С Новым годом, СНГ!

Наверное, ни один документ международного права не вызывал на постсоветском пространстве столько споров и раздоров, сколько "Беловежское соглашение", формально заложившее первый камень в фундамент Содружества Независимых Государств. Известно, что в десяти республиках СССР прошли к тому времени референдумы, в результате которых подавляющее большинство граждан высказались за сохранение единого государства. Таким образом, шесть руководителей, собравшиеся в белорусских Вискулях, приняли решение за руководство оставшихся семи республик, а также за население возглавляемых ими территорий, которое отнюдь не разделяло их решимости. Имперски настроенные ораторы до сих пор апеллируют к этому факту.

Вне всякого сомнения, семнадцать лет назад там, в Белоруссии, мы наблюдали финальный аккорд "величайшей геополитической катастрофы века". А попытка образовать СНГ для участников беловежской встречи была продиктована не чем иным, как желанием оставить на месте великой державы хоть какую-то форму, не имеющую, впрочем, особого содержания. Стоит однако ради справедливости заметить: то было именно завершение процессов, уже запущенных государствами Прибалтики, Молдовой и Грузией, – процессов, которые в конце 1991 года можно было повернуть вспять только силой. А к этому власти России и других более крупных республик СССР, находящиеся в глубоком политическом кризисе, были, разумеется, не готовы. Приходится признать, что уже 16 декабря с провозглашением государственной независимости Казахстана СССР стал геополитическим нонсенсом – государством без территории и населения.

Днем рождения СНГ как серьезной международной организации можно и нужно считать 21 декабря, когда к Содружеству присоединились еще восемь бывших республик. Таким образом, понимая и принимая негативную оценку "беловежского шага", стоит признать, что народившимся суверенным государствам благодаря СНГ было куда идти. После анализа "парада суверенитетов" закономерно напрашивается вывод: многие решения о независимости были приняты под угрозой аннексии территории республик в пользу третьих стран. В случае с Молдовой, например, это была Румыния, а в Азербайджане свое слово готова была сказать Турция.

Основной функцией СНГ было и остается сохранение политического и экономического сотрудничества стран, некогда входивших в единое государство и связанных прочными экономическими узами. Необходимо констатировать и изначальную общую пророссийскую направленность стран СНГ, в которое не вошли страны Прибалтики, стремившиеся в Европу и из состава которого сегодня стремится выйти Грузия. Как "внешний кокон", позволивший новым государствам окрепнуть, Содружество исчерпало себя. Эту функцию оно могло бы выполнять сегодня для Абхазии и Южной Осетии, страдающих не только от последствий многолетнего военного конфликта, но и от значительных изъянов в правовом и политическом устройстве.

Впрочем, первоначально миссия СНГ, которое декларативно не являлось надгосударственным образованием, заключалась в сохранении многих элементов бывшего союзного государства. Но в течение первых лет эта миссия потерпела неудачу – произошел распад рублевой зоны, провалилась попытка создать единую армию.

Вместе с тем именно СНГ можно считать тем истоком, из которого берут начало другие межгосударственные объединения, начиная с Союзного государства Белоруссии и России и заканчивая наиболее политически перспективными ШОС и ЕврАзЭС. Сегодня, с легкой руки Владимира Путина, многие считают, что эти организации уже переросли по значению своего прародителя. В марте 2005 года, после того как российское руководство не смогло противостоять "оранжевым революциям" в бывших республиках и в самый разгар кризиса власти в Киргизии, Владимир Путин высказался по поводу СНГ достаточно категорично: "Кто-то ожидал от СНГ каких-то особых достижений в экономике, политике или в военной сфере. Но этого не было, так как и быть не могло. Цели программировались одни, а на деле процесс после распада СССР проходил по-другому".

Вопрос, который дискутируется уже несколько лет: "В каком качестве следует оставлять СНГ в международном политическом пространстве или следует его ликвидировать за ненадобностью?" – остается открытым до сей поры. С одной стороны, неизбежно происходящее в процессе суверенизации постсоветских государств "размывание" этого международного образования, во многом являющегося переходным, с другой – явная необходимость организовать на его основе мощную международную структуру. Необходимость эта, как неоднократно подчеркивалось в ходе заседаний руководящих органов СНГ в этом году, в первую очередь экономического характера. Экономическая система независимого государства формируется медленнее, чем политическая, и для совместного преодоления последствий мирового экономического кризиса необходимы объединенные усилия всех стран, образующих сегодня Содружество.

Именно эта логика действий положена в основу формирования Стратегии развития СНГ до 2020 года. В первую очередь это планы по укреплению единой системы транспорта и коммуникаций, по налаживанию контактов между предпринимателями, по улучшению взаимодействия в финансовой и топливно-энергетической сфере. Другой глобальный вызов, актуальный для всех объединенных Содружеством государств, – рост террористической активности и активности наркомафии. Безусловно, все эти вопросы можно и нужно решать на базе объединений, "выросших" из СНГ, о которых говорилось выше, но лишать их корня сегодня по меньшей мере глупо.

Потенциальную работоспособность СНГ демонстрирует и то внимание, которое выказывают к этому объединению правительства стран, никогда в СССР не входивших. И речь здесь не только о Монголии, являющейся постоянным наблюдателем в составе объединения. Приятной, но несвоевременной инициативой стало желание войти в СНГ, озвученное Югославией и Сербской Краиной. Но сегодня, с усилением роли России на международной арене, уже можно рассматривать СНГ как инструмент для экспорта суверенной демократии в те государства, которые находятся в тяжелой ситуации, этакую "тихую гавань" новых суверенных демократий.

Знаком начала подобных процессов можно считать активный интерес руководства Афганистана к совместной работе в рамках Содружества. Афганская делегация уже принимала участие в трех заседаниях Межпарламентской ассамблеи. Участие Афганистана в заседаниях МПА представляет большую важность для России и стран СНГ. Заговорили уже и о возможности присоединения этого государства к Содружеству. Понятно, что в результате этого зона нестабильности в регионе исчезнет, а появление прямой границы между странами СНГ и Пакистаном, Индией, Китаем добавит влияния лидерам Содружества в этом регионе.

Собственно говоря, аналогичные направления взаимодействия предложены Президентом России и участникам Организации солидарности народов Азии и Африки. Эти инициативы нашли поддержку, однако без верных союзников в Азиатском регионе, среди которых в первую очередь мыслятся наши давние партнеры по СНГ, инициативы будет трудно претворить в жизнь. В противовес американскому проекту "Война с терроризмом", реализация которого приводит, как мы знаем из истории с тем же Афганистаном, лишь к облегчению наркотрафика и опасной политической нестабильности в регионе, Россия готова выступить гарантом безопасности и суверенитета государств. Мы сегодня активно продвигаем комплексную программу поддержки так называемых стран третьего мира, которые по итогам мирового экономического кризиса могут вполне стать "миром номер один". Долгосрочная стратегия международной политики России и ее партнеров сегодня сочетает действительную и действенную помощь в борьбе с террористами и международными преступниками, с экономическим сотрудничеством, направленным на укрепление суверенитета и самодостаточности экономик и финансовых систем.

Однако сегодня можно наблюдать и серьезную конкуренцию за лидерство на постсоветском пространстве со стороны других полюсов нового мира. Таких, например, как Европейский союз. Дело в том, что на последнем саммите лидеров 27 стран Европы была утверждена долгосрочная программа "Восточное партнерство", направленная на более тесное вовлечение в европейскую орбиту шести бывших советских республик: Украины, Грузии, Молдавии, Армении, Азербайджана и даже Белоруссии, при условии ее демократизации. С ними ЕС хочет создать экономический альянс наподобие того, что имеет место с Исландией, Норвегией, Лихтенштейном. А это и зона свободной торговли, и облегчение или отмена визового режима.

В основе проекта лежит идея представителей Швеции и Польши, предложенная коллегам по ЕС еще в первом полугодии, но встреченная тогда большинством без особого энтузиазма. Сегодня же необходимость интенсификации работы в этом направлении признается всеми. Глава Еврокомиссии Баррозу не скрывает, что причиной такой смены векторов стали августовские события на Кавказе и, читаем между строк официальных европейских документов, усиление влияния России в регионе в результате разрешения этого кризиса. Официально старт "Восточного партнерства" назначен на апрель 2009 года. Чехия, которая будет председательствовать в это время в ЕС, организует встречу глав государств и правительств стран Союза с лидерами будущих партнеров. В информации об этих планах особо оговаривается, что места для России в формате встречи не предусмотрено.

Так что от эффективности того, как страны – участницы Содружества Независимых Государств смогут вдохнуть жизнь в программу сотрудничества, разработку которой сегодня ведет "сборная команда" экспертов, действительно зависит многое. Для партнеров России по СНГ в первую очередь важен достойный выход национальных экономик из мирового кризиса. Для России – рост позиций страны на международной арене и возможность использовать во благо наработанную за десятилетия общего советского прошлого инфраструктуру. Парадоксально, но кризис сегодня становится уникальным шансом не только активизировать объединительные процессы в СНГ, но и создать единый рынок: зону свободного перемещения товаров, людей и капитала, а также объединенную систему безопасности. А ведь обо всем этом говорили еще семнадцать лет назад.