i-COMference: о краудфандинге в России. Вдохновляющие примеры и угрозы будущего

Эта информация пылится в архиве — вдруг устарела.

Краудфандингу (или групповому финансированию проектов в Интернете) была посвящена отдельная секция ежегодной конференции, посвященной Интернет-технологиям, «i-COMference». Об особенностях национального краудфандинга дискутировали представители Яндекс-денег, Планеты.ру и сервиса Kroogi. О самом интересном рассказывает стажер Теплицы Александр Третьяков.

Twym – денежные переводы онлайн ещё быстрее

Евгений Николаев, руководитель маркетинга Яндекс.Деньги, презентовал проект «Twym», в котором соединяются функции и преимущества двух сервисов: Яндекс-деньги (Яндекс money) и Twitter. Как рассказал Николаев, благодаря Twym можно отправить денежный перевод, просто послав «twit» (короткое сообщение в сервисе Twitter), или же «ретвитнув» (сделав повторную копию чужого сообщения). Для этого необходимо иметь кошелёк на Яндексе и пользовательский профиль в Twitter.

Евгений Николаев отметил, что привлечение финансирования в социальных сетях становится все более популярным, а потом необходимы новые механизмы для упрощения

Сервис уже активно работает, с ним можно познакомиться перейдя по ссылкам на официальный сайт приложения и сайт Twitter.

Краудфандинг для творческих проектов

Мирослав Сарбаев (управляющий директор Kroogi) рассказал о опыте американской певицы Аманды Палмер, собравшей на свой альбом 1,2 млн. долларов с помощью группового финансирования.

В своей речи на TED Аманда рассказывает, что собирая деньги для своего проекта, она вынуждена была подрабатывать мимом, изображая на площади статую. Именно там, по словам Палмер, она поняла насколько важна связь с аудиторией, когда ты чувствуешь и понимаешь своих поклонников.

Последующее недопонимание с записывающими студиями вылилось в то, что певица сама распространила свой альбом через друзей в Facebook. И наибольшим успехом оказался сбор средств, на очередной альбом, когда певица собрала более 1 млн. долларов.

Мирослав Сарбаев отметил, что есть большая разница между фанатами на западе и в России, и многие могут скептично отнестись к западному опыту, однако сравнительный анализ с успехами украинской группой Fleur в области краудфандинга, показал, что на самом деле и отечественная аудитория готова скидываться на творчестве, пусть немного меньше чем на западе. Разница между средним платежом западных и российских музыкальных фанатов составляет всего $17.

Средства на свой альбом Флёр собирала на портале Kroogi, поэтому Мирослав смог привести довольно точные цифры.

Солист группы «Animal ДжаZ» Александр Красовицкий, отметил, что в России не работает система, когда просят собрать деньги за уже готовые продукты, однако собрать деньги в виде своеобразного акционирования вполне возможно. При этом стратегия построения коммуникации с поклонниками у Animal ДжаZ несколько отличется от той, что применяет Аманда Палмер, но тем не менее принцип причастности поклонников к продукту их любимых исполнителей оказывается ключевым.

Подводные камни краудфандинга

Начиная краудфандинговую кампанию, пользователь должен понимать, что помимо сложностей, связанных с привлечением частных инвестиций (или пожертвований), в перспективе он может столкнуться с юридическими сложностями, возможными в связи с использованием нового и еще не достаточно отрегулированного механизма.

Если деньги, собираемые с помощью краудфандинга, будут поступать из-за рубежа, формально можно оказаться под действием Закона «об иностранных агентах»

О подводных камнях специально для «Теплицы социальных технологий» рассказал управляющий партнёр офиса «SALANS» в Санкт-Петербурге Виктор Наумов.

В.Н.: Дело в том, с юридической точки зрения очень сложно установить источник получения денег, собранных в Сети, что может послужить механизмом для отмывания преступных доходов, и как следствие – вызовет интерес правоохранительных органов, затруднив подобный сбор в принципе. Другой проблемой может оказаться Закон «об иностранных агентах»: если деньги, собираемые с помощью краудфандинга, будут поступать из-за рубежа, формально можно оказаться под действием этого акта.

— Каким образом краудфандинг регулируется в других странах, можете привести примеры?

В.Н.: Я не готов приводить какие-то конкретные примеры, но то, что государства, развитых стран мира обращают внимание на специальное регулирование электронных платежей, и вводят ограничения – это факт. Будет ли краудфандинг в России будет предметом влияния контролирующих органов, сейчас сказать сложно, поскольку пока это зарождающееся явление.

Сейчас мы видим, что правоохранительные органы обращают более пристальное внимание на классические платёжные системы, недавно стали обращать внимание на платёжные автоматы, которые стоят на любом углу. Об этом также говорят закон о национальной платёжной системе, акты Федеральной службы по финансовому мониторингу.

Раньше эти вопросы вообще находились вне рамок чёткого регулирования. Также сейчас, возможно, будут особое внимание обращать на мобильные платежи, это тоже отдельная сфера регулирования. Формально, подчеркну, угроза возможна, факт её наступления – это явно не ближайшее будущее.

За рубежом существует очень изощрённое законодательство, которое постоянно развивается в отношении борьбы с легализацией незаконных доходов, возникают новые механизмы по контролю за отчётностью, за проверкой деятельности организаций, платформ. Не только краудфандинговых. Основные векторы – это детализация регулирования, повышение технологической грамотности правоохранительных органов, взаимодействие и в режиме саморегулирования, и в режиме тактичного подталкивания со стороны государства, тех организаций, которые занимаются этим бизнесом, создание неких ассоциаций, с дополнительным самоконтролем.

– Как можно застраховаться от попадания под действие закона об иностранных агентах?

В.Н.: Формально, толкуя закон «Об иностранных агентах», при получении денег из-за рубежа риск попасть под него есть. Вопрос реальности этого риска – сложный. Но если это будут большие потоки из значительного количества стран мира, то внимания к себе не избежать…

Как избежать рисков – у меня нет ответов, закон не приспособлен к тем реалиям, которые становятся всё более и более популярными. Бухгалтеры уже воспринимают электронную отчётность, и налоговая смотрит на это нормально, но мы имеем наличие отработанных отношений, когда стороны понятны, когда они идентифицированы в рамках тех или иных договоров, иных отношений. Здесь же, когда какие-то деньги приходят из Интернета, вместо имени плательщика указан непонятный псевдоним (никнейм) – конечно, это будет вызывать сложности восприятия у налоговых органов.

Гипотетически, если государство, сделает ставку на развитие этих механизмов, будет воспринимать их в качестве поддержки инноваций преодоление этих барьеров возможно. Имеет смысл, наверное, вводить некие законодательные пороги, поступления ниже которых не должны вызывать дополнительных сложностей по оформлению, и вопросов от контролирующих органов. Как, например, порог сделки дарения в соответствии с Гражданским кодексом – три тысячи рублей.

Я думаю, что сумма меньше минимального размера оплаты труда – как раз та, вокруг которой может строиться обсуждение.