Такое вот умонастроение

С некоторым опозданием увидел ролик, что стал гулять по интернету сразу после определения главного кандидата на президентское кресло. В нем, судя по всему, на улицах Москвы, автор спрашивает у людей разного возраста, пола и национальности: что в России, на их взгляд, плохо? И они бойко и разнообразно перечисляют то, что им не нравится. Потом тем же людям задается еще один вопрос: «А за Путина будете голосовать?» И они дружно и уверенно отвечают «да», подчеркивая, что ему доверяют, что он много сделал и что другого кандидата не видят.

Меня – и я уже об этом писал – как и автора ролика, удивляет этот как будто парадокс: недовольны все и почти всем, но голосуют за человека, олицетворяющего власть. Допускаю, что для кого-то главную роль играет пиар и личная харизма премьер-президента, что люди, тем самым, разделяют жизнь в телевизоре и вокруг себя. Но есть и более глубокие причины.

Когда я поставил этот ролик у себя в ЖЖ, среди комментариев получил и такой: «Мы все подданные, а многие и верноподданные». Я спросил автора этого почти слогана, как его понимать – мы все подданные его императорского величества, то есть Россия по-прежнему монархическая страна, и тот, кто во главе государства, автоматически «коронуется» населением? Или он имел в виду, что мы все – подданные, а патриоты – верноподданные? «Ну да, патриоты – верноподданные», – получил я в ответ. «А монарх вовсе не необязателен, более того, и царь бывает «ненастоящий». А подданство оно по отношению к земле, отечеству».

Диалог продолжился. Я ответил: «Может быть, не столько к земле и отечеству, сколько к верховной власти. И даже, более того – к символу власти? Уважение к престолу даже большее, чем уважение к тому, кто на нем восседает. Это еще традиция Золотой Орды и Византии». «Можно сказать, и "к престолу"», – ответил мой оппонент. «И противоречия тут нет: отечество, как ни крути, вещь в себе и прямо свою волю выразить не может. Что же касается Золотой Орды и Византии, так мы продолжатели и правопреемники и тех, и тех, и это наша традиция».

Я поблагодарил за ответы и задал еще вопросы: а вот всегда ли традиции хороши? И может быть, дурные традиции надо или хотя бы можно попробовать поменять? Или же все достаточно фатально, и вообще пусть каждый народ будет такой, каким является – в подобном разнообразии и миру будет интереснее? Эти вопросы вызвали у моего собеседника затруднение. Потом он написал: «Изменения – не самоцель и должны быть с учётом почвы. И главное, должен быть верный приоритет, цель. И уж точно выборы сами по себе целью никак быть не могут».

Здесь уже чего-то не понял я. Но, в общем, всегда догадывался, что дело в «почве», и иррационального здесь больше, чем рефлексивного.

Я знаю, как многие не любят слово «менталитет», считая его столь же лукавым, как и подсознание Фрейда. Переводят его по-разному: умонастроение, склад ума, образ мыслей, общая духовная настроенность, видение мира. Это слово в начале века, по всей видимости, из этнологии в более широкое употребление ввел Марсель Пруст. Сам он думал, что оно не приживется – ошибся.

Возможно, менталитет – это как раз и есть то, что объединяет большинство. Сознательно или неосознанно. Менталитет, как считают некоторые ученые, выражает внеиндивидуальную составляющую личности, своего рода «обратную сторону» человеческого сознания, которая во многом скрыта от человека и им не отрефлексирована.

И когда ненавистники Фрейда и критики антропологического взгляда на историю говорят: нет ментальности, мы все разные – северяне и южане, сибиряки и жители Ставрополья, хочется согласиться только в том, что, безусловно, есть этнические и религиозно-культурные различия, есть разница в темпераменте, обычаях. Но в чем-то электорально-базовом мы, живущие на территории Российской Федерации, одинаковы. И это базовое и составляет наш менталитет – проще говоря, привычную психологию мышления и поведения. Он – не «врожденный», но сформировался под влиянием особенностей нашей длительной истории, традиций, географического положения.

Понятие это, возможно, не строго научное, а своего рода «облачное» – то менталитет есть, а то его нет. Но именно он, если угодно – как совокупность стандартных качеств и реакций, – лежит в основе некоего усредненного российского характера. Нравится это людям с искаженной, «неправильной» ментальностью или нет. Хотя если и их тщательно поскрести…

Когда, к примеру, один человек обзывает другого «совком», чаще всего выясняется, что «совки» – оба.

Фотографии РИА Новости