В обществе

От осмия-187 к чистой воде

6 СЕНТЯБРЯ 2010 г. ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА

Деятельность академика РАЕН Виктора Петрика и его соавтора, «гениального ученого» (как его характеризует сам Петрик) Бориса Грызлова, по совместительству являющегося спикером Госдумы от «Единой России», стала широко известна тогда, когда Грызлов попросил 15 трлн. бюджетных руб. на реализацию программы «Чистая вода», предусматривавшей установку по всей России за бюджетные деньги фильтров системы Петрика, снабженных рекламой от «Единой России».

Список изобретений Виктора Петрика весьма впечатляющ: от вечного двигателя (Петрик претендует на изобретение батареек, получающих энергию от окружающей среды) до философского камня (он же терморасширенный графит, позволяющий очищать воду от радиоактивных веществ); он также изобрел лучи, продлевающие жизнь человека до 140 лет. Согласитесь, совсем неплохо для человека, приговоренного в 1984-м году к 11-ти годам заключения по 13-ти статьям УК, включая мошенничество, вымогательство и покушение на грабеж.

Нельзя сказать, чтобы изобретения Петрика вовсе не работали: возьмем, например, демонстрируемые Петриком обтекатели для ракет из искусственной шпинели. Обтекатели были самые настоящие: их делал еще в советское время Государственный оптический институт, и после перестройки бракованные экземпляры во множестве оказались на руках торговавших ими сотрудников.

Попытки усомниться в существовании философского камня и вечного двигателя вызвали жесткий отпор со стороны двух российских леонардо да винчи. Борис Грызлов публично обвинил противников в «мракобесии», а академику РАН Евгению Александрову и вовсе пригрозили убийством. Голос на автоответчике, принадлежавший, по словам Александрова, Петрику, пообещал ему «20 способов бесследного физического уничтожения» и сообщил: «Вы думаете, что вы очень умный, но сейчас вы забрались на очень высокий уровень». Несмотря на скандал вокруг имени Петрика и уничтожающие заключения РАН, программа «Чистая вода» была включена в перечень федеральных целевых программ на 2011 год, хотя объемы ее финансирования до сих пор неясны.

Чтобы понять причины симпатии самых высоких лиц государства к Виктору Петрику, следует рассказать об истории с осмием-187; афера эта сделала бы честь Остапу Бендеру и могла вполне бы послужить сюжетом очередного романа Ильфа и Петрова, описывай они Питер 90-х.

В начале следует напомнить атмосферу тех лет: огромные прибыли, получаемые спецэкспортерами от реального вывоза за границу меди или алюминия по внутренним ценам, и совершенно мифические истории, ходящие среди полуобразованных бандитов и чиновников о драгоценных веществах, изобретенных передовой российской оборонкой — вроде «красной ртути».

Питер не остался в стороне от этой лихорадки. Первой «темой» был альфафетопротеин — вещество, образующееся при развитии эмбриона. История о гениальном изобретателе в тапочках на босу ногу, который выделил этот самый альфафетопротеин из абортивной ткани, распространилась по бандитскому Питеру с быстротой ветра. Изобретателя крали все, кому не лень — то бандиты, то менты, но толку из этого не вышло. За рубежом не сертифицированный препарат, добытый бог знает в каких условиях (а вдруг его варили в туалете и поплевывали в сырье?), никому не был нужен.

Потом были пчелиный и змеиный яды — под эти яды питерские бандиты аж фрахтовали самолеты.

И вот на этом фоне 4 октября 1993 года высокопоставленного чиновника питерской мэрии Льва Савенкова задержали на границе при попытке контрабандного вывоза из России ампулы с 6 граммами осмия-187.

Скандал поднялся ужасный. Все СМИ сообщили о контрабанде редкого металла, один грамм которого стоил 200 тыс. долларов. Чиновники питерской мэрии стали стеной на защиту коллеги, и даже Владимир Путин, который тогда возглавлял комитет по внешней торговле, 17 марта 1994 года дал интервью газете «Вечерний Петербург», из которого следовало, что город Санкт-Петербург из бюджетных денег планировал наладить получение осмия-187.

«Изобретения, созданные в ходе этих работ, – заявил Путин, – запатентованы, т.е. защищены законом. Я встречался с изобретателем (по понятным причинам не называю его имени), обсуждал с ним все возникшие трудности. Ученый готов реализовать свои открытия, в рамках того акционерного общества, которое первоначально предлагал создать Савенков».

Итак, Путин встречался тогда с уголовником Виктором Петриком. Петрик показал ему «космически чистый» осмий-187 по 200 тыс. дол. за грамм и попросил бюджетных денег на его производство. Вопрос: как Петрик смог «на кухне» получить «космически чистый» осмий-187?

Для ответа на этот вопрос надо вспомнить о рениево-осмиевом методе определения возраста вещества. У рения есть два стабильных изотопа: 185 и 187. Рений-185 совершенно стабилен, а период полураспада рения-187 составляет 10 млрд. лет; при распаде рения-187 получается как раз осмий-187, что очень удобно для датировки. Ты берешь кусок руды, смотришь, сколько в нем рения-187, а сколько осмия-187, и получаешь датировку.

В Казахстане есть Джезказганский медный комбинат, в руде которого много рения. Соответственно, в отвалах комбината из всех изотопов осмия содержится только изотоп осмия-187, что дает возможность получить осмий-187 «космической чистоты» из этих отвалов химическим путем.

Надо отдать должное Виктору Петрику. Он понял – или ему подсказали – что из отвалов Джезказганского медного комбината химическим путем можно получить не просто осмий, а именно осмий-187, потому что никакого другого осмия там нет, потому что он является продуктом полураспада рения.

Проблема заключается в том, что ни для чего осмий-187 не нужен. Вообще не нужен. Способов его применения нет: как нет способов применения множества других дорогих веществ. Это тот неуловимый Джо, которого никто не может поймать, потому что его никто не ищет.

При этом по ценам Oak Ridge National Laboratory, в 1993 году осмий-187 действительно стоил очень дорого: 200 тысяч долларов грамм или 200 долларов микрограмм. Такая цена объяснялась себестоимостью производства.

Все редкие изотопы Окриджская лаборатория получала методом электромагнитной сепарации, основанном на различном действии магнитного поля на одинаково заряженные частицы разной массы. И стоимость изотопа в таком случае прямо пропорциональна тому количеству денег и усилий, которые затрачены на его выделение. Любой изотоп, которого немного в исходном химически чистом веществе (а осмий-187 встречается очень редко и составляет 1,6% осмия в природе), стоит очень дорого.

Итак, вопрос: у вас есть редкий изотоп, у него есть номинальная цена, но по этой цене его никто и никогда у вас не купит, потому что он никому не нужен. Как убедить публику в его ценности?

И тут мы возвращаемся к истории с задержанием Льва Савенкова. После нее все журналисты бросились писать об осмии-187. Все государственные органы – ФСБ, прокуратура, менты – бросились выяснять, зачем он нужен. Даже будущий президент Путин рассказал, как важно для Питера производство осмия.

Это создало осмию-187 громадную рекламу. Все обсуждали, правильно или неправильно вывозили осмий. И никто не обсуждал – а зачем он нужен?

Меж тем незадолго до того, как Савенков был задержан на границе, в Радиевый институт им. Хлопина в Санкт-Петербурге обратились из-за границы с предложением продать им осмий-187 в количестве 100 грамм. Напомню, что дело происходило в начале 90-х, финансирования у института не было, ученые сидели, положив зубы на полку, и странный заказ был воспринят ими, как манна небесная. Радиевый институт обратился в Госрезерв, получил оттуда 60 килограммов чистого осмия и выделил из него 100 грамм осмия-187.

Надо признаться: ученые Радиевого института не сообразили, что осмий можно получить химическим путем из отвалов Джезказганского медного комбината. К электромагнитной сепарации они, разумеется, не прибегали, так как объем заказа был слишком велик: построили центрифугу и наработали 100 грамм осмия-187.

И тут заграничные заказчики испарились. Институт остался со 100 граммами осмия, который формально стоил 200 тыс. дол. за грамм, но никому не был нужен. И вся эта история совпала с рекламной кампанией осмия-187, произошедшей благодаря задержанию Савенкова; каждый питерский банкир и бандит узнали, что осмий-187 стоит 200 тыс. дол. грамм и что это страшно важная штука.

И что бы вы думали? В институт, сидевший с зубами на полке и со ста граммами чистого осмия-187, пришли российские заказчики. Они заявили, что готовы купить осмий и даже готовы были заплатить деньги, но честно сказали, что денег у них нет, а заплатят они .... после того, как отнесут 100 грамм осмия в банк и возьмут под эти 100 грамм кредит. 100 грамм официально стоят 20 млн. дол, и это знает каждая питерская собака благодаря скандалу. Радиевый институт был согласен, да Росатом уперся - деньги вперед. Сделка не состоялась.

Виктор Петрик действительно прекрасно знает физику — в том объеме, в котором его знали средневековые алхимики. А именно: если ты хочешь получить от императора бюджетные деньги на производство золота, то ты должен помешивать в тигле полыми деревянными палочками, в которые это золото запрятано: палочки обгорят, и золото вывалится в тигель. А еще лучше физики Виктор Петрик знает человеческую психологию.

Потому что вышеописанная история гениальна. Это совершенно безжалостная афера, в которой арест Льва Савенкова был нужен только затем, чтобы составить рекламу никому не нужному осмию-187, а номинально высокая цена осмия в ценах Окриджской лаборатории (это потом Джезказганский медный комбинат пытался распродать свой осмий по 10 дол. за грамм) была использована для вовлечения в аферу самых высокопоставленных чиновников питерской мэрии.

Программа «Чистая вода» — это повторение истории с осмием-187. С той только существенной разницей, что осмий-187 хотя и бесполезен, но и безвреден. О фильтрах Петрика, поставляемых в школы за бюджетные деньги, этого не скажешь.

В Новгородской области в школах, которые пользовались фильтрами Петрика, вспыхнула эпидемия менингита. В июле 2010 общество защиты прав потребителей подало на Петрика в суд, утверждая, что его фильтры не соответствуют заявленным параметрам и зачастую не очищают воду, а загрязняют ее. Академия наук указывает, что проникновение в организм наноразмерных частиц графита (что происходит в случае пользования фильтрами Петрика) может вызвать рак.

Если это так, то установка во всех школах и социальных учреждениях фильтров Петрика за государственный счет может обернуться для России беспрецедентной катастрофой, сравнимой только с результатами, которые принесло Риму использование свинцовых водопроводов. Впрочем, гениального ученого Грызлова, борющегося против мракобесия, и его неопознанного единомышленника, угрожающего смертью академику Александрову, это вряд ли остановит.

Фотография с сайта board.rt.mipt.ru