ни один человек не говорит, что у нас все хорошо в образовании, все говорят, что надо нам другое образование. Однако при этом любое конкретное изменение всегда болезненно. И к этому надо относиться с пониманием, и у меня обид на это нет».

А вот обиды на министра накопились. И больше всего людей раздражает не слово «реформа», даже не ее проведение, а та манера, с которой высшие чиновники образования, в том числе Фурсенко, комментируют критику в свой адрес. Раздражает постоянная попытка превратить оппонентов в ретроградов и зашоренных «цеховиков», не видящих дальше своего остро торчащего учительского носа, а критику в адрес проводимой реформы высокомерно объявлять «неквалифицированным враньем».

А может все же источник критики в адрес реформы образования не в нелюбви к самим реформам, а в недоверии к тем, кто их проводит и как? И моральное право остаться на посту министра надо получать не у президента или врача после диспансеризации, а заслужить результатами и уважением профессионального сообщества?

Но по существу дело не в отставке Андрея Фурсенко. Далеко не все жаждут его «головы». Более того, прежние слетевшие головы от образования ни у кого не вызвали жалости. А новые вряд ли будут лучше – скорее наоборот. Есть всего лишь естественное желание наладить диалог, убедить, что не надо поспешно совершать глупости. Или же быть убежденными в обратном.

Почему надо обязательно заставлять учителей и родителей выбирать между плохим и очень плохим? Зачем производить ротацию проблем? Вряд ли в этом смысл реформ.

Совершенствование предполагает улучшение, да и реформа — не самоцель. Даже неловко напоминать о таких банальных вещах. Ведь не для того огород городят, чтобы вместо субъективности экзаменационной комиссии получить «объективного» робота на ЕГЭ, а вместо блатных студентов — липовых «стобалльников». Или социальную несправедливость поменять на революционную уравниловку. Вместо финансового бесправия попасть в финансовый капкан, а вместо перегрузки ненужными предметами заработать дефицит обязательных. Поменять историю на борьбу с ее фальсификацией. И вообще, вместо некомпетентных знаний заполучить компетентное невежество.

И когда нам говорят: у них на Западе существует многолетний положительный опыт, никто не против того, чтобы перенять все разумное оттуда. Но делать это надо также разумно. То есть не все и не сразу, а постепенно, с учетом нашей специфики, с параллельными изменениями в других сферах жизни – правовой, ментальной. Параллельно с преодолением тотальной коррупции.

Короче и определеннее: не образование у нас – то самое слабое звено, за которое надо тащить, или тот кирпичик, по которому надо разнести старую систему. Как по известному анекдоту – зачем же начинать с парикмахерской?..

Фотографии РИА Новости